Якоб и – Ужасные сказки братьев Гримм. Иллюстрированное издание (страница 21)

Великан взбесился, вскочил, подбежал к реке, и пока королевич одевался, схватил его и выколол ему оба глаза.

Теперь бедный королевич ослеп. Великан, не сказав ни слова, взял его за руку, как бы желая помочь, и повёл к вершине высокой скалы. Там он оставил его, думая: «Сделает ещё шаг – сорвётся насмерть, и кольцо станет моим». Но верный лев не ушёл – он удержал своего господина за одежду и потянул назад.

Когда великан вернулся, рассчитывая обобрать мёртвого, он увидел, что тот спасён. – Что же ты за человек такой, – прорычал он, – не погибаешь, хоть слаб и слеп! Снова он повёл его к обрыву, по другому пути. Но лев, поняв злой умысел, снова помог хозяину. Когда они дошли до края, и великан отпустил его руку, лев изо всех сил прыгнул на великана и столкнул того в бездну. Великан разбился насмерть.

Потом лев привёл своего господина к дереву, у корней которого текла чистая ручейная вода. Королевич сел, а лев начал брызгать на него водой, как мог. Несколько капель попали в глаза – и он почувствовал, что зрение немного возвращается: он видел свет и различал близкие предметы.

Он не понимал, отчего это. И вдруг птица пролетела совсем рядом, ударилась о ствол дерева, будто ослепла, опустилась в воду, искупалась – и взмыла вверх, летя уже уверенно. Тут королевич понял: это знак. Он омыл лицо водой – и глаза его прозрели, ярче и яснее, чем прежде.

Поблагодарив Бога, он с львом отправился дальше. И вот оказался он у заколдованного замка. В воротах стояла красивая девушка, но чёрного цвета, как уголь. – Ах, – сказала она, – если бы ты мог избавить меня от заклятья, которое держит меня здесь. – Что нужно сделать? – спросил он. – Проведи три ночи в большом зале этого замка. Но страха не должно быть в твоём сердце. Вытерпишь всё зло, что тебе причинят, не издав ни звука – я буду свободна. Жизни твоей не угрожают. – Я не боюсь ничего на свете, – сказал королевич. – С Божьей помощью попробую.

Он вошёл в замок и сел в зале, дожидаясь ночи. До полуночи было тихо, а затем начался гвалт: из всех углов и щелей повалили мелкие черти. Делали вид, будто его не замечают, сели посреди зала, развели огонь и стали играть. Когда кто-то проигрывал, он кричал: – Тут кто-то чужой, он виноват, что я проигрываю! – Ага, за печкой кто-то прячется! – кричал другой.

Крик становился всё громче и страшнее. Но королевич не испугался. Тогда черти напали на него, затащили на пол, начали щипать, давить, бить, мучить – но он терпел молча. Под утро черти исчезли. Он был изнемождён так, что едва мог шевелиться.

На рассвете вошла чёрная дева, неся флакон с живой водой. Она омыла его, и боль исчезла, он почувствовал себя бодрым. – Первую ночь ты выдержал, – сказала она. – Остались ещё две. И ушла. Он заметил, что её ноги стали белыми.

Во вторую ночь черти снова пришли, стали играть, потом набросились на него с ещё большей яростью. Били сильнее, тело его было всё в ранах. Но он всё вытерпел – и не проронил ни звука. Утром дева снова исцелила его, и он с радостью увидел: она побелела до самых пальцев.

Осталась последняя ночь – самая тяжёлая. Черти вернулись. – Ты ещё здесь? – закричали они. – Теперь мы тебя замучим так, что дух из тебя выйдет! Они кололи его, били, швыряли, тянули за конечности, будто хотели разорвать. Но он молчал, думая: «Скоро всё кончится – и она будет свободна».

Когда черти ушли, он лежал без сознания, не мог даже глаза открыть. Тогда дева вошла, облила его живой водой – и он очнулся, свежий, как после сна. Он увидел, что дева теперь бела как снег, сияет, как ясный день. – Встань, – сказала она, – взмахни мечом трижды над лестницей – и всё будет освобождено.

Он так и сделал, и проклятье пало с замка. Оказалось, она – царевна, очень богатая. Прислуга пришла и объявила, что стол уже накрыт. Они сели за пир, а вечером сыграли весёлую свадьбу.

Примечание

Сюжет построен как инициация королевича через три испытания: поиск Древа жизни, ослепление и предательство, и, наконец, три ночи в замке. В основе сказки лежит структура обряда посвящения – герой уходит из дома, проходит через смерть, обретает новое зрение и возвращается в мир с силой и невестой. Особенно важно, что все испытания – внесловесны: ни в одном из них герой не может говорить. Это молчание как подвиг, как обязательное условие преображения.

Кольцо и яблоко – символы сакральной власти и бессмертия. Сцена с кольцом и львом перекликается с мифами о Соломоне и диких зверях: животное становится инструментом справедливости, когда человек теряет зрение – буквальное и метафорическое. Лев действует, когда человек уже не может.

