Яна Черненькая – Девушка из третьего вагона (страница 3)

– Нет. Мне срочно нужен секретарь со знанием стенографии, – ответил капитан де Моле. – К сожалению, уже нет времени ехать в Ландерин и обращаться в агентство, однако в Гринхилле мне рекомендовали мисс Стаутон как добросовестную стенографистку…

– Пойдемте в дом, сэр! Я позову хозяев, – покладисто ответил слуга, вытирая о штаны грязные руки.

Несмотря на обшарпанный фасад, в особняке оказалось довольно уютно и чисто, пахло свежей выпечкой и старым деревом. Даниэль вручил слуге свою визитку, после чего его отвели в гостиную и предложили чаю.

Ждать пришлось довольно долго, но капитан понимал, что явился без предупреждения, и Стаутоны наверняка сейчас спешно приводят себя в порядок, не желая ударить в грязь лицом перед неожиданным визитером.

В конце концов к гостю вышло все семейство: приземистый, широкоплечий хозяин дома с лихо завитыми кверху усами, пухлая, но миловидная хозяйка, чем-то напоминающая мышку-хлопотунью из детской сказки, и их четверо дочерей, одной из которой и оказалась девушка из третьего вагона. Выходит, ничего фатального с ней не случилось. Неужели интуиция обманула?

– Капитан Даниэль де Моле, – сообщил слуга, представляя гостя хозяевам.

– Сам капитан де Моле из Дорсетширских стрелков! – просиял мистер Стаутон, который, судя по форме усов и остаткам выправки, тоже в свое время служил в войсках Ее Величества. – Наслышан о ваших подвигах при осаде Мафесанда. Вы нынче национальный герой. Безмерно счастлив видеть вас в своем скромном жилище. Чему обязан такой честью?

– Мне срочно потребовался секретарь-стенографист, – пояснил Даниэль. – И нет времени, чтобы искать его через агентство. Добрые люди сообщили мне, будто одна из ваших дочерей в достаточной мере владеет стенографией и служит в Ландерине. Готов назначить ей более высокое жалованье, чем она получает от своего нанимателя сейчас.

Девушка, о которой шла речь, с достоинством склонила голову.

– Вас не обманули. Лорен хорошая стенографистка, – торопливо произнесла хозяйка дома, не дав мужу и рта раскрыть. – Сейчас наниматель платит ей тридцать кингов в год.

– Я буду платить тридцать пять, – пообещал Даниэль, хотя не сомневался – озвученное миссис Стаутон жалованье было бесстыдно завышенным.

Мистер Стаутон бросил на жену укоризненный взгляд, но ничего не сказал. Мисс Лорен Стаутон прикусила губу. Было видно, что ей очень хочется возразить, но как пойдешь поперек родительской воли?

– Когда вы хотите, чтобы я приступила к своим обязанностям? – спросила она, избегая смотреть на Даниэля.

– Если возможно, то немедленно, – отчеканил капитан, не очень пока понимая, какие задания придумать для секретаря, но ему в жизни часто приходилось импровизировать.

– Как скажете, сэр, – с достоинством ответила мисс Стаутон.

– Не желаете ли позавтракать? – предложил хозяин дома.

– Благодарю, но я очень тороплюсь. – Даниэль склонил голову и велел: – Мисс Стаутон, собирайтесь. Я подожду.

Еще несколько лет назад подобное казалось немыслимым – молодая незамужняя женщина ездит в качестве секретаря с неженатым мужчиной. Стыд и позор! Однако в последние годы все больше и больше женщин из небогатых семей устраивались на службу телеграфистками, стенографистками, секретарями и даже помощницами по покупкам. У холостых мужчин и вдовцов последнее было особенно популярным – далеко не все они могли самостоятельно выбрать мебель или обставить дом. И здесь на помощь неизменно приходили женщины. Да, после такой службы им было непросто найти подходящую партию, но, как правило, им на замужество и так рассчитывать не приходилось. В семье с невысоким доходом дочери, особенно младшие, часто оставались старыми девами. И уж лучше быть старой девой с собственными сбережениями, чем содержанкой при брате или каком-нибудь другом родственнике. А там кто знает, не удастся ли скопить и на приданое, ведь далеко не все мужчины разборчивы, если речь идет о невесте с определенным, пусть и очень скромным, состоянием.

Когда сборы были завершены, капитан попрощался с гостеприимными хозяевами и усадил мисс Стаутон рядом с собой в двуколку. Девушка не задавала вопросов, но было заметно – происходящее ее насторожило и даже, пожалуй, испугало.

– Хотите узнать, что на самом деле привело меня в ваш дом? – спросил Даниэль.

Глава 2. Секретарь до Рождества

Настроение Лорен в последнее время было совсем не радужным. Она ухитрилась на удивление быстро лишиться своего места. Два дня назад, едва она сошла с поезда в Ландерине, кто-то сильно толкнул ее в бок. Девушка взмахнула руками, пытаясь удержаться, и в этот миг у нее выхватили папку. Ту самую, красную. Как выглядел грабитель – Лорен не разглядела. Все произошло слишком быстро. Разве что поняла – вор совсем еще юнец. Но и на этом ее неприятности не закончились – в конторе никого не оказалось. Вообще никого. И дверь была закрыта на ключ, и вывеска… исчезла.

