Яна Белова – Верховный Магистр (страница 21)

Гай хотел прежде всего учить в своей школе «жить эту жизнь хорошо и радостно».

– Как ты назовешь свою школу? – спросил у наставника Эрмир вечером последнего дня месяца Данкей.

С первого дня месяца Сьер в школах Сайнз, Ассагар и Крамбль начинались занятия. В школе Гая они должны были начаться лишь на пятый день Сьер. Сам же Эрмир следующим утром готовился идти учиться.

– Дольчевита, – засмеялся Гай.

Эрмир легко перевел с языка Внутреннего Поля вложенный смысл и тоже улыбнулся.

– По звучанию похоже на «долчара витар» (в пардэне это переводилось как «жизненная сила») – весьма символично.

– И, главное, похоже на смысл оригинала. Сладкая жизнь – это всегда бонус к жизненной силе, – глубокомысленно заметил Гай.

* * *

В второй половине второго дня месяца Сьер все обязательные необходимые приготовления к новому учебному году в новой школе были завершены. Гай мог отдохнуть и перевести дух, но к нему пришел расстроенный Волрклар.

Еще четыре старенькие лисы «отправились на радугу», как сказал ему Гай.

– Я так и не научился терять, – горестно вздохнул самый древний и мудрый смертный Алаутара.

Гай не видел смысла подбирать слова утешения, налил ему виски, предложив:

– Расскажи о них, насколько хочешь подробно. Через много лет память попрячет многое, но ты сможешь вспомнить их, воссоздав в памяти этот рассказ.

Они устроились в креслах у камина, каро принес трубки и табак.

– Тебе будет скучно, – усмехнулся Волрклар, – ты ведь не знал их даже. Для тебя все мои лисы, кроме Барта, на одну морду…

– Я потерплю, – заверил его Гай, – я знаю, что твои лисы умные и забавные, почему бы не послушать. Говори. Тебе станет лучше, точно тебе говорю.

Следующие пару часов Волрклар описывал жизнь разумных магических животных Эфирного леса на своем острове. Гай вовсе не скучал, рассказ получился смешной. Потом за Волркларом пришли Эрмир и Коромэлл.

Коромэлл весной тоже поступил в Сайнз на кулинарный факультет. Он дружил с Иви и общался с Эрмиром. Еще через полчаса пришла Айра. Пообедали, еще раз вспомнили почивших старичков. Семейство Волрклара уже собиралось домой, когда внезапно явились соседи – дарик Эвар с супругой Даникой и подростком калатари – долговязым, нескладным и угрюмым зеленоглазым брюнетом.

Последние пару недель Эвар и Даника гостили у друзей Даники на калатарийской земле Хахад. Вернулись буквально накануне, заглянув в дом Кайлин и Ордъёраина узнать новости. И, конечно же, сразу познакомились с толпой квартирующих в доме Верховных Магов «новостей».

– Познакомьтесь, это Дариэль из рода Клэм, – представил всем подростка Эвар и обернулся к Гаю, – прости, но мы тебе еще одну проблему решили сосватать.

Гай нервно засмеялся.

– Разбавить мне ведьмацкий чистокровный факультет?

– Ведьмацкий, да, но не чистокровный, – вздохнула Даника.

Волрклар с трудом подавил смех и поманил к себе ошеломленных жену и сына.

– Мы вас оставим, господа, спасибо за гостеприимство.

Дариэль оторопело переводил взгляд с одного Верховного Мага на другого.

– Простите, я…

Волрклар с семейством исчезли, не дослушав, Гай возмущенно фыркнул:

– Сбежал! От вопросов моих удрал!

– Мы тебе сами все объясним, – заверил его Эвар.

Спустя пару минут все вновь устроились на диванах, Эрмир вызвал из подпола слугу каро, приказав готовить ужин, но прежде подать фрукты, чай и кофе. Калатари чаще предпочитали травяные и ягодные настои или чай. Даника тоже.

– Дариэль умудрился поссориться со всеми своими многочисленными родственниками и еще вчера был твердо намерен поступить в школу воинов. Беда в том, что он молод, ему всего семнадцать, его туда не взяли бы. Идти ему некуда. Он жил у моих друзей, но его это тяготило, – заговорила Даника, – Услышав о твоей школе, мы подумали, что еще один ученик тебе будет кстати.

Гай засмеялся.

– Прости, это не значит, что ты обязан его брать, – поспешил добавить Эвар, – но мы решили, вдруг… Зораха же дари Тасима взяла в Намариэ.

– Это судьба, господа, – смеясь, хмыкнул Гай, – Все верно. Арикарда сделала в моей школе шесть жилых комнат. В каждой должно жить по двое учеников, по ее расчетам. Одна из комнат девчачья по стилю, по моей вине. Пять для парней. Все в порядке. Господин Дариэль успел поступить в мою школу удивительно вовремя. Он мой девятый ученик.

– Надо же! – облегченно вздохнула Даника, улыбнувшись.

Дариэль явно расслабился и успокоился.

– Как ты сподобился переругаться с родней так, что тебя выставили из дома? – напрямую спросил его Эрмир, – У меня друг чистокровный калатари, я знаю, что ты сильно старался ради такого результата.