Особую роль играет мотив воды. Источник под деревом – не просто лекарство, это вода возрождения, заменяющая утерянные глаза и восстанавливающая тело. Птица, которая сначала слепнет, а потом прозревает – образ души, возвращающей себе путь.

Заколдованный замок – последняя ступень инициации, где герой сталкивается не с физической угрозой, а с пыткой терпения. Черти бьют, издеваются, пытаются выдавить звук – и каждый раз он побеждает, отказываясь отвечать. Его молчание – не страх, а сила. Он спасает не только царевну, но и сам замок, весь мир, в котором нарушен порядок.

Финал – это восстановление баланса: награда даётся не силой, не словом, а стойкостью и молчаливым страданием. Это не сказка о победе над злом, а о том, как пройти сквозь него, не отступив ни на шаг.

Курган

Один богатый крестьянин стоял как-то днём у себя во дворе и окидывал взглядом свои поля и сады: зерно росло крепкое, налитое, а фруктовые деревья ломились от плодов. Урожай прошлого года ещё лежал такими высокими кучами в амбаре, что балки едва выдерживали вес. Затем он пошёл в хлев, где стояли откормленные быки, жирные коровы и гладкие, как зеркало, лошади. Наконец, он вернулся в свою горницу и взглянул на железные сундуки, где хранились его деньги. И вот, когда он так стоял, обозревая своё богатство, вдруг раздался резкий стук – не в дверь комнаты, а в дверь его сердца.

Она отворилась, и он услышал голос, говоривший: – Добро ли ты сделал тем, кто рядом? Заметил ли ты беду нищих? Делился ли ты своим хлебом с голодными? Было ли тебе достаточно того, что имел, или тебе всё было мало?

И сердце не замедлило с ответом: – Я был жесток и неумолим, я никогда не делал добра даже своим. Когда приходил нищий, я отводил глаза. Я не заботился о Боге, только о том, как бы умножить своё богатство. Если бы всё, что покрывает небо, принадлежало мне одному – и тогда мне было бы мало.

Услышав этот ответ, крестьянин страшно испугался: колени у него задрожали, и он сел. И тут вновь раздался стук – уже в дверь комнаты. То был его сосед, бедный человек с кучей детей, которых он уже не мог прокормить.

«Я знаю, – подумал бедняк, – мой сосед богат, но и жесток, как камень. Не верю, что он поможет. Но дети плачут от голода – попробую». Он сказал богачу: – Вы редко даёте хоть что-то от своего добра, но я в отчаянии: вода уже дошла мне до рта. Мои дети голодают. Одолжите мне четыре малтера зерна.

Богач долго смотрел на него. И тут первый луч милосердия начал растапливать лёд скупости. – Четыре малтера я тебе не одолжу, – ответил он, – но восемь подарю. Только при одном условии. – Каком? – спросил бедняк. – Когда я умру, ты должен будешь три ночи стеречь мою могилу.

Бедняку стало жутко от такого условия, но нужда была велика, и он согласился. Он забрал зерно и отнёс домой.

Словно предчувствуя свою смерть, богач через три дня вдруг пал замертво – никто толком и не понял, отчего. Но никто по нему и не горевал. Когда его похоронили, бедняк вспомнил о своём обещании. Он бы с радостью от него отказался, но подумал: «Он всё же проявил ко мне милость, его зерном я накормил голодных детей, да и к тому же я обещал – а слово надо держать».

С наступлением ночи он отправился на кладбище и сел на курган. Вокруг было тихо. Луна освещала холмы, и только изредка пролетала сова, жалобно ухая. С восходом солнца он невредимым вернулся домой. Вторая ночь прошла так же спокойно. Но вечером третьего дня его охватила тревога – словно что-то должно было случиться. Когда он подошёл к кладбищу, у стены он увидел незнакомца. Тот был не молод, с изрезанным шрамами лицом и острым, огненным взглядом. Всё его тело было закутано в старый плащ, и лишь огромные солдатские сапоги были видны.

– Что вы тут ищете? – спросил его крестьянин. – Не жутко вам на пустом кладбище? – Я ничего не ищу, – ответил тот. – Но и ничего не боюсь. Я как тот парень, что ушёл учиться страху, но так и не научился. Правда, он потом женился на королевской дочери и стал богачом, а я всю жизнь остался нищим. Я – отставной солдат и хочу провести ночь здесь: у меня нет иного приюта. – Раз вам не страшно, – сказал крестьянин, – оставайтесь со мной, вместе будем сторожить курган. – Сторожить – дело солдатское, – ответил тот. – Что бы нас здесь ни встретило, хорошее или дурное, понесём вместе.

Они сели рядом на могилу. Всё было тихо до полуночи. Вдруг раздался пронзительный свист в воздухе, и прямо перед ними появился дьявол собственной персоной.

– Прочь, мерзавцы! – закричал он. – Тот, кто в могиле – мой! Я пришёл за ним. А если вы не уйдёте, сверну вам шеи!