Ян Мир – Тень белого ворона (страница 30)
Он внимательно слушал.
– Все, что я вижу, – это уставших и измученных людей, которых нужда толкает совершать ужасные поступки, – проговорила я, возвращая бутылку Рену. – И сектор Бета вовсе не место отбросов. Да, мы далеки от идеала. Но сегодня, в пабе, между людьми не было злости.
– Ты просто так и не научилась читать между строк, – возразил Рен. – И что-то подсказывает мне, что ты такой и останешься.
– Это плохо?
– Дает тебе меньше шансов на долгую жизнь. Но именно это и отличает тебя от других.
– Ты хочешь, чтобы я изменилась?
– Я хочу, чтобы ты жила, – поправил меня Рен.
Я опустила ладони на шершавую поверхность блока и удивленно посмотрела на Рена. Размышляя о своем, он прикрыл глаза.
– Кем ты работаешь?
Лицо Рена немного напряглось.
– И как ты помог той девушке, которую мы встретили на рынке? А еще та женщина, в красном платье…
– Тебе понравилось сидеть на плечах у незнакомца? – прерывает меня Рен.
– Ты уходишь от темы?
– Так да или нет? – он сел.
Меня интересовало сейчас совершенно другое, но Рен не хотел раскрывать карты, предпочитая держать меня все так же на расстоянии. Я пожала плечами.
– Ты выглядела очень счастливой, – Рен ехидно улыбнулся и наклонился ко мне.
– Из-за твоей песни, – я тоже приблизилась, и теперь между нашими лицами было расстояние не больше сантиметра. – Ты подарил людям надежду.
Рен отшатнулся и ненадолго задумался.
– Не говори такие вещи, – слегка хмурясь, попросил он.
– Почему? Тебе неприятно?
– Нет, просто… просто странно, – ответил Рен после некоторой заминки, поднимаясь на ноги.
Я вскочила следом. От резкого движения мир поплыл перед глазами, а тело наклонилось к обрыву. Рен рванул вперед, успевая перехватить меня за предплечье и сбивая ногой бутылку. Послышался жалобный звон. Мы с Реном одновременно посмотрели на источник звука. Под нашим взглядом бутылка, расплескивая половину содержимого, откатывалась к краю бетонного блока. Рухнув вниз, она соприкоснулась с замерзшим озером и разлетелась осколками. Я виновато посмотрела на Рена.
– Пора домой, – спокойно произнес он.
Рен спрыгнул с блока и помог мне спуститься, затем неожиданно присел на корточки, отвел назад руки и посмотрел на меня через плечо.
– Ну? – поторопил он, вопросительно приподнимая бровь.
– Ты серьезно? – удивилась я, понимая его приглашение.
– Давай, мелкая, дорога длинная. Будешь тормозить – придем в Бету только днем. – Видя мое сомнение, Рен вздохнул: – Долго мне ждать?
Не желая упускать редкую возможность, я крепко обняла Рена и прижалась грудью к его спине. Он перехватил меня под коленками и с легкостью выпрямился. Запах кислых зеленых яблок действовал умиротворяюще.
Глава 10
Возвращайся
Боль проникает в тело сквозь кончики пальцев и устремляется дальше. Разветвляется ядом под кожей. Тишину нарушает звук собственных рвущихся мышц, щелканье суставов. Я оголенный клубок пульсирующих нервов.
Чужой голос проникает в голову, в мысли и с каждым словом, с каждой буквой плотно увязает внутри сознания. Хрипло втягиваю раскаленный воздух сухими губами. Темнота вспыхивает огнем. Бушующее пламя поглощает все, до чего может дотянуться. Я в центре пожара.
Нескладный хор криков взрывается в агонии. Душераздирающие вопли усиливаются. Я слышу голоса тех, кто не смог выжить в этом мире. Их души тянутся ко мне в желании соединиться, стать одним целым. Меня заставляют проживать смерть каждого. Крепко сжимаю челюсти, подтягиваю колени к груди и обхватываю их руками. Сжимаясь в позу эмбриона, я стараюсь стать меньше, стать незаметной, никем. Чужие ногти впиваются в мою кожу, оставляют глубокие царапины. Раны вспухают, покрываются кровью. За языками пламени пляшут тени.
Прохладная рука, принося слабое облегчение, мягко опускается на мой лоб. Ища спасение в чужом прикосновении, я прижимаюсь к ладони и медленно поднимаю веки, встречаясь взглядом с синими, как океан, глазами. Пальцы незнакомца неспешно скользят к моему виску. Стирают капли пота, очерчивают скулу.
Повторяет незнакомец и вонзается пальцами в мой глаз. Я резко переворачиваюсь на спину, выгибаюсь, хватаясь за левую половину лица. Собственный крик рвет голосовые связки.
– Лис! – меня вжимают в кровать, держа за плечи.
Пытаясь вырваться, я с силой бью ладонями в грудь нависшего надо мной человека. Мои ноги скользят по простыне, комкают ее. Взгляд мечется по комнате. Потолок, окно, край кровати, корешки книг – все это сплошные размытые пятна. Сердце заходится в учащенном ритме, пульс стучит в висках. Мое плечо отпускают, хватают за подбородок. Крепко сжимая, заставляют повернуться, заставляют сосредоточиться.
