Яна Белова – Сны Великого Моря. Алаутар (страница 13)

Будто в ответ Дамард охнул и завалился за бревно, потеряв сознание.

– Черт побери, прости пожалуйста! – Гаитоэрант помог Свете, с которой в миг слетел всякий дурман, поднять его и привести в чувство.

– Прости, я думал ты не человек, в людях я такой силищи отродясь не видел, – Гаитоэрант действительно раскаивался, по крайней мере, выглядел виноватым, – ты такой щит создал…

Дамард попытался что-то ответить, но не смог, устало прикрыл глаза. Марина присела на корточки рядом с ним, положила одну руку ему на лоб, вторую на пульс.

– Он чуть не кончился на этом своем щите.

– Ну я же нечаянно! Честно слово, не знал!

Света упала в обморок.

Очнулась она в светлой комнате и первым, что она увидела перед собой было лицо Гаитоэранта.

– Извини, я был человеком, знаю какого чувствовать себя беспомощным. Это было жестоко и глупо с моей стороны. С твоим другом все в порядке.

Света села на диване, мутный взгляд обшарил окружающее пространство, восстанавливая в памяти картину произошедшего. Они вновь оказались дома у Ветра и Моря, в той самой спальне, где ночевали с Дамардом.

Дамард лежал на кровати и, судя по спокойному глубокому дыханию, крепко спал. На коленях у Гаитоэранта лежал свернувшись калачиком и громко мурлыча Маркиз. Саня сидела на спинке дивана, недоуменно уставившись на нее. Марины и Кэрсо-Ласа в поле зрения не было.

– Если честно, я не поняла, что случилось, – Света потерла гудящие виски. В глаза будто песка насыпали, они отказывались открываться как должно.

– Я хотел соблазнить тебя. Подумал, если уж я в теле живого, почему бы не воспользоваться его преимуществами, – улыбнулся Гаитоэрант и, кивнув на Дамарда, продолжил несколько тише, – Он моментально раскусил мой хитрый план и напал на меня на энергетическом уровне. Это чистое безумие со стороны смертного, но к его чести я не понял, что он смертный. Думал представитель стихии воды, я решил с ним поиграть, а он чуть в ящик не сыграл. Мари сказала, он сын наших общих знакомых. Это, конечно, многое объясняет, – хохотнул он, почесывая за ухом Маркиза.

– Почему мы вернулись? – вдруг опомнилась Света, окончательно пройдя в себя, – Разве мы не должны как можно скорее отправиться в Изначальный мир?

– Извини, – вновь покаянно вздохнул Гаитоэрант, – Из-за моей дурацкой выходки твой приятель не то, что куда-то отправиться, встать до утра не сможет, придется повременить.

Света смотрела на его тонкие пальцы, перебирающие кошачью шерсть. Кот на его коленях безмятежно дремал, видимо, не ощущая для себя никакой угрозы.

Где-то в квартире хлопнула дверь. Гаитоэрант осторожно переложил кота на диван и хитро подмигнув девушке, вышел из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь.

Света сняла пальто и присела на кровать рядом с Дамардом. Никому не пришло в голову снять с него верхнюю одежду. Однако, когда она только растегнула на нем пальто, Дамард съежился будто от ледяного ветра. Его руки походили на ледышки, несмотря на то, что в комнате было не меньше 25 градусов тепла. Света обняла его, прикорнув на его плече. Спустя пять минут Дамард начал согреваться, руки потеплели, из тела ушла дрожь. Света тоже пригрелась, глаза воспользовались ситуацией, закрылись сами собой. Она почти уснула, когда Дамард, проснувшись, слегка сжал ее плечо. Света широко зевнула и, убрав с его лица волосы, заглянула в глаза.

– Как ты?

Ответ был перед глазами – синие веки, усталый больной взгляд, запавшие щеки, противоестественная бледность. Слабая улыбка тронула уголки губ, но на то, чтобы ответить что-то, сил у него не хватило.

– Все в порядке, Гаитоэрант уверяет, что сожалеет…

Дамард закрыл и вновь открыл глаза, давая понять, что знает об этом.

– Отдохни, – Света провела ладонью по его гладкой щеке, осторожно поцеловав в висок.

– Останься со мной, – едва слышно пробормотал он, прежде чем вновь провалиться в сон.

Безумие. Чистой воды безумие и пути назад уже нет. Света поспешила выбросить тревожащие мысли из головы. Будет лишь то, что будет, судьба столкнула ее с событиями, от которых следовало сойти с ума и успокоиться, но подобная перспектива не входила в ее планы. Значит нужно расслабиться и хотя бы попробовать получить удовольствие.

– Идем, поедим, – позвала ее Марина, чуть приоткрыв дверь, – никуда он не денется.

– Я не голодна.

– Не болтай. Накрой его одеялом, с ним все в порядке, ему надо просто отоспаться.

Поколебавшись, Света последовала совету. Есть действительно хотелось, а Дамард хоть и неважно выглядел, пребывал вне опасности.

