Яков Островский – Судьба семьи Мушар. Глава I (страница 6)

– Нет, ни разу с ней не сталкивалась, нигде.

– Понятно, спасибо за беседу. Мы… Вы со всем справитесь, я лично прослежу за ходом этого дела. А теперь пора в участок.

***

Воспоминания молниеносно промелькнули перед глазами. Первая встреча с Каталиной Мушар всплыла в памяти Артема, затмив собой реальность. Это мимолетное путешествие в прошлое было похоже на одно из тех видений, что Артем видел находясь рядом с семьей Мушар, больше десяти лет назад.

Покалывание в висках отступило. Артем проморгался, перед ним была все та же престижная квартира в Глайд плаза, и на удивление просторно-пустая комната, соседствующая со спальней жертвы. Кому она принадлежала?

На место преступления вошел еще один человек, полноватый, одетый в черный дождевик, из-под которого проступала шелестящая роба криминалиста.

– Всех еще раз с добрым утром господа. О, Вы уже здесь, капитан, – проголосил Ян Гут, второй криминалист на месте, никогда не теряющий своего позитивного настроя, – Уже осмотрелись? Там в конце коридора стоит старичок, Константин, наш первый свидетель. Я его конечно не расспрашивал, а так, скорее пытался успокоить что делом заняты профессионалы, – жестом он тыкнул указательными пальцами на Артема и Антона Швеца, который сосредоточенно осматривал тело и попутно делал записи в свой планшет.

– И тебя с тем же, Ян, – хмуро, но дружелюбно ответил Артем, – Пока вы с Антоном тут, пойду подойду к, как ты говоришь, Константину и заодно к соседям. Как тут будете заканчивать – дайте знать ребят.

– Обязательно! – Гут потянулся к их разложенному криминалистическому футляру.

В их широком саквояже можно было заметить различные лупы для дактилоскопии, карточки для снятия папиллярных узоров и прочие инструменты, о назначении которых Артем уже забыл со времен учебы в московской академии. Его задачей, как и любого следователя на службе, было местное дознавание и сбор первых сведений о деле. Остальным предстояло заниматься уже в своем кабинете.

Ян Гут взял фотоаппарат и две увеличительных линзы. Артем выходил из квартиры Каталины Мушар под озаряющие его правую часть лица фотовспышки. Коридор был хорошо освещен. Вмонтированные круглые лампочки тянулись волной вдоль коридора и источали теплый бронзовый свет отчего темные глянцевые металлические двери с двумя золотыми полосами по диагонали походили на кривые зеркала. Артема остановили.

– Господи, Тём, мне жаль. Прими соболезнования, – отстрелял запыхавшийся Андрей, – Сам только узнал от ребят внизу кто жертва.

– Все норм… Все хреново, сказать тут больше нечего. Давай работать, Андрюх, – Артем всеми силами скрывал свою истощающую скорбь, – Где тебя там носило?

– Застрял в лифте, скотина он такая. Думал что вот приплыл мой рабочий денек. Потом сам открылся на пятнадцатом, и я погнал сюда.

– Занятно что у них в Глайд плазе такая беда с лифтами, ты что на третьем грузовом поехал?

– На каком третьем? – Андрей немного удивился как ему казалось непонятой шутке, которые так же редко исходили от Артема, как и падения метеоритов на Землю.

– Я о том что закрыт, с накладными дверьми.

– Тут всего два лифта, Артем. Но молодец, что пытаешься не терять юморок.

Артем краем взгляда обратил внимание на свою левую руку – у него начался легкий тремор. Он понял, что за одно утро пережил такое сильное видение, каких не было за все время его знакомства с Каталиной Мушар и ее сыном Марком. Звериный рык, плач ребенка, удар. Воспоминания о галлюцинации на первом непроизвольно напомнили о себе.

Андрей взглянул на свои механические часы. Стрелки уже крутили за половину девятого. Следователи по делу об убийстве Каталины Мушар, Артем Готти и Андрей Селецкий, дуэтом двинулись навстречу расследованию всей их жизни.

2 Эффект мерцания

К вечеру дождь совсем утих. Вечно мокрый асфальт так ярко отражал блики от фар машины, что все окружавшие Артема огни сумеречной Москвы казались лишь обволакивающей машину темной пустотой. Уходящий день был полон событий, вернее сказать событием, что отпечаталось в памяти и чувствовалось как поворотный момент всей жизни, отнюдь не в положительную сторону. На сегодня Артему было тошно от своей работы, погоды, своих эмоций, даже от себя самого.

– Спасибо что подбросили парни, хорошего вечера. – Антон Швец, сидевший на заднем сидении, распрощался с Андреем и Артемом на редкость крепким рукопожатием, – Андрюх, присмотри за нашей “тучкой”. Вы тоже сейчас скрашивать вечер?

– Нет, в другой раз. Мы по домам, – уставшего вида Андрей, находившийся на переднем пассажирском, что-то листал в телефоне.

– Пока, Антох. – протерев глаза, сквозь краткий зев ответил уже Артем, их сегодняшний водитель.

Антон вышел недалеко от метро Проспект Вернадского, где находился его излюбленный бар “Шанти”. Это место всегда выглядело незамысловато, даже просто, однако ни невзрачная вывеска, на которой неоновым канатиком выводился зеленый дуб и само название заведения, ни окружение самого бара с вечно реставрируемым тротуаром и современным “терраформированием” прилегающих к жилым домам цветочных островков тракторами, все эти факторы и близко не могли перекрыть красоту внутреннего декора и атмосферы “Шанти”.

Артем не был большим поклонником каких-либо празднований, в частности когда такое дело казалось его персоны. Однако в честь повышения до звания капитана, Антон Швец подбил Андрея затянуть Артема в один хваленый бар, дежурно отпраздновать продвижение по карьерной лестнице. В тот раз Артем решил не отказываться от настойчивого предложения немного отметить личное событие. Вечное избегание собственного счастья, к чему Артем привык еще с детства – так ему казалось, причиняет вред не только личности, но и ее небезразличному окружению, с годами Артем понял и это. Несмотря на критическое отсутствие дружеских связей с кем-либо, Артем, как и любой другой, привыкал к людям. Уважительность, с витающим вокруг дружелюбием Антона Швеца и врожденная побратимость Андрея Селецкого не оставляли шансов Артему не привязаться к этим личностям. И правда, встретить в жизни таких людей как Андрей и Антон зачастую означает обзавестись как минимум хорошими товарищами, а то и друзьями.

Проводив Швеца взглядом, Артем вспоминал тот вечер в “Шанти” после капитанского повышения: полы, выложенные деревянными дощечками; свежий запах сладковатого лайма и квинтэссенции парфюма редких гостей; прекрасная дубовая барная стойка, за которой разместились они втроем в тот вечер, вполне терпимая выпивка и приглушенный зеленовато-синий свет от фонариков, вмонтированных в искусственные декорации растительности по периметру потолочных карнизов. Немногочисленность посетителей даже в предночное время задавало почти домашний уют. То был и правда хороший вечер, для всех них. Артем был благодарен Антону и Андрею, что несмотря на его местами скверный и замкнутый характер, они как могли держали его на плаву.

Антон скрылся из виду за дверями “Шанти”. Артем вывернул руль и вывел машину обратно на дорогу.

– Тём, тебе оно не нужно, правду тебе говорю, – Высказался Андрей по поводу дела о Каталине Мушар, – Прошу, давай ко мне зайдешь, подумаем, только не загибай себя в этом всем ужасе, друг.

Дорога была пуста. Взгляд Артема был сосредоточен на незримой пустоте, будто он вглядывался в собственные мысли, которые не давали ответов. “Почему одежда Каталины была цела?”, “Куда она собиралась?”, “Сотрудничают ли соседи со следствием, если да, неужели все как один ничего не видели и не слышали в ночь убийства?”, “Константин…”

– Что насчет того деда. Применим ли его рассказ вообще к реальности? О пользе для дела даже не спрашиваю, – фыркнул Артем, не надеясь обрести озарения от комментариев Андрея.

– Он же Константин, да? Его рассказ о пролетевшем пальто посреди ночи у его окна и “львиный рев”… Как по мне, таких пожилых бедолаг в пансионатах закрывать надо, а не оставлять жить одних в роскошных столичных комплексах. Наверняка не выпил свои седативные, вот и воображение разыгралось, тем более-то на фоне произошедшего по соседству.

– Что есть то есть, но тем не менее. Если бы остальные жильцы смогли бы указать на какие-то иные факты, может и сказки этого Константина удалось бы приравнять к реальным событиям, убрать бы слой надуманности…

– Меня тоже настораживает, что никто из соседей, да на целом блин этаже, ни шороха из подъезда не слышали. Ну записи с камер внутри и снаружи здания мы уже запросили, завтра-послезавтра получим и можно будет нормально работать. А тебе, опять же, советую воздержаться от этого.

– Андрюх, скажу крайний раз, спасибо, правда спасибо за твою опеку, но разобраться с этим надо мне как никому другому. Грабежом на Новаторской пусть займется Нотов или кто у нас из свободных сейчас.

– Я за тобой слежу, капитан, – Андрей сделал жест двумя пальцами “глаза в глаза”, – И твои проблемы от меня не скроются, все решаемо мужик, вот абсолютно все.

– Спасибо, Андрей. Добротно сказано, знаешь, красиво.

– Ладно тебе, ну так что, зайдешь кофейку вдарить? Это день конечно не перекроет, но всяко полегче.

– У меня есть одно дело, в следующий раз Андрюх.

– Что хоть за дело-то? – Андрей цыкнул от недовольства, что Артем так никогда и не соглашался на подобные приглашения.