– Я сам ушел, – обижено буркнул Дариэль, – У меня не было выбора, но я ушел раньше, чем меня об этом попросили. Успел спасти самолюбие.

Гай, Эвар и Даника молча переглянулись.

– Мои родители расстались и у них сейчас другие семьи, меня хотели отдать в услужение семье сестры новой жены моего отца. Чтобы я прислуживал роду Дэкли в глуши?! Да никогда в жизни! Они богатые и самодовольные. Идарэль Дэкли все детство подставлял меня в школе, а теперь я должен прислуживать в его доме? Лучше умереть на турнире в первом раунде!

В семьях калатари и некоторых смешанных была традиция отправлять молодежь на полгода-год в чужой дом «учиться вести хозяйство» в качестве прислуги или подмастерьев, если не в дома, а в мастерские или торговые лавки. Считалось, подобная практика «сбивает спесь с молодых» и «учит быть самостоятельными».

– Я просто никому не нужен, – резко закончил Дариэль, – от меня решили избавиться.

– Искать тебя не будут? – спросил Гай.

– Нет. Его действительно фактически изгнали, – ответила за него Даника, – в чистокровных семьях землевладельцев Хахад все очень строго. Конечно, они ожидают, что он поселится где-то у друзей или знакомых и будет искать способ вернуться и искупить свою вину, но искать сами и возвращать не станут. Дариэль очень упертый и непреклонный, как и вся его родня.

– Так, ладно, для моей чистокровной, наглухо шибанутой школы в самый раз, – прервал ее Гай, посмотрел на мальчишку, – Ты маг?

– Слабый, до пятого уровня заклинаний могу только, шестой уже с цесмарилами.

– Как Лиодаль, – кивнул Эрмир, – но его потенциал качнули уже сейчас к пятистам годам.

– Я могу быть только воином.

– Это ты решишь потом, – успокоил его Гай, – пока ты мой студент. Как быть с опекой? Кто его официальный опекун сейчас? – он вновь обернулся к Эвару и Данике.

– У калатари нет закона и традиции опеки. Любой старший родственник, в чьем доме живет подросток, по сути, его опекун, пока подросток живет там. Ушел, все, опека прекратилась автоматически. Если он будет жить в твоей школе, то его опекуном будешь ты, – с готовностью пояснила Даника, – Но мы хотели бы через кантон Калантака сделать официальную опеку над ним на себя, а тебе выдать временную, как любому верховному магистру школы пансиона для тех, кому нет двадцати лет.

– А сам то ты не против учиться в школе Калантака? – вдруг спросил у калатари подростка Эрмир.

Тот засунул в рот пирожное, отхлебнул чай и кивнул, не в силах что-либо сказать. Однако всем читавшим эмоции и мотивы было все ясно. Парень был более чем не против.

В итоге до открытия школы Эвар и Даника решили приютить будущего ученика Гая у себя. У них были гостевые спальни.

– Завтра я переселю часть своего табора на постоянное место жительства. Вы приводите вашего ребеночка послезавтра. Ни минуты для личного счастья…

– Ты уж прости нас, – усмехнулся Эвар, – явились с отдыха, привезли еще одну проблему…

– Ай, все правильно и как должно быть.

На ужин соседи все-таки не остались, отправились по магазинам «готовить ребенка к новому учебному году». Не успела дверь за ними закрыться, пришли Киард с Зорахом. Как раз к ужину.

Гай и Эрмир уже не удивлялись, просто пригласили гостей к столу. Киард хотел возместить ущерб, нанесенный Зорахом, из собственного кармана, но Гай отказался слушать.

Зорах поступил в Намариэ, был спокоен и счастлив, и уже практически здоров, лишь корсет на руке ему еще предстояло носить какое-то время. Его сложно было узнать с первой встречи. Сейчас он выглядел как обыкновенный молодой довольный жизнью оболтус пальори. Два месяца «вольной жизни», сердечный недуг и прочие переживания не оставили на нем глубокого следа.

Переезд в Калантак, школа мечты, комфортный дом родственников, в обществе которых ему было легко и спокойно, и самое главное – осознание, что отец вовсе не бросил его на произвол судьбы. Просто ошибся и дал время ему и себе «прийи в себя» от последствий этой ошибки. Киард и Джамира сумели его в этом убедить. По сути, сохранили Ноюрсету отношения с сыном.

После ужина гости отправились домой, а Эрмир удрал на свидание с девушкой в Лакшори. Гай с тоской подумал, что ему в последнее время совсем не до «личной жизни» и решил все-таки выкраивать время «на разврат». Если придется, вписывать в расписание верховного магистра, потому как «не дело это жить без личной жизни».

На самом деле, он очень устал за последние десять дней. Слишком много новостей, дел, встреч, делового общения. У него банально не осталось сил на «личную жизнь».

Он сидел у камина с чашкой кофе и новой книгой Юны и ничего не желал в этот момент. Однако в дверь осторожно постучали. Гай громко чертыхнулся. Близкие его дому или Эрмир возникли бы в этот час прямо в гостиной перед его глазами.