Яна Белова – Верховный Магистр (страница 22)

– Кого принесло за час до абсолютной полночи? – буркнул он, нехотя соскребая себя с дивана.

На пороге стоял смутно знакомый ведьмак пальори с темноглазым подростком, одновременно похожим на него самого и совсем другого типажа.

– Простите за поздний визит, господин Гай, – начал ведьмак и Гай моментально вспомнил, где и когда его видел. Джар Шуари, некогда снятый с корабля бандитов перед тем, как тот отправился в лапы кредиторов и врагов экипажа. Бывший пират и убийца родственников, тем не менее, оправданный Верховным Советом, потому как действовал этот преступник из мотива защитить свою тайную семью и расправлялся с шантажистами и бандитами, угрожавшими ему и его близким.

Гай приоткрыл дверь шире.

– Проходите, кофе, чай?

– Нет, покорнейше благодарю, – слегка поклонился ведьмак.

Вошедший следом за ним мальчишка в точности повторил этот же жест. У них был разный цвет глаз, но похожие черты лиц и мимика. Джар был голубоглазым, как и большая часть Шуари, у мальчишки глаза были темно-карими, почти черными, он казался изящнее отца и не потому, что подросток. Джар, как и все Шуари, был очень высокий, широкоплечий, с мощной мускулатурой. Мальчишка явно был создан иначе. Тоже пальори наверняка вырастет высоким, но все же будет иметь куда более скромные габариты.

– Я – Джар Шуари, возможно, вы помните меня, это мой сын Кирьяр, он – Шъир.

Гай понимающе кивнул. Он уже знал об особенностях чистокровных ведьмацких кланов, указал гостям на диваны в гостиной.

– Я так понимаю, вы по поводу моей школы? – не стал ходить вокруг да около Гай. Он прекрасно чувствовал мотив Джара и хотел облегчить ему задачу.

– Для моего клана и всего чистокровного мира мой сын – не мой, – тяжело вздохнув, проговорил Джар, усевшись на диван.

Мальчишка устроился в кресле напротив. Гай сел на соседний диван поближе к своей недопитой чашке кофе.

– Родственники моей супруги хотят, чтобы клан Ири установил доподлинно являются ли наши дети чистокровными. Они понимают, что Кирьяр – Шъир, но хотят знать это определенно, чтобы иметь рычаг давления. Парень не должен воспитываться женщиной, ведь по нашим правилам я не распоряжаюсь его судьбой. Если это произойдет, то опека перейдет родне жены из клана Шъир. Или я должен буду признаться официально, что это мой сын. А я – Шуари, господин Гай. Я не хочу, чтобы мой ребенок был зависим от моего клана. Я многое сделал, чтобы этого не произошло никогда, – Джар не собирался идти путем долгих предисловий. – Я прошу вас взять его в свою школу под официальную опеку до возраста полной силы. Я готов отдать вам за это все, что у меня есть. Я хочу, чтобы мой сын рос вне чистокровного мира. После 25 лет его сколько угодно могут признать частью клана Шъир, это никуда от него не уйдет. Это его кровь и истинный клан. Однако я и моя супруга хотим, чтобы он рос у нас на глазах, свободным и, простите за прямоту, не битым даже в теории. Против вас никто не пойдет. За вами Верховный Совет, все прекрасно знают, что вы аркельд и будете учить чистокровных парней как аркельдов. Нас с женой это более, чем устраивает.

Гай задумался ровно на минуту.

– В моей школе обучение в этом году стоит двести ашинов, дальше возможно подорожает до пятисот, – невозмутимо ответил он, – Я теперь подкован в вопросах опеки, временной и постоянной. Я не вижу ничего невозможного в вашем случае. Однако, если у меня будет полная опека, то жить Кирьяр должен будет в школе и платить за него вам не придется. Я должен буду учить его за свои средства…

Джар явно заволновался.

– Я сделаю безвозмездное тайное пожертвование школе, если у меня не хватит средств, то я стану вашим вечным должником…

– Пожертвование в двести ашинов в этом году, – улыбнулся Гай, – более вы ничего мне не будете должны.

Джар откровенно выдохнул.

– Конечно, Кирьяр сможет бывать в городе, в гостях у матери и ее мужа, – Гай вновь усмехнулся тому, с каким облегчением Джар слушал его. Он явно считал, что ему придется уговаривать «верховного магистра» долго и упорно, – Он также сможет принимать гостей по вечерам в общей гостиной в школе. Вы будете видеться часто. Но жить Кирьяр будет именно в школе и на ночь забирать его будете только под расписку и после моего одобрения.

Мальчишка впервые улыбнулся, переглянувшись с отцом.

– Моя благодарность вам неоценима. Я ваш вечный должник, – вновь став серьезным, заговорил Джар.

– Двести ашинов безвозмездно и анонимно за год обучения, и вы мне ничего более не должны до следующего года, – повторил Гай, – Я хочу сделать этот мир немножко счастливей и комфортней для чистокровных упертых его жителей. Я рад, что вы разделяете мои стремления, – он обернулся к довольному мальчишке, – Ну, рассказывай теперь ты о себе сам.

Тот вздрогнул, смутившись, Джар ему ободряюще кивнул.

