Яна Белова – Сны Великого Моря. Алаутар (страница 11)

Она окинула задумчивым взглядом слушателей и сочла нужным пояснить:

– Мой старый друг Гаитоэрант долго был человеком, жил в мире людей. В свои владения он вернулся совсем недавно, он очень любопытен и сможет быть нам полезным, если, конечно, настроение у него будет хорошее. И он не простит мне, если я лишу его такого приключения.

– Где ты возьмешь для него тело, хотел бы я знать? – хохотнул Кэрсо-Лас, окинув Свету неприкрыто оценивающим взглядом.

– Нет конечно, – фыркнула Марина, – В живого я его не пущу. То что она сильный маг не спасет ситуацию. Гаитоэрант выжжет и высушит все личное, заполонит тело своими собственными устремлениями, мотивами и сознанием.

Света инстинктивно поддалась назад, прижавшись к плечу Дамарда, очень уж не понравились эти слова.

– Не бойся, – улыбнулась Марина, – У тебя есть собственное «Я». Гаитоэранту нужно пространство, пустота, которую он мог бы заполнить своей силой. В тебе помимо огня мощно проявлены силы жизни и воздуха. То что ты сильный маг само по себе делает тебя недоступной для проникновения в твое тело Гаитоэранта, да и я бы не позволила никогда такому случиться.

– Ну так где тело возьмем? – не унимался Кэрсо-Лас, – Не пустишь же ты в мир людей подлинный Огонь. В таком случае не все ли равно каков будет Армагедон – сгорит ли этот мир или утонет.

– Тело делает вас способными жить в мире людей? – осторожно уточнил Дамард

– Да. Подобные нам рождаются, живут и умирают, не подозревая о собственном могуществе, – кивнула Марина, – по природе своей мы – я и Гаитоэрант, изначальны и не принадлежим миру людей, потому узнали кто мы. Так мы поняли, что нам надлежит вернуться домой. Гаитоэрант вернулся, а я пока тяну время. Собственно, я могу тянуть его миллионы лет без последствий для любого из миров.

– А я так, за компанию тут, – усмехнулся Кэрсо-Лас.

– Кстати, я не знаю до сих пор, где ты нарыл свое собственное тело? – вдруг опомнилась Марина, строго взглянув на супруга.

– Я подобрал его, когда прежний хозяин скончался в автокатастрофе и слегка изменил его по собственному усмотрению, чтоб больше на себя натурального походить.

У Светланы голова шла кругом. Могла ли она когда-нибудь подумать, что будет сидеть на кухне перед телевизором и за чашкой чая обсуждать «где лучше взять тело».

– Можно пойти в больницу, в отделение для тяжелых больных и подкараулить, когда кто-нибудь помрет, – Марина недовольно нахмурилась, – нет, там родственники, врачи, всем мозги не замутишь, обязательно кто-нибудь заметит, что умирающий сбежал. Это оставим на крайний случай.

– Тогда в психушку? – довольная улыбка змия искусителя пробежала по губам Великого Ветра, – Сама говорила, что некоторые шизофреники – это живые порталы в иные миры.

– Один на сотню, – буркнула Марина и, поколебавшись, призналась, – Я знаю один такой экземпляр, в Самаре, когда практику проходила, в интернатуре, встречала. Еще один здесь, но его достать сложнее, психушка понтовая, для категории VIP.

– Поправьте меня, если я не поняла, вы не люди, но в телах людей, при этом у вас есть собственный облик, похожий на человеческий, но в нем вы здесь пребывать не можете, так, как это опасно для целого мира? Но тогда как быть с тем, что у вас есть родители? – Света решила все выяснить до конца и больше не возвращаться к этому вопросу.

Марина ничуть не рассердилась на ее непонятливость, кивнула и, тщательно подбирая слова, принялась объяснять:

– Этот мир, так же как Изначальный и мир Дамарда не мог бы существовать без сил Воды, Огня, Воздуха, Живой и Мертвой материи и Эфира. Однако мы – проводники этих сил, часто не подозреваем, что что-либо проводим, силы ведут нас, контролируют нашу судьбу, ей достаточно того, что мы есть. Многие века мы существовали лишь в качестве проводников и лишь несколько лет назад я и Гаитоэрант узнали, что мы и есть представители подлинной изначальной силы, то есть берущей начало совсем в ином мире. Кстати, хочу сразу предупредить, помимо тех трех миров, о которых ты знаешь, есть еще куча других.

– Так вы и Гаитоэрант родились и выросли здесь? – Света никак не могла перейти на «ты».

– Да, но после того, как я узнала, кто я есть, я получила контроль над силой и теперь назвать меня человеком можно лишь с большой натяжкой. Я не старею, я неуязвима в плане травм и болезней, Гаитоэрант же вернувшись домой, в свои пределы, оставил свое здешнее тело здесь и оно умерло в тот же год.

– Как интересно! – глаза Дамарда восторженно блестели, – Вы возьмете нас искать подходящее тело для господина Гаитоэранта?