– Мисс Стаутон? – окликнул ее владелец табачной лавки, которая находилась напротив конторы.

– Да, это я, – ответила Лорен.

– Вам просили передать. – Лавочник протянул ей запечатанный конверт, в котором обнаружились деньги. Поясняющей записки не было.

– Спасибо, но от кого это?

– От мистера Фергюса, разумеется.

– Он что-нибудь просил передать на словах?

– Ничего. Просто спросил, могу ли я передать вам конверт. Так отчего бы и не помочь, тем более что я знаю, как вы выглядите, пусть мы и не знакомы.

Что оставалось делать? Лорен поблагодарила лавочника, взяла конверт, потом зашла в агентство по найму и после вернулась домой, надеясь, что ей рано или поздно подберут новую работу, хотя без рекомендаций это было непросто.

Мистер Фергюс, следует отдать ему должное, выплатил ей все до последнего фенинга, даже добавил два кинга сверху, но от этого легче не стало. И уж менее всего Лорен могла предположить, какое испытание ждет ее вскоре.

Утром, едва она проснулась, в комнату вбежала служанка.

– Мисс Стаутон, быстрее одевайтесь! – затараторила она, спешно подготавливая одежду, причем зачем-то вытащив платье для приема особенно важных визитеров.

– Что случилось? – удивилась Лорен.

– К вашим родителям приехал офицер!

– Какой офицер? Зачем приехал? – захлопала глазами Лорен.

– Капитан де Моле! Мистер Стаутон говорит, что он – национальный герой и получил Крест Виктории из рук Ее Величества, – охотно просветила ее служанка, помогая хозяйке переодеваться.

– И что он забыл в наших краях? – Разумеется, Лорен слышала о капитане де Моле – она читала все отцовские газеты, стремясь быть в курсе событий, происходящих в Альбии и за ее пределами.

– Джон сказал – за вами приехал.

– За мной?! – удивилась Лорен.

– Ему срочно понадобилась стенографистка.

– А зачем военному стенографистка? Да еще и срочно. И почему он не обратился в агентство?

– Не знаю, мисс, думаю, скоро сами узнаете…

Коридор наполнился громким шепотом и шорохом юбок.

– Ой, какой красивый! – прозвучал голос Аманды, старшей сестры.

– А приехал за Лорен, – с завистью произнесла Бренда, вторая по старшинству.

– Пошла бы на курсы стенографисток, мог бы за тобой приехать, – фыркнула Мэриан – она была старше Лорен всего на год и чаще всего поддерживала именно младшую сестру, а не двух старших.

– Вот еще. Не хочу портить свою репутацию, – фыркнула Бренда.

– Тогда и не завидуй.

Лорен вышла из комнаты и, стараясь не замечать полных зависти взглядов старших сестер, вместе с ними спускалась в гостиную. При этом у нее не пропадало ощущение, что она попала в очередную непростую историю. Мало мистера Фергюса, так еще и «национальный герой» пожаловал по ее душу.

Капитан де Моле оказался совсем не таким, каким Лорен его представляла по изображениям в газете. Во-первых, он приехал не в мундире, а в сером твидовом костюме, как обычный джентльмен, хотя даже на неискушенный взгляд мисс Стаутон идеальная выправка с головой выдавала в нем военного.

На вид ему было около тридцати, хотя в газете выглядел намного старше. И, к большому несчастью, он оказался хорош собой. Темно-русые волосы, брови вразлет, похожие на крылья буревестника, холодные глаза, то ли серого, то ли голубого цвета, нос с легкой горбинкой и тонкие твердые губы, с которых словно вот-вот слетит приказ. К несчастью – потому что мать теперь наверняка начнет делать далеко идущие выводы из любого сказанного слова, а старшие сестры прохода не дадут, если вдруг Лорен наймут стенографисткой.

«Идеальный образчик национального героя, может, потому и Крест Виктории получил?» – подумала Лорен, но сразу же устыдилась, вспомнив, как живописали в газете подвиги капитана де Моле и полковника Беккета. Кроме того, приветствуя хозяев дома, гость заметно опирался на трость. И в ней он нуждался совсем не для красоты или респектабельности.

Во время разговора сестры всеми силами пытались привлечь внимание капитана де Моле, но тот смотрел в основном на хозяев дома и изредка на Лорен, когда о ней заходила речь. И от этого взгляда душа уходила в пятки, хотелось убежать к себе в комнату и, как в детстве, спрятаться под кровать. Лорен не совсем понимала, почему так, но лучше бы он смотрел на Аманду или Бренду. Вон как они вырядились. Словно на бал, а не для того, чтобы принять визитера.

Матушка, не дав Лорен и слова сказать, сильно преувеличила размер жалования, которое платил мистер Фергюс. Двадцать пять кингов внезапно превратились в тридцать а потом в тридцать пять. Отличный вариант для женщины, которая ищет себе место, но… совесть ела поедом. И потом, мистер Фергюс рассчитал Лорен. Об этом тоже следовало сказать, но никто не сказал. А капитан не моргнув глазом согласился на тридцать пять кингов, не задавая лишних вопросов. Почему? Жизненно нужна стенографистка?..