Яков Канявский – Трагический эксперимент. Книга 10 (страница 1)
Яков Исаевич Канявский
Трагический эксперимент. Книга 10
Всякую революцию задумывают романтики,
осуществляют фанатики, а пользуются её плодами
отпетые негодяи.
Всякий раз, когда я вспоминаю о том, что Господь справедлив, я дрожу за свою страну.
Народ, забывший своё прошлое, утратил своё будущее.
© Канявский Яков, 2025
© Издательство «Четыре», 2025
Глава 1
Жертвы
Итак, война закончилась, но много вопросов осталось. И один из них: о жертвах этой войны.
В марте 1946 года в интервью газете «Правда» И. В. Сталин объявил: «В результате немецкого вторжения Советский Союз безвозвратно потерял в боях с немцами, а также благодаря немецкой оккупации и угону советских людей на немецкую каторгу, около семи миллионов человек».
В 1961 году Н. С. Хрущёв в письме премьер-министру Швеции писал: «Германские милитаристы развязали войну против Советского Союза, которая унесла два десятка миллионов жизней советских людей».
8 мая 1990 года на заседании Верховного Совета СССР в честь 45‐летия Победы в Великой Отечественной войне объявлено итоговое число людских потерь: «Почти 27 миллионов человек».
В 1993 году коллектив военных историков под руководством генерал-полковника Г. Ф. Кривошеева опубликовал статистическое исследование «Гриф секретности снят. Потери Вооружённых сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах». В нём указана сумма общих потерь – 26,6 миллиона человек, и в том числе впервые опубликованы боевые потери: 8 668 400 солдат и офицеров.
В 2001 году вышло переиздание книги под редакцией Г. Ф. Кривошеева «Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооружённых сил. Статистическое исследование». В одной из её таблиц говорилось, что безвозвратные потери только Советской армии и флота в годы Великой Отечественной войны – 11 285 057 человек. (см. стр. 252.)
И вот, несмотря на многолетний и хорошо оплачиваемый саботаж и всевозможные усилия генералов и политиков скрыть истинную цену советской Победы над фашизмом, 14 февраля 2017 года в Государственной думе на парламентских слушаниях «Патриотическое воспитание граждан России: “Бессмертный полк”» рассекретили наконец наиболее приближённые к правде цифры:
«Согласно рассекреченным данным Госплана СССР, потери Советского Союза во Второй мировой войне составляют 41 миллион 979 тысяч, а не 27 миллионов, как считалось ранее. Общая убыль населения СССР в 1941–1945 годы – более 52 миллионов 812 тысяч человек. Из них безвозвратные потери в результате действия факторов войны – более 19 миллионов военнослужащих и около 23 миллионов гражданского населения».
Как утверждается в докладе, эти сведения подтверждены большим количеством подлинных документов, авторитетных публикаций и свидетельств (подробности – на сайте «Бессмертный полк «и других ресурсах).
О том, как военные руководители использовали людские резервы, можно судить по письму Сталина:
27 мая 1942 года, после катастрофы под Харьковом, Сталин писал членам Военного совета Юго-Западного фронта Семёну Тимошенко, Никите Хрущёву и Ивану Баграмяну: «За последние 4 дня Ставка получает от вас всё новые и новые заявки по вооружению, по подаче новых дивизий и танковых соединений из резерва Ставки.
Имейте в виду, что у Ставки нет готовых к бою новых дивизий, что эти дивизии сырые, необученные и бросать их теперь на фронт – значит доставлять врагу лёгкую победу.
Имейте в виду, что наши ресурсы по вооружению ограничены, и учтите, что кроме вашего фронта есть ещё у нас другие фронты.
Не пора ли вам научиться воевать малой кровью, как это делают немцы? Воевать надо не числом, а умением. Если вы не научитесь получше управлять войсками, вам не хватит всего вооружения, производимого во всей стране.
Учтите всё это, если вы хотите когда-либо научиться побеждать врага, а не доставлять ему лёгкую победу. В противном случае вооружение, получаемое вами от Ставки, будет переходить в руки врага, как это происходит теперь».
Слова в принципе правильные. Только после этого письма Сталина ничего не изменилось. По-прежнему посылали в бой необученное пополнение и позволяли немцам воевать малой кровью. А командиров наказывали не за большие потери, а за не взятые в срок города и высоты.