Поужинали втроем. Гаитоэрант изъявил желание «побродить» по городу и вернулся только под утро. От новенькой куртки за 500 баксов тянуло сладким кальянным табаком и несколькими видами женских духов. Судя по всему, Великий Огонь отдохнул по полной программе.

В ту ночь сгорел популярный среди золотой молодежи ночной клуб. Жертв не было, спаслась даже случайно оказавшаяся там собака. Гаитоэрант категорически отрицал свою причастность, несмотря на то что где-то сподобился разжиться клубной картой и фирменной пепельницей с эмблемой этого клуба.

Марина и Кэрсо-Лас также не ночевали дома, гуляли по океанскому побережью где-то в Новой Зеландии. Кошки дрыхли на хозяйской кровати, Света слонялась из угла в угол, не зная куда себя деть. Злость то закипала, то остывала, сменяясь тревогой и усталостью. Злилась на себя – за безрассудство, малодушие, на обстоятельства за их бредовость, на прошлое за его никчемность, на будущее за его бесперспективность, на всех и все разом. Дамард спал, не подозревая о ее душевных метаниях.

На рассвете усталость вытеснила собой все прочие переживания и ощущения. Света заснула сидя за столом на кухне с бокалом вина в одной руке и фисташкой в другой. Набитая окурками пепельница стояла почти перед носом, но раздражающий запах не мешал сну, полному сумбурных отрывочных детских воспоминаний.

– Бабуль, а ты меня любишь?

– За что тебя любить? Ты меня не слушаешься.

– Совсем не любишь?

Бабушка вздыхает и грустно улыбается.

– Люблю, глупая, куда же от тебя деваться…

– Я люблю тебя, с ней у меня по пьяни было!

– Врешь, ты любишь секс со мной, это не одно и тоже, убирайся

– Ты циничная грубая стерва! Думаешь, ты прям такая незаменимая? Да никому ты не нужна!

– Пошел вон, а потаскушке своей передай, что она мне косарь должна, не отдаст, ты меня знаешь сгною обоих. Ты тысячи рублей не стоишь.

– Сволочь!

– Я тебя тоже люблю…

– Дедуль, а любить, это как?

– Не знаю, у бабки спроси. Глупости все это, сказки…

Кто-то кладет ей руки на плечи, она слышит собственные глухие всхлипы и просыпается.

– Это сон, просто сон, все, успокойся…

Света уткнулась в его плечо, вцепившись обеими руками в мягкую ткань его рубашки и разревелась пуще прежнего, вдыхая огромными глотками живительный аромат талого снега, окружавший его ореолом. Пальто он все-таки снял.

– Что случилось?

– Ничего, – всхлипнула она, не в силах взять себя в руки, – Мне плохо, только и всего.

– Что мне сделать? Ты только скажи, я найду способ, я это сделаю…

– Обними меня.

Он едва слышно прошептал несколько нереально певучих и в тоже время понятных сознанию слов. Древняя магия – будто подзабытый мотив воскресила в самой глубине ее сути часть ее самой. Слова обрели смысл. Света ни за что не взялась бы повторить в ту минуту только что услышанное, но определенно могла перевести на язык понятный: «Завтра будет все казаться лучше, чем теперь». Нежные щупальца покоя проникли в измученный толи воспоминаниями, толи кошмарами мозг. Она хотела сказать «спасибо», но губы сами собой вывели другое слово:

– Алисо.

– Ты можешь говорить на пардэне? – искренне изумился Дамард.

– Понятия не имею, – буркнула Света и, чтобы избежать дальнейших расспросов, поцеловала его сначала в щеку, а после в губы.

Глава 2

Света иначе себе представляла переход в Изначальный мир. Для этого должно было бы существовать хотя бы подобие таинственного ритуала, но нет, все оказалось до безобразия прозаично. Все зацепились друг за друга и за Марину и в следующую секунду оказались на вершине далеко выступающего в море утеса.

– Камень Борвирда, – шумно вздохнул Кэрсо-Лас, морщась, словно от зубной боли. Гаитоэрант сладко потянулся, Марина опустила на землю корзинку с кошками, те, как по команде выпрыгнули оттуда и о чудо, начали на глазах расти. Спустя пару минут Санька была размером с рысь, а Маркиз превратился в огромного серого мохнатого тигра

– Ну вот, теперрь я скажу тебе все! – проурчал он, глядя на Кэрсо-Ласа.

Едва оправившись от первого шока, Света огляделась по сторонам. Впереди насколько хватало глаз простиралось черное, свирепо дыбившееся волнами море. Свинцово-серые тяжелые тучи сковали горизонт. Позади же ширились бескрайние снежные равнины. Белизна снега слепила глаза, несмотря на отсутствие всякого намека на солнце.

– Ты эгоистичный, наглый… – нараспев начал кот, но его остановил Гаитоэрант.

– Ваше царское величество, у нас большая problem, так что заткнитесь, будьте так любезны.

Света невольно поежилась при виде неузнаваемо преобразившихся кошек. Хоть Саня и походила на среднего размера рысь, что-то в ее облике выдавало котенка. Очень крупного котенка огромной хищной царственной кошки.