– Лис!
Сдавленно всхлипываю, чувствуя отголоски боли, и прекращаю бессмысленную борьбу. Несколько раз моргаю. Ощущение такое, будто в левый глаз насыпали песка. По моей щеке скатывается слеза. Зрение все еще расплывчатое, но реальность постепенно возвращается.
– Лис, – Рен обеспокоенно зовет меня по имени.
Я прикасаюсь рукой к его запястью, стискиваю пальцами, облизывая пересохшие губы.
– В норме, – вру ему охрипшим голосом. – Можешь отпустить.
Рен в сомнении отстраняется от меня и садится на край кровати. Его лицо выражает встревоженность, волосы растрепаны. В комнату проникают закатные лучи солнца. Значит, мы проспали все утро и весь день.
– Я бы не назвал это нормой, – напряженно возражает Рен, не сводя с меня внимательного взгляда.
Нервно сглатываю. К телу липнет пропитанная потом футболка.
– Помнишь, что тебе снилось? – задает вопрос Рен.
Медленно качаю головой. Я прекрасно помню сон, но не готова говорить о нем. Переворачиваюсь на бок и прижимаюсь щекой к подушке. Синие глаза незнакомца вселяют ужас. Они словно видели меня насквозь. К горлу подступает тошнота. Ладонь Рена плавно опускается на мой лоб. Вздрагиваю и крепко зажмуриваюсь. Чувствуя мое напряжение, Рен поспешно убирает руку и поднимается с кровати. Между нами снова появляется невидимая преграда. Только сейчас она выстроена мной. Шаг вперед и два назад – замкнутые движения, позволяющие двигаться не больше трех раз. Кто первым из нас сможет перешагнуть черту и наконец-то встать рядом, прижимаясь плечом к плечу? Несколько раз провожу ладонями по лицу, сбрасывая остатки кошмара, и кошусь на спину Рена. Подойдя к шкафу, он вытаскивает комплект одежды. Тяжело усаживаюсь на кровати.
– Люди, – сипло произношу я.
Рен замирает. Догадывается ли он о том, какой вопрос я хочу ему задать?
– Даже после своей смерти они не могут покинуть этот мир? – я продолжаю коситься на него, наблюдая за реакцией.
Думал ли он сам об этом? Наверное, да. Он из тех, кто может задаваться такими вопросами. Он из тех, кто полностью пропитан собственными тайнами. Плечи Рена напрягаются. Страшно ему? Я испытываю самый настоящий ужас от одной лишь мысли оказаться запертой один на один со своими кошмарами там, где продолжается жизнь.
– Я не дам тебя в обиду, – Рен говорит успокаивающе, словно догадываясь, о чем я думаю.
Но в его голосе что-то не так. На кровать летит третья по счету футболка. Следом за ней джинсы. Слишком много одежды для одного дня. Поворачиваю голову и замечаю около стены два рюкзака. Один из них набит вещами, на другом расстегнута молния. Я опускаю ноги на пол и на секунду, перед тем как подняться, задерживаюсь.
– Рен?
Он молчит. Беспокойство не дает мне закончить фразу.
Прислонившись к капоту пикапа, Удав лениво курил, выпуская в воздух серые клубы дыма. В кармане его черной куртки несколько раз запиликал пейджер. Вытащив его, Удав прочитал короткое сообщение от Мак и тепло улыбнулся. Зная, что он сегодня отправился в Бету, Мак просила его быть внимательным. Свет фар выловил из темноты два силуэта. Миновав сломанный шлагбаум, они теперь направлялись к Удаву. Глядя на них, тот убрал пейджер обратно в карман и, стряхнув пепел, затянулся сигаретой. От его глаз не укрылось бледное лицо Лис и ее рассеченная нижняя губа. Стоило Рену с Лис подойти ближе, как Удав бросил бычок в снег и затоптал ботинком – привычка, после чего прошагал к передней дверце пикапа и распахнул ее, приглашая Лис занять пассажирское сиденье. Она в нерешительности остановилась и, стягивая со своего плеча рюкзак, посмотрела на Рена.
– Залезай, – поторопил он, пряча руки в карманы плаща.
– Ты поедешь сзади? – неуверенно спросила Лис.
– Залезай, – повторил Рен.
Удав едва заметно улыбнулся и укоризненно покачал головой. Неужели нельзя быть помягче, особенно сейчас.
– Прокатимся, – Удав постучал костяшками пальцев по крыше пикапа. – Тут недалеко, – пообещал он Лис.
Пока она садилась и пристегивала ремень безопасности, Удав закрыл дверь и повернулся к Рену. Они вдвоем отошли чуть дальше от машины и остановились под высокой скрипучей елью. Пристроив рюкзак на коленях, Лис повернулась в сторону Рена. Ей не нравилось происходящее, но она не решалась высказаться об этом вслух. Не стоило раздражать Рена лишний раз. За время их дороги сюда он так и не сказал ни слова, предпочитая отмалчиваться на все вопросы. Лис откинулась на спинку сиденья и вцепилась пальцами в рюкзак. С каждой секундой, проведенной в одиночестве, ее волнение усиливалось.