– Я – Кирьяр, в девятый день месяца Ноюр мне исполнится 18 лет. Я маг за 700 лет, скорее всего, чистокровный Шъир.

– Что ты любишь делать? Возможно, ты хотел учиться в какой-то школе до того, как узнал о моей?

– Честно говоря, я никогда не думал о таком, – слегка стушевавшись, признался парень, – я обалдуй. Я люблю музыку, море, рыбачить люблю.

Джар хмыкнул без какого-либо раздражения.

– Немагическую школу я закончил только сегодня и не слишком успешно, я не прошел испытания знаний весной, сегодня исправлял ошибки… Я не дурак, я лентяй, – продолжал мальчишка, – Мне нравятся корабли и парусный спорт, я видел все соревнования парусников, все-все!

– Значит, серфинг тебе тоже понравится, – усмехнулся Гай.

– Его не взяли бы в другую магическую школу Калантака, – резюмировал его отец, – когда мы с женой услышали, что вы берете слабых магов тоже, вы не представляете, как мы обрадовались. Ее родственники считают, она лишает сына будущего, держа его вдали от клана Шъир, а мы знаем, что он очень свободолюбив. Его нельзя в чистокровные правила.

– Весь в родителей, – лукаво усмехнулся Гай и Джар кивнул, соглашаясь, – Послезавтра приходите в Розовый торговый переулок, моя школа напротив кулинарной школы, – подвел итог Гай, – и, господин Джар, больше никому не рекламируйте мою школу в этом году. У меня там осталась лишь комната для двух девчонок.

– Спасибо вам еще раз, – поклонился Джар, встав с дивана.

Кирьяр последовал его примеру, после нырнув отцу под руку. Никакие правила и предрассудки чистокровного мира тут не действовали. Обычная семья ведьмаков, готовая на многое, чтобы жить лишь по велению собственных сердец.

Гай невольно улыбнулся. Труп его врага старательно плыл к нему. Он и сам уже поверил, что вскоре увидит его своими глазами. Чистокровные ведьмаки – просто ведьмаки, способные любить и учиться на ошибках прошлых поколений, а вовсе не закостенелые бесчувственные чурбаны, как рисовалось ему прежде.

* * *

В третий день месяца Сьер, после второго завтрака все будущие ученики школы Дольчевита, жившие в доме Кайлин и Ордъёраина, собрались в гостиной первого этажа для встречи со своим верховным магистром и официальным опекуном до достижения возраста полной силы.

Казалось бы, поводов нервничать не было и все же они волновались. Верховные Маги – Малика и Агелар спустились в гостиную вместе с ними, равно как лис Барт и всюду сопровождавший их последние дни пес Халиф.

В гостиной уже сидел дарик Дарк. Юмирш почему-то побаивался его. Слишком у того был спокойный, безэмоциональный, холодный взгляд и ироничное отношение ко всему. Дарк казался похожим по складу натуры на ведьмака, но был аркельдом, что делало его непредсказуемым во всех смыслах.

Не успели все рассесться по диванам, в гостиной объявились господа Дамард и Гай. Дамард мог переноситься одним желанием, равно как Дарк, Кайлин, Малика, Эвар и Эрмир.

– Так, господа, приветствую, – усмехнулся Гай, обводя взглядом своих «шуршеров».

Он казался усталым. Красиво и дорого одет, летний темно-бордовый форит, легкие черные хлопковые брюки, ботинки из тонкой кожи, такие стоили больше 25 ашинов и делались, как правило, на заказ. Это бывшие грабители хорошо знали. Именно по таким деталям они выбирали жертв для ограблений. Способные платить такие деньги за обувь не станут сильно переживать из-за потери кошелька и бежать в кантон жаловаться на вероятное ограбление. Гай был молод – это было видно и чувствовалось. Однако, кроме того, в нем безошибочно ощущалась мощь и непредсказуемость. Такого грабить никто из них не стал бы. Опасно. Такой мог легко убить на месте, не со зла, а не рассчитав и перепутав с тафом.

– Сегодня вы переедите в школу. Загостились, – продолжил Гай, – Я вам раздам списки предметов, которые есть в ваших комнатах и которые отныне будут принадлежать вам, пока не испортятся или не израсходуются. Это то, что у вас должно быть. Если что-то кончается, становится мало, рвется, портится, ломается, вы просто говорите об этом. Точнее, пишите на листе и передаете слуге каро или мне. Или идете покупать сами, если вдруг захотите потратить собственные деньги.

– Это как? – опешил Аримар, – Собственные деньги у нас?

– У вас. Я не собираюсь выдавать вам на мороженое для девушки всякий раз как вам приспичит, – хмыкнул Гай, – каждый пятый день месяца или около того, вы будете получать по двадцать ашинов, которые вольны тратить как вам угодно. Однако, если в течение следующего месяца вы сотворите какую-нибудь вопиющую дичь, я лишу вас этого подарка. Если же вы сотворите нечто хорошее и порадуете меня, например, блестяще сдадите экзамены или вас похвалит кто-то из преподавателей, могу прибавить к вашим 20 ашинам еще 10 или даже 20, смотря насколько обрадуюсь.