Ян Ли – Дорога охотника 3 (страница 25)
Потом Ольге поднялся.
— Ну что ж, — сказал он, отряхивая грязь с доспехов. — Перемирие закончилось.
Я тоже встал. Медленно, осторожно. Плечо болело там, где меня зацепило порождение, но терпимо. Регенерация уже работала.
— Ты уверен, что хочешь это сейчас?
— У меня приказ.
— У тебя четыре человека, — сказал я. — Один раненый. Остальные — на ногах еле держатся. Ты реально думаешь, что это хорошая идея?
Ольге смотрел на меня. В его глазах я видел усталость — глубокую, застарелую, усталость человека, который слишком долго делает работу, которую ненавидит.
— У меня приказ, — повторил он. Но в голосе уже не было прежней уверенности.
— Ольге, — я поднял руки, показывая, что не собираюсь атаковать. — Послушай меня. Просто послушай, две минуты. Ты преследовал меня две недели. Потерял — сколько? Дюжину людей? Больше? И ради чего?
— Ты украл трофеи графа.
— Я забрал то, что первый нашёл в руинах Старых. Руинах, которые не принадлежат ни графу, ни кому-либо ещё. И знаешь что? То, что мы только что видели там, внизу — это ерунда по сравнению с тем, что проснётся, если трещина расширится. Ты хочешь притащить меня к графу — отлично. А что потом? Граф казнит меня, заберёт… что он там хочет забрать… и всё? Все довольны?
— Это не моё дело.
— А чьё тогда?
Пауза. Дождь усилился — крупные капли барабанили по камням, по нашим головам, по трупам внутри шахты.
— Твои люди устали, — сказал я. — Им нужен отдых, еда, лечение. Раненому — целитель, иначе он не дотянет до цивилизации. Ты можешь попытаться взять меня сейчас — и, может быть, даже получится. Но какой ценой? Ещё двое-трое мёртвых? Ради приказа, который уже стоил тебе половины отряда?
Ольге молчал.
— Или, — продолжил я, — мы можем разойтись. Прямо сейчас. Ты скажешь графу, что я погиб в шахте — никто не проверит. Заберёшь своих людей, вернёшься домой. Будешь жить дальше.
— Ты предлагаешь мне нарушить присягу.
— Я предлагаю тебе выбор.
Он думал долго. Смотрел на меня, на своих людей — измотанных, раненых, напуганных. Смотрел на вход в шахту, где всё ещё шевелилось что-то в темноте.
— Ублюдок, — сказал он наконец.
— Это не ответ.
Ольге усмехнулся — впервые за всё время, что я его видел.
— Ты прав. Это не ответ.
Он развернулся. Пошёл к своим людям.
— Собирайтесь, — сказал он. — Уходим.
Один из бойцов — тот самый нервный, молодой — возмутился:
— А как же…это⁈
— Охотник погиб в шахте, — сказал Ольге ровным голосом. — Засыпало при обвале. Тела не нашли. Это официальная версия. Кто не согласен — может остаться здесь и проверить лично.
Молчание. Никто не остался.
Они собрались за пять минут — подхватили раненого, подобрали уцелевшее снаряжение. Ольге обернулся напоследок.
— Не попадайся мне больше, охотник.
— Постараюсь, сержант.
Он кивнул — коротко, без эмоций. И ушёл. Увёл своих людей вниз по склону, в сторону леса, прочь от Рыжих холмов и того, что пряталось под ними. Я остался стоять у входа в шахту, глядя им вслед. Дождь лил, не переставая. Плечо болело. Во всём теле — странная слабость, как после тяжёлой болезни.
Ладно. Не сдох, и на том спасибо.
Отошёл от входа метров на двадцать — на всякий случай. Нашёл относительно сухое место под нависающим камнем, сел, привалился спиной к скале. Закрыл глаза. Первый раз за… сколько? Часы? Дни? — позволил себе просто сидеть. Не планировать, не анализировать, не ожидать нападения. Просто — быть.
Тишина. Настоящая тишина, только шум дождя и стук моего собственного сердца.
Через полчаса я поднялся. Дождь чуть утих, превратившись в мелкую морось. Эффект «касания» всё ещё действовал, но терпимо — ноги держали, голова работала.
Нужно было возвращаться в Перепутье. Отлежаться, прийти в себя, разобраться с тем, что произошло. И — да — разобраться с тем, что теперь делать с моей жизнью. Потому что после сегодняшнего стало ясно: просто охотиться на волков и таскать руду кузнецу — это уже не вариант. Там, внизу, что-то проснулось. Что-то, что знает обо мне. Что-то, что позвало меня сюда — и, вероятно, позовёт снова.
Весёленькие перспективы.
До Перепутья я добрался к закату. Без привалов и без приключений, что само по себе было удивительно — видимо, вселенная решила дать мне передышку. Или просто копила силы для следующего раунда пиздецов.
Стражник у ворот — тот же сонный мужик, что и в прошлый раз — посмотрел на меня с интересом.
— Снова в шахту ходил?
— Угу.
— Как там, стремно?
— Относительно.
Прошёл через ворота, по главной улице, к «Трём дубам». Народу было мало — вечер буднего дня, все по домам. Только пара пьянчуг у колодца да кошка, шмыгнувшая в подворотню.
Боров встретил меня за стойкой — как обычно, с кружкой и тряпкой в руках.
— Выглядишь хреново, — сказал он вместо приветствия.
— Чувствую себя ещё хуже.
— Жрать будешь?
— Буду.
Поднялся наверх, прихватив с собой пирог с чем-то мясным. Закрыл дверь. Упал на койку. И только тогда — наконец-то — открыл статус.
СТАТУС