На самом деле Сталин карал своих полководцев не за большие потери убитыми и ранеными. Он верил, что при этом противник несёт такие же потери (а это было далеко не так). Сталин наказывал своих генералов тогда, когда они несли большие потери пленными. В начале войны советские войска в Белоруссии были разбиты и потеряли более 300 тысяч человек пленными. Тогда Сталин расстрелял группу генералов во главе с командующим Западным фронтом Дмитрием Павловым. В последовавшем затем Смоленском сражении потери советских войск пленными опять составили около 300 тысяч человек. После этого у Сталина появляется мысль расстрелять начальника Генштаба Георгия Жукова, от чего его с трудом отговорили Маленков, Молотов и Берия. Об этом Берия напоминал своим коллегам по Президиуму ЦК КПСС в письме вскоре после своего ареста: «Т. т. Маленков и Молотов
Потом последовало более 600 тысяч пленных в киевском «котле». Но здесь расстреливать было особенно некого: командование Юго-Западного фронта погибло в окружении. Прежний командующий Юго-Западным направлением Будённый как раз выступал за отвод войск, за что и был снят. Новый же главком Тимошенко, будущий сват Сталина (дочь Тимошенко Екатерина была женой Василия Сталина в 1946–1949 годах) и вообще близкий к нему человек, из-за этой своей близости наказания не понёс. Дальше последовал Вяземско-Брянский «котёл» с 660 тысячами пленных. По утверждению Жукова, Сталин тогда собирался отдать под трибунал командующего Западным фронтом Конева, и только его, Жукова, заступничество спасло Ивана Степановича от суровых последствий. В мае 1942 года произошли катастрофы на Керченском полуострове (170 тысяч пленных) и под Харьковом (240 тысяч). За Керчь ответили начальник ГлавПУРа и представитель Ставки Мехлис и командование Крымского фронта, пониженные в должностях и званиях. За Харьков ответил начальник оперативной группы Юго-Западного направления Баграмян, снятый с должности. Члена политбюро Хрущёва и того же Тимошенко Сталин пощадил.
После ноября 1942 года вермахт никогда уже не брал больше 50 тысяч пленных в одной операции, и Сталин теперь наказывал своих генералов за невзятые города и незанятые территории. Так, в марте и в апреле 1944 года за неудачные операции по освобождению соответственно Керченского полуострова и Белоруссии были сняты с командования Приморской армией и Западным фронтом и разжалованы из генералов армии в генерал-полковники Иван Петров и Василий Соколовский. А поскольку важнее было выполнить задачу любой ценой, чем понести меньше потерь, то людей советские командиры не жалели.
Потери Красной армии убитыми и ранеными после контрнаступления под Сталинградом не только не уменьшились, но, наоборот, значительно возросли, во многом «компенсировав» прежние потери пленными. Максимальные потери ранеными (и, соответственно, убитыми) в процентах от среднемесячного уровня за войну советские войска понесли в июле (143), в августе (173) и сентябре (138) 1943 года и в июле (132) и в августе (140) 1944 года. За три летних месяца 1943 года, когда разворачивалась Курская битва, потери Красной армии ранеными составили 366 % от средних, а летом 1944 года, когда прошли сверхуспешные для Красной армии Белорусская и Ясско-Кишинёвская операции, они оказались всего на 4 % меньше (362). По некоторым оценкам, если в среднем за войну соотношение потерь убитыми между Красной армией и вермахтом было 10:1 в пользу немцев, то в период с 22 июня 1941 по 31 мая 1944 года оно равнялось 16,6:1, а в период с 1 июня 1944 по 9 мая 1945 года упало до 6,6:1, всё равно оставаясь в пользу немцев. На улучшение соотношения потерь для Красной армии повлияло открытие Второго фронта в Европе, куда Германии пришлось бросить свои лучшие дивизии.
В ряде боёв соотношение потерь погибшими было ещё менее благоприятно для Красной армии. Так, на плацдарме у Невской Дубровки за один день 9 ноября 1941 года только Первый ударный коммунистический полк подполковника Васильева, сформированный в основном из ленинградцев, из 1500 человек личного состава потерял 1000. Для сравнения: на том же участке фронта вся 18‐я немецкая армия за период с 1 по 10 ноября потеряла только 878 человек, в том числе 164 убитых и 20 пропавших без вести.
По свидетельству бывшего оперуполномоченного Особого отдела 3‐го стрелкового батальона 12‐й стрелковой бригады 51‐й армии Леонида Иванова, 9 апреля 1942 года во время неудачного наступления на Ак-Монайских позициях этот батальон потерял около 600 человек убитыми и ранеными. Там же 11‐я немецкая армия за период с 1 по 10 апреля 1942 года потеряла 175 человек убитыми, 719 ранеными и 20 пропавшими без вести, а всего 914 человек, что лишь в полтора раза больше потерь одного советского батальона.