– Кстати! – Марина прищелкнула пальцами перед его носом, – При господине Гаитоэранте о схожести тафов и некоторых людей ни слова! По крайней мере, пока не уйдем в Изначальный мир, ясно? Я не хочу, чтобы он вздумал заниматься здесь евгеникой, не хочу цапаться с ним по мелочам, – закончила она, будто бы уже ни к кому не обращаясь.

Дамард согласился, и хоть и не понял смысла запрета, переспрашивать и уточнять ничего не стал.

Через пару часов, сложив все необходимые вещи, которые Кэрсо-Лас уменьшил до кукольных размеров, собрались на кухне. Только корзинка с кошками осталась в своем истинном виде, их также решено было взять с собой.

– Я перенесу нас в парк перед больницей, – объявила Марина, – держитесь рядом друг с другом.

Кэрсо-Лас взял под руку Светлану, Дамард взял ее за другую руку и подхватил корзинку с безмятежно наблюдающими за происходящим представителями семейства кошачьих. Марина приобняла мужа за пояс и в следующую секунду вся компания стояла посреди широкой асфальтированной аллеи. По обочинам еще лежали горы грязного снега, голые корявые ветви деревьев низко нависали над головами, в воздухе пахло прелыми прошлогодними листьями и сырой землей. Парк казался запущенным и пустым. Вдалеке виднелось старое здание из красно-коричневого кирпича, от него веяло безнадегой и тоской, буквально разлитой во влажном, саднящем горло воздухе.

– Идем, – позвала Марина и повела всех в противоположную от жуткого здания сторону.

Скоро дорога сделала крутой поворот и перед глазами предстал более современный корпус с широким крыльцом и несколькими машинами у входа. На некоторых окнах красовались решетки, что не придавало зданию привлекательности – массивный, мрачный под стать нерадужному пейзажу вокруг, каземат.

Света невольно представила пациентов, находящихся на излечении. Как тут вылечишься, если от одной обстановки хочется удавиться.

В вестибюле унылого вида вахтерша в сине-зеленом халате и импозантном платке тюрбане на голове коротала время за вязанием, слонялся из угла в угол позевывающий охранник и две молодые девушки в белых халатах жевали чебуреки, сидя у окна. По виду студентки, сомнительно, чтобы у персонала этой клиники в ходу было выглаживать волосы и ходить на шпильках. Все, как по команде, обернулись на звучный «чпок» захлопнувшейся за посетителями железной двери и, как ни в чем не бывало, продолжили свои нехитрые занятия, будто ничего необычного не заметив.

Марина высоко подняла над головой руки, из кольца на безымянном пальце лилось неоново-синее сияние, заполонившее все помещение.

– Молчите только, – предупредила она, уверенно двинувшись по больничному коридору.

Эта больница отличалась от всех когда-либо виденных Светой. Кабинеты врачей располагались в одних коридорах, с высокими окнами, без всяких решеток. Здесь вдоль стен стояли удобные диваны и кадки с декоративными пальмами. Коридоры с палатами пациентов отделялись от врачебных кабинетов закрывающимися на ключ дверями. Они беспрепятственно прошли мимо десяти врачей, в упор их не замечавших, поднялись на четвертый этаж. Марина вдруг поймала за рукав солидного мужчину по виду ничем не похожего на врача. Белый халат был накинут на плечи, поверх самой обыкновенной повседневной одежды, если бы не этот халат то врача в нем точно никто не опознал бы. Вот только глаза были весьма своеобразные – холодные и оценивающие.

– Добрый день, коллега, не подскажите где найти Бахрунину Валентину? – мило улыбнулась Марина, выступив вперед из окружавшего ее синего ореола.

От неожиданности мужчина странно дернулся, губы сложились в неприязненно – саркастическую улыбку, но взглянув на собеседницу, он как будто струхнул, глаза округлились, от лица отлила кровь, его будто пригвоздили к полу. Марина недовольно поморщилась и провела рукой перед его лицом. Выражение испуга исчезло, морщины разгладились.

– Где Бахрунина Валентина? – нетерпеливо повторила она.

– В одиннадцатой палате на третьем этаже, – широко улыбнулся врач.

– Спасибо, свободен, – Марина вновь отступила назад.

Врач тряхнул головой, удивленно огляделся по сторонам и, как ни в чем не бывало, заспешил по своим делам. Странная процессия в полном молчании спустилась на этаж ниже, миновала «врачебный» коридор, остановившись у закрытых дверей женского отделения.

Кэрсо-Лас постучал пальцем по замку и тот защелкал в нужную сторону. Едва дверь открылась, в нос ударил омерзительный, ни с чем не сравнимый запах. Света прикрыла нос, с беспокойством взглянув на Дамарда. Тому сделалось явно нехорошо, бронзовый загар куда-то пропал, на бледном лице полыхал лихорадочный румянец, глаза неестественно блестели. Она сильнее сдавила его руку, в ответ он лишь благодарно улыбнулся.