Ян Бадевский – Сила на краю империи (страница 13)
У меня на сей счёт было иное мнение.
— Рекомендации? — я отстранённо наблюдаю за чайкой, пикирующей в волны, чтобы выхватить рыбу. Аллегория завораживает.
— Да никаких, — пожал плечами Барский. — Это же инквизиторы. Никто не смеет бодаться с ними. Если ты что-то натворил в Самарканде, настраивайся на худшее. Можешь сбежать, воспользовавшись домоморфом, но они объявят всемирный розыск. Даже если десять или двадцать лет будешь прятаться, всё равно найдут.
— А вы фаталист, князь.
— Скорее реалист.
— К вам они уже обращались?
— Пока нет. Но ты не сомневайся, если инквизиторы что-то найдут, возьмутся за раскрутку всех, кто с тобой связан. И начнут с меня.
— Не боитесь?
— А мне скрывать нечего. Прикормил немножко Петра, с кем не бывает. Они поэтому его и отстранили, чтобы под ногами не путался. Другой вопрос, не выполнял ли ты ты наши поручения, проникнув в колонию Мароан… если, конечно, это был ты. Буду откровенен: сейчас решается вопрос о том, чтобы дистанцироваться от Рода Ивановых. То есть, исключить тебя из клана… досрочно.
— Это умиляет, — признал я. — Если сравнить меня с тонущим кораблём, то можно продолжить аналогию…
— Не надо, — прервал Барский. — Я понимаю, как это выглядит. Но ты должен нам ещё два заказа.
— Но-но-но, — я погрозил начальнику СБ пальцем. — Должен, если состою в клане. Выбрасываете меня — и все обязательства аннулируются.
— Совесть позволит?
— Ещё как. Вам же позволяет списывать меня в запас, когда запахло жареным. И это при том, что я дважды спасал Воронову от смерти и серьёзно облегчил ваше положение на грядущем Турнире, убив одного классного мечника.
— Это другое, — поджал губы Барский.
— Я так и подумал.
— В любой случае, решение ещё не принято. Не паникуй.
— А зачем? Я спокоен как удав. Собираюсь, знаете ли, стать мирным гражданином, завести огородик и выращивать там баклажаны. Или хурму, как пойдёт.
Барский посмотрел на меня, как на душевнобольного.
Инквизиторов принято бояться, и то, что сейчас озвучили, должно повергнуть меня в шок. По идее. Возможно, эсбэшник ждал, что я начну упрашивать его оставить меня в клане, прикрыть задницу, а взамен пообещаю беззаветную службу правящему Дому. На фоне недавнего предложения Трубецкого всё это выглядит очень забавно.
— Мы с тобой свяжемся, — Барский явно спешил свернуть неудобную тему.
— Предупредите о штурме моей усадьбы, — «догадался» я, не скрывая сарказма.
Ответ, естественно, не получил.
Конструкт начал стремительно распадаться.
Несколько дней после разговора с Барским ничего не происходило. Эдакое затишье перед бурей. Я переложил все текущие дела на Джан и Аркусов, затем позвал к себе в кабинет Демона и Хасана, чтобы вкратце обрисовать положение вещей.
— И что ты от нас хочешь? — поинтересовался Хасан.
— Известно что, — я обвёл внимательным взглядом каждого. — Если за мной придут инквизиторы, будет горячо. Вы можете пострадать. Поэтому я могу разорвать контракты и ничуть не обижусь, если вы упакуете чемоданы прямо сегодня. Это же, мать их, инквизиторы. Страх и ужас в Фазисе.
Лютый посмотрел на Хасана:
— Брат, он нас только что кем обозвал?
— Я не расслышал, — морщины на лице старика пришли в движение. — Но захотелось подкатить к нему на этой коляске и отдавить ногу. Ты, Пашенька, не будешь возражать?
Электромотор инвалидной коляски угрожающе загудел.
— Полегче! — я отступил на два шага назад. — Вы чего, мужики?
— Мы — твоя гвардия, — серьёзно заявил Демон. — И твои друзья. Только попробуй нам сказать что-нибудь подобное ещё раз. Утопим в бассейне и не посмотрим на твою проницаемость, мелкий засранец.
