Wise Owl – Шёлковые оковы. Наследник Манфреди (страница 19)

– Тогда веди, – прошептала она, и в её голосе прозвучала усталость всех миров. – Но если твои люди посмотрят на меня косо… я порву им глотки.

В её тоне не было бравады. Была простая констатация факта. Львица, даже беременная и загнанная, оставалась львицей.

И Винс, впервые за долгие месяцы, почувствовал что-то вроде… гордости. И невыносимой боли. Он кивнул, подхватив своё оружие, и жестом указал ей идти за собой, прикрывая её спину своим телом, как и подобало её демону, её тюремщику и теперь – её единственному шансу на спасение. Их путь в ад только начинался, но теперь они шли по нему вместе.

Винс жестом приказал Айлин остановиться в глубине комнаты, за массивной кроватью, и сам пригнулся у дверного проема, прислушиваясь. Шум боя на территории затихал, сменяясь отрывистыми командами наёмников Алессандро и хрустом шагов по стеклу. Но его натренированный слух уловил иное – осторожное, крадущееся движение внизу, не в тактике его людей.

По рации, почти беззвучно, прошипел голос Алессандро: «Незнакомцы. Двое. Проникли с южной стены. Идут сюда. Не мои».

Ловушка внутри ловушки. Винс бросил взгляд на Айлин. Она всё поняла по его лицу. Её глаза сузились, пальцы впились в обивку кровати. Она была мишенью. И для Каскиля, и для кого-то ещё.

Двое мужчин в чёрной тактической форме, не похожей на экипировку охраны Каскиля, появились в разбитом дверном проёме. Их движения были выверенными, профессиональными, но в них чувствовалась спешка и смертельная целеустремлённость. Их взгляды просканировали комнату, мгновенно найдя Айлин. Они даже не заметили Винса, притаившегося в тени за дверью.

Первый наёмник поднял пистолет с глушителем, целясь в Айлин. У него не было ни секунды на сомнения. Приказ был ясен: устранение «ошибки».

Винс уже выносил ногу из тени для броска, но ему не потребовалось.

Из глубины коридора, прямо за спинами наёмников, прогремел один-единственный, чёткий выстрел. Пуля вошла в затылок первому стрелку. Он рухнул, как подкошенный. Второй, не успев развернуться, получил пулю в бок шеи – немой, смертельный удар. Он захрипел и осел рядом с напарником.

В проёме, с дымящимся пистолетом в руке, возник Алессандро. Его лицо было бесстрастным, как всегда. Он встретился взглядом с Винсом, кивнул в сторону тел.

– Сицилийцы. Прилетели вчера. Нашли по тому же следу, что и мы, – его голос был ровным, но в нём звучало презрение. – Искали её. Не для спасения.

Винс понял всё без слов. Вновь предательство Сисиль. Оно жгло его изнутри новой, холодной волной ярости, но сейчас не было времени. Он лишь коротко кивнул Алессандро – благодарность и приказ одновременно. Справился. Теперь – уходим.

Айлин, наблюдая за этой быстрой, безжалостной расправой, поняла больше, чем они сказали. Её хотели убить не только здесь. Со стороны тех, кто считал её смерть выгодной. Ледяная ярость, уже знакомая ей, заструилась по жилам. Она была не просто пешкой. Она была мишенью для всех.

Алессандро быстро обыскал тела, вытащил документы, кинул Винсу: «Подтверждение. Позже».

– Эвакуация. Сейчас, – сказал Винс, уже поворачиваясь к Айлин. Он видел новый оттенок в её глазах – не только ненависть к нему, но и осознание масштаба ловушки, в которой она оказалась. Это сближало их в каком-то извращённом смысле.

Он снова протянул руку, на этот раз настаивая.

– Теперь ты видишь. Здесь или там – тебе объявили войну. Я – единственный, у кого сейчас есть и сила, и причина тебя защитить. Даже если ты ненавидишь меня за это.

Айлин взглянула на безжизненные тела у двери, посланные Сисиль. Потом – на решительное лицо Алессандро, который только что спас её, выполняя приказ Винса. И наконец – на самого Винченцо. На его окровавленную руку, на глаза, в которых горела не собственническая страсть, а та самая одержимая решимость, что привела его сюда, через огонь и пули.

Она сделала шаг. Не к его руке. Мимо неё. К выходу. Мимо тел.

– Защищать? – её голос был ледяным. – Ты привёз войну к моему порогу. И теперь предлагаешь защиту от неё же. Веди. Но это не значит, что я тебе доверяю.

Она прошла мимо, и Винс последовал за ней, жестом приказав Алессандро возглавить движение. Он шёл позади неё, прикрывая её спину, как и обещал. Его мир, который только что обрёл смысл, снова трещал по швам, но теперь в нём была она. Живая. Дышащая. Ненавидящая. И носящая его будущее.

А предательство Сисиль, как тёмное пятно, осталось лежать на полу разгромленной комнаты, ещё одним призраком, с которым ему предстояло разобраться. Но позже. Сейчас его единственной задачей было увести её из этого ада. Живую.

Глава 15. Цена спасения

Путь от горящей виллы к вертолёту, ждущему в условленном месте за холмом, был кратким адом. