Яна Грос – ПеклоЭнергоГаз. Книга 1. Испытательный срок (страница 9)
Отрешенный интерфейс Ослицы, как севший бэушный смартфон, не отображал ничего, кроме редкого тяжелого моргания ресницами.
– Но САМЫЙ, Сашок, у нас красавец-мужчина, АРИСТОКРАТ – это ПАХОВ Улан Купидонович. Я по нему НУ ПРОСТО схожу с ума, честное слово, девочки МОИ! Улан такой УМНИЦА, КРАСАВЕЦ, управленец. У него, я знаю, несколько фирм. Еще он владелец жилого комплекса на ДРОНе. Бизнесмен, скромняга. В магазин ПЯТАК ходит и даже ПАКЕТ пробивает. Молодой папа. Женат на прекрасной юной девушке. У них разница то ли 30, то ли 40 лет. Он ее еще ребенком взял. Сам мне рассказывал в бане… Тебе бы, Сашок, ТАКОГО бы в мужья, конечно. Со временем, Сашочек, ты со всеми мужчинами обязательно познакомишься. Кстати, Зой, у вас с Сашком разница в неделю. Саша только неделю назад к нам устроилась. Точнее, я ее позвала из фирмы, которая тоже входит в группу компаний ПеклоЭнергоГаза, где мы вместе раньше работали, поэтому сильно не удивляйся, что мы так тут общаемся.
– Ага, и-а-а-а тоже, как и ты, Зой, только пришла. Тоже нифига ничего не понимаю, что здесь происходит и что от меня хотят?! Куча какая-то. – Ослица приподнялась со своего рабочего стула и засунула свой нос-крыжовник в щель между монитором и столом, отделяющим ее от Зои. Из-за застрявшего хряща в ущелье Ослице пришлось вернуться назад, так и не посмотрев Зое в глаза.
– Со временем, девочки мои, во ВСЕМ разберемся. Кстати, девочки, ОЧЕНЬ рекомендую ВСЕМ во время работы надевать наушники и слушать классическую музыку. Я ОБОЖАЮ Шуберта, Моцарта. Сейчас Рахманинова дослушиваю. ПРЕКРАСНАЯ музыка. Таки очень и очень! ОЧЕНЬ помогает в работе! Никаких посторонних шумов!
Будто предобеденный оборотень, Кабаниха перевоплотилась из грозной кабинетной хищницы в участную, поддерживающую, все понимающую, оглушенную наушниками милейшую сердобольную хозяйку-мать, отбивая под столом правым кирзовым сапогом раздающийся в наушниках ритм грандиозного концерта Рахманинова для фортепиано с оркестром фа-бемоль мажор № 35 (который композитор сжег бесследно еще на 1-м курсе). Ее пушистая спиральная голова, как гелиевый надутый шар, вращалась в воздухе вокруг своей оси по радуге в музыкальном экстазе. Руки размахивали, дирижировали и одновременно барабанили по компьютерной клавиатуре парнокопытный марш, яро демонстрируя овсянникам атмосферу буйного юридического веселья. Ослица тем временем ушла в полное игнорирование творящегося, отключившись в подключенном к сети смартфоне. Зоя начала привыкать бояться.
В пустой, глухой и глубокой, в дышащей расплавленными брызгами и исками, в уходящей в квантоллиарды физически покинутых лет, не в глубинах земли и воды, не во вселенских тайниках, а за пределами разумного и предсказуемого, глубоко утрамбовывался и парил бункерскребный гигант, пережевывая надушенные удушенными духами офисные катакомбы и типажи. Путаясь и постоянно меняя свое фактическое и юридическое местоположение, почти как живой и крутящий, он вздергивался над бесконечностью, а затем уныло, как лампочка Ильича, качался на тонкой проволоке под потолком кабинета Отдела договорного спама. Пекло. Духота. Температура под тысячу. Но не предел. Скромное дуновение сквозившего из коридора ветерка вызывало лишь слезный пот и такой же отстраненный нервами смешок. По периметру (не больше одиночной острожной камеры) кабинета у каждого угла, к каждой стене надежно прикручены металлические огнедышащие печи. Компьютерная программа, регулирующая кислородное давление и температурное горение, давным-давно была еще до нашей эры установлена только на один-единственный компьютер, на компьютер начальки Отдела договорного спама. Программа способна довести наполняющий трубы и печи газ до кипения. На минуту (если поменять время местами) можно было бы всю вину за невыносимую жару свалить на светодиодные настольные лампы и завсегдатая революции, но не в век неоинтеллекта. Будто тысяча светил обжигали все, что попадало в их синее поле, раскаляя до предела попаданцев, обжигая и распаривая соединения.
Удушливость, сжимающая трахею, и сдавливающая сосуды жажда вылились для Зои в визуал: стаи тонкокопытных черных пауков, шипованных муравьев и остроконечных тараканов как бешеные хаотично носились и шарахались из угла в угол по обшарпанному заплесневелому потолку. Кроссфит мелкощуплых выглядел бодро и слаженно. Что-то действительно важное и спортивно-целесообразное происходило прямо здесь и сейчас. Другие сорванцы и осьминожки-лилипуты шустро сползали по штукатурке, на глазах отваливающейся со стены и, умело огибая своими хитрыми почти прозрачными (но мускульными) конечностями липкую красную ленту, туго опоясывающую старинный сервант из пожелтевшего дерева, один за другим ныряли вовнутрь. Одни сластены исчезали в пироге, другие – в сахаре, гурманы – в чайных листах. Поскользнувшимся во время марша неудачникам и влипшим в клейкую ленту оставалось лишь доживать свою короткую праведную пятилетку, позабыв об амбициозных перспективах, дающихся совковским сервантом.
Из-за полнейшего отсутствия вентиляции в кабинете стоял жесткий аромат разложившегося на подмышечных впадинах климатерического, тифозного-холерного дамского пота и парфюма Naiznos. Рецепторы в нокауте. Аллергическая корка накрыла Зою. Сосуды сжались. Кровь тоже загустилась. Давление тоже подскочило. Рвотный рефлекс наготове. Еще пару минут, и стол главного специалиста Сосновой накрыло бы скатертью-самобранкой из недопереработанных желудочных отходов, но выделенное Кабанихой адаптационное к новым условиям труда время подходило к концу, и необходимо было держать себя и свои массы в руках.
Точно царица на пиру, Кабаниха вальяжно сняла с клавиатуры свои пышные руки с четвертинками пальцев, вытащила из кудрявых взъерошенных ушей наушники с кусочками серы, глистов и клещей, швырнула их на стол и полностью погрузилась в один-единственный беспокоящий ее объект.
– ТАК, Зоя! Ты прекрасно, конечно же, понимаешь, что к моему БОЛЬШОМУ, если и не сказать ПО-БОЛЬШОМУ, сожалению, из-за моих СЕМЕЙНЫХ обстоятельств (сын попал в больницу, перелом руки на уроке скрипки) я вынуждена была вчера ОТСУТСТВОВАТЬ на работе, и, соответственно, еще раз повторюсь, чем я очень НЕДОВОЛЬНА и что очень сама НЕ ЛЮБЛЮ и никогда не любила, не смогла быть на твоем собеседовании. Волею судеб принимала тебя на работу не твой ЛИЧНЫЙ началька, то есть Я, а специалист отдела кадров и ее родитель. Я, конечно же, изначально, еще до того, как вообще тебя пригласить на собеседование, видела твою анкету в кастрюльNETе на сайте поиска работы и, собственно, именно я-то тебя и пригласила на это самое собеседование, потому что была не против твоей кандидатуры ИЗНАЧАЛЬНО, но почему-то в отделе кадров все были против. ПОЧЕМУ? Я не знаю. То ли потому, что у тебя двое маленьких детей, а это, ты САМА ЗНАЕШЬ, для работодателей – ОГРОМНЫЙ минус. Постоянные больничные, отпрашивания и так далее. То ли потому, что ты живешь на съемной, а к приезжим у нас в организации относятся, мягко говоря, с особым подозрением (презрением). Тем более ты в анкете указала, что на тебе ПЛЮСОМ к ипотеке еще висит потребительский кредит. А это все минус, минус и минус для тебя как для ОВСЯННИКА и для нас как для РОДИТЕЛЯ твоего. Но к твоему СЧАСТЬЮ, ты здесь, среди меня и прекрасного Сашочка. Так получилось, и обвинять в этом я НИКОГО уже не могу. Придется жить с тобой «КАК ЕСТЬ». Итак, Зоя, тебе что-то в отделе кадров рассказывали про ТВОЮ работу, структуру компании, как у нас чего здесь устроено?
– Нет. – Растерянная Зоя пытаясь не помнила, что ей говорили на собеседовании.
– Хорошо! Отлично! – просмаковала Кабаниха. – Работать ты будешь ТОЛЬКО в офисе, то есть никакой разъездной работы. Испытательный срок тебе установлен ДЕВЯНОСТО душных дней. Я могла бы, конечно же, как твой НЕПОСРЕДСТВЕННЫЙ родитель и началька, указать испытательный срок меньше, ну или ВООБЩЕ его не указывать, что закон позволяет мне сделать, но Я считаю, что срок есть срок, и ПУСТЬ именно для ТЕБЯ он будет ДЕВЯНОСТО душных дней, как уж там у них заведено. Думаю, для меня это будет ЕСТЬ хорошо, чтобы разобраться в твоих профессиональных навыках, в твоем опыте, посмотреть, на ЧТО ты способна, что знаешь, какие ошибки совершаешь. Этого срока мне «НА ПОНЯТЬ» будет вполне достаточно. Тем более, может, тебя что-то во МНЕ не устроит и ты САМА не захочешь, допустим, со МНОЙ работать?
– Жан, ты че, вообще, такое говоришь? Как можно с таким началькой, как ты, вообще не хотеть работать? Лично и-а-а-а лучше начальки еще в своей жизни не встречала, а у меня был опыт общения, – прокрякала Ослица, захлебываясь от восхищения слюной.
– Ну, Сашочек, такое ТОЖЕ бывает, и КАЖДЫЙ свободен в своем выборе. У КАЖДОГО есть право!
В густых завихрениях головы руки Кабанихи исследовательно и глубоко что-то искали, перебирали, распутывали запутанные в волосах гнезда, пытаясь найти выход из головоломно переплетенных извилистых нитей, а затем кого-то беспощадно и жестко давили. Еще два массивных раза Кабаниха кивнула огромной головой сверху вниз, и невылупившиеся яйца драконов полетели и вдребезги разбились об стол и монитор.
– Но тогда мы просто, значит, ПОПРОЩАЕМСЯ с Зоей, и она пойдет ДАЛЬШЕ искать себе работу, – с выражением произнесла Кабаниха, но, решив, что одного раза будет недостаточно, Кабаниха еще раз самой себе на бис, но уже медленнее, по-садистски возбужденнее просмаковала каждое слово, чтобы еще раз прочувствовать его звучание и эхо: «