Шагнув к Лютому, я крепко его обнял и похлопал по спине.
— А меня не надо, — шутливо отмахнулся Хасан. — Я старый совсем, могу рассыпаться.
— Людей предупреди, — повернулся я к Демону. — Они имеют право на выбор.
— Я предупрежу, — кивнул Паша. — Но в их выборе ни секунды не сомневаюсь. Мы воины, Сергей. А воины всегда готовы умереть за своего хозяина, если потребуется.
— Не потребуется, — заверил я. — Кто сюда с кадилом придёт, от подсвечника и погибнет.
— Чего? — не понял Хасан.
— А, забейте.
Демон сразу после нашей приватной беседы устроил общий сбор и предложил всем желающим разорвать контракты с Родом Ивановых. Никто не знал, чего ждать от инквизиторов, чем я прогневил консисторию, и когда (если), к нам нагрянут каратели, но пятеро недавно набранных бойцов поспешили расторгнуть соглашение, собрали вещи и уехали куда подальше. Остальные заверили, что будут со мной и Демоном до конца.
Удивили слуги.
Мы ещё не успели обзавестись целым штатом лакеев, дворецким, садовником и чистильщиком бассейнов. Только горничной и поваром, душевной женщиной, умеющей творить чудеса на кухне. Джан взяла общение с ними на себя и через двое суток я заметил… что никто никуда не собирается. Нас всё так же вкусно кормят, приглядывают за порядком в доме и не наводят лишней суеты. Признаться, такой поворот тронул меня до глубины души.
На третий день мне доложили, что в посёлке видели инквизитора. Если уж быть совсем точным — дознатчика в графитовой сутане. Да-да, у дознатчиков сутаны, у карателей — рясы. Ещё одно важное отличие, о котором знают не все.
Ко мне инквизитор не зашёл.
Более того, не стал заглядывать к Маро, ближайшей соседке.
Гость из Турова побродил по посёлку, пообщался с местными жителями, заглянул на почту и в банк, а затем уехал. Ещё на один день наступила тишина.
Буря разразилась в пятницу.
Я сидел в кабинете, просматривал финансовые отчёты, подготовленные Джан и Аркусами, слушал по радио новости Фазиса и в целом чувствовал себя прекрасно.
— Важный звонок, Сергей, — раздался голос Бродяги.
— Чем он такой важный? — недовольно пробурчал я. От цифр в отчётах уже тошнило. А ведь мне ещё предстоит поездка в «Транскапитал»…
— У тебя есть список контактов первостепенной значимости, — резонно ответил домоморф. — Это один из них.
Со вздохом я отложил бумаги.
— Кто?
— Секретарь Николая Трубецкого.
Надо же.
— Соедини.
— Добрый вечер, господин Иванов, — поздоровалась со мной девушка с обворожительным голосом. — Его Сиятельство хотели бы пообщаться с вами в приватной обстановке. Как вы смотрите на то, чтобы встретиться в ресторане «Звезда Востока», скажем… сегодня в половину девятого?
— Это же через полтора часа.
— У князя очень плотный график, — извиняющимся голосом произнесла секретарша. — Он воспользовался своим влиянием, чтобы забронировать столик в одном из лучших ресторанов города. Насколько мне известно, он уже выехал на запланированную встречу.
Я хмыкнул.
Трубецкой решил встретиться на нейтральной территории. Это означает, что он не хочет видеть меня в Змеиных Кварталах. И не хочет, чтобы его видели в Красной Поляне. Уверен, Трубецкой напичкал весь ресторан своими людьми, да ещё и прикрыл его для обычных посетителей. То, что они опасаются моей реакции на «непопулярное решение» — в этом я даже не сомневаюсь. Зря опасаются, кстати.
Федя отправился в гости к Ухтышке, поэтому я решил не дёргать Бродягу по пустякам. Поеду в город на «Ирбисе». Развеюсь, приведу мысли в порядок. Полюбуюсь огнями вечернего Фазиса.
Стоило мне вывести тачку из гаража, пришла мысль от Ольги: