Яков Нерсесов – «Свет и Тени» Последнего Демона Войны, или «Генерал Бонапарт» в «кривом зеркале» захватывающих историй его побед, поражений и… не только. Том VII. Финал «времени незабвенного, времени славы и восторга», или «Дорога» в Бессмертие! (страница 15)
Не стал присоединяться к своему экс-тестю «без лести преданный» ему экс-пасынок , у которого, очевидно, были свои веские резоны остаться в стороне. Эжен де Богарнэ
Напомним, что только после полученного им в апреле 1814 г. в Италии, где он в целом успешно противостоял австро-англо-неаполитанским войскам, известия о падении 19 (31) марта Парижа и отречении 6 апреля Наполеона от власти, он прекратил борьбу на Итальянском фронте, поскольку сражаться дальше уже было бессмысленно. 16 апреля он заключил перемирие. По соглашению с союзниками французские войска покидали Италию и возвращались на родину. 19 апреля Итальянская армия оставила свои оборонительные позиции на Минчио и По, которые тут же были заняты австрийцами и неаполитанцами. А за два дня до этого, 17 апреля, она простилась со своим главнокомандующим, передавшим командование армией (ок. 40 тыс. чел. и 77 оруд.) командиру 1-го корпуса генералу П. Гренье, который повел их на родину. В начале июня 1814 г. войска бывшей Итальянской армии прибыли во Францию, где сразу же – 20 июня – были расформированы.
На этом боевое поприще Эжена де Богарнэ, продолжавшееся 20 лет, закончилось. 27 апреля он покинул Италию, выехав в Мюнхен, где находилась его семья. В июне 1814 г. Эжен де Богарнэ на короткое время (в связи с кончиной матери) прибыл в Париж. Король Людовик XVIII и союзные монархи приняли его благосклонно. Они сохранили за ним все чины и титулы, а в лице русского императора Александра I Богарне нашел даже покровителя.
На Венском конгрессе (сентябрь 1814 г. – июнь 1815 г.) союзные державы-победительницы решили судьбу приемного сына ссыльного императора Франции. За потерю (отказ от своих!?) Итальянских владений он был «помилован» и ему было выдано денежное вознаграждение в сумме 5 млн франков. За эти деньги его тесть баварский король предоставил Богарне княжество Эйхштедтское и 14 ноября 1817 г. даровал титулы принца Баварского, герцога Лейхтенбергского. После отъезда из Италии бывший вице-король Италии Эжен де Богарне отошел от всех государственных и политических дел, уйдя в частную жизнь.
… с 14 января 1806 г. он был женат на принцессе Агнессе Амалии фон Виттельсбах (1788—1851), дочери короля Баварии, от которой имел семерых детей: Жозефина-Максимильена-Эжени (1807—1876), ; Эжени-Гортензия-Августа (1808—1847), ; Огюст-Шарль-Эжен-Наполеон (1810—1835), ; Амалия-Августа-Эжени (1812—1873), ; Теоделина-Луиза-Эжени-Августа (1814—1857), Каролина Клотильда (1816); и Максимилиан-Жозеф-Эжен-Огюст-Наполеон (1817—1852), который спустя 15 лет после кончины отца, в 1839 г. , положив начало русской ветви герцогов Лейхтенбергских. Этот род просуществовал в России ок. 80 лет, до падения династии Романовых после октябрьского переворота большевиков в 1917 г., причем, ряд его представителей служили в царской армии…
Во время «Ста дней» Наполеона Богарне уже не было рядом с императором. По всей вероятности, он не верил в успех предпринятой Наполеоном попытки восстановить империю и не пожелал рисковать своим положением. Не исключено, что свою роль сыграло и его новое окружение ( король, жена, королевский двор), удержавшее принца от опрометчивого шага. Вполне возможно, Богарне мог затаить обиду на своего приемного отца, отвергнувшего 5 лет назад его мать, которая скончалась 29 мая 1814 г. в Мальмезоне, будучи еще далеко не старой женщиной (в возрасте 50 лет). Но, как бы там ни было, среди боевых сподвижников Наполеона в его последней роковой и скоротечной кампании 1815 года Эжена де Богарне не оказалось. Доблестно сражавшийся за дело императора в заведомо обреченном на неудачу 1814 году и оставшийся верным ему до конца, он в 1815-м, как и большинство маршалов, уже не пожелал встать под его знамена.
По своему происхождению Богарне принадлежал к старинному и титулованному французскому дворянству, в среде которого воинская профессия считалась традиционной. Получив хорошее военное образование и соответствующее воспитание, он посвятил себя службе на военном поприще, сначала под знаменами Республики, затем – под императорскими орлами. Безусловно, это был храбрый, без экзальтации, воин, отважный генерал и одаренный военачальник крупного масштаба. В этом качестве он неоднократно проявлял свои выдающиеся военные способности.
Военная карьера этого благороднейшего рыцаря своей эпохи все время шла по восходящей. Пройдя школу полководческого мастерства под началом близкого ему по духу генерала Макдональда, быстро став надежным, профессионалом без слабых мест, очень молчаливый, предельно серьезный и крайне внимательный к любому поручению Эжен участвовал во всех кампаниях Наполеона. Как полководец Эжен де Богарне вырос буквально на глазах Наполеона. Начав службу при нем юным лейтенантом, он уже в 21 год становится полковником и командиром конных егерей консульской гвардии Наполеона, а в 23 года получает чин генерала. В 27 лет Богарне назначается командующим армией, заняв, таким образом, должность, которую Наполеон доверял только маршалам, да и то далеко не всем.
Конечно, нельзя сбрасывать со счетов такой само собой разумеющийся факт, который сыграл решающую роль в его столь стремительной военной карьере, как родственная близость с Наполеоном. Но при всем этом нельзя отрицать и того, что без наличия соответствующих дарований сделать ее вряд ли бы было возможно. Император был прежде всего прагматиком и ценил людей главным образом по их способностям и конкретным делам. Все остальное в расчет не принималось. Примеров тому более чем достаточно. Например, своего младшего брата Жерома Бонапарта (короля Вестфальского) Наполеон без колебаний отстранил от командования в самом начале Русской кампании 1812 года, как только убедился в его полной военной бездарности. Тяжелую руку императора испытали на себе и многие маршалы.
Умный, смелый, энергичный, надежный в бою, быстро и умело реагирующий на любые изменения в обстановке, он пользовался полным доверием не только Наполеона, но и большим авторитетом в предводимых им войсках. Этому во многом способствовали его личные качества: равное и доброжелательное отношение к людям разного общественного положения, доступность и простота в общении с подчиненными, благородство характера, честность и порядочность, полное отсутствие аристократической спеси и надменности, великодушие и удивительная скромность. Даже в ту бурную романтическую эпоху такие люди являлись большой редкостью. Это был прежде всего человек долга и чести в полном смысле этого слова. О его внимании к нуждам войск свидетельствует хотя бы такой факт. Первое, что интересовало Богарне по прибытии в ту или иную часть, – как организовано питание солдат. И только убедившись, что снабжение войск организовано на должном в данной обстановке уровне, он переходил к решению других вопросов. Он в совершенстве владел уникальным даром прямого воздействия на войска. В случае крайней необходимости Эжен де Богарнэ, не задумываясь, мог увлекать их личным примером на решение, казалось бы, крайне рискованных или вообще невыполнимых задач, как это имело место на полях сражений при Бородино или под Малоярославцем, а также неоднократно в ходе кампании 1813 года в Германии и Итальянской кампании 1813—14 гг.
Мужество возглавляемых Эженом де Богарнэ войск и его личная храбрость не раз позволяли вырвать победу из рук противника, когда, казалось бы, никаких шансов на успех уже не было.
Например, в сражении под Малоярославцем он овладел позицией противника, которую некоторые из маршалов считали неприступной, а потому предлагали Наполеону отказаться от попыток ее атаковать. «Я вчера сражался с восьмью дивизиями противника с утра и до самого вечера, и удержал свою позицию; император доволен», – лаконично сообщал Богарне своей матери на следующий день после сражения. Блистательную храбрость и непоколебимое мужество Богарне проявил под Духовщиной, когда, оказавшись в безвыходном положении, он с честью вышел из, казалось бы, тупиковой ситуации, когда был лишь один выход – капитуляция.
Эжен – один из очень немногих высших военачальников Великой армии, кто в Русском походе 1812 года от начала и до конца демонстрировал несгибаемое мужество, особенно, во время гибельного отступления из Москвы, когда он разделял со своими солдатами, не делая для себя никаких исключений, все тяготы и лишения, выпавшие на их долю.
Именно 31-летний экс-пасынок мужественно возглавил остатки некогда «Великой Армии» на пограничном Немане, после того как там их самовольно бросил полностью деморализованный Мюрат. В начале 1813 г. он спас вышедшие из России жалкие остатки некогда Великой армии, брошенные на произвол судьбы Мюратом, собрал, организовал и привел их в боеспособное состояние.
Из трагического для французов Русского похода 1812 года де Богарнэ вернулся во Францию со славой уступающей лишь славе Мишеля Нея – в тяжелых арьергардных боях, прикрывавшего бегство Наполеона из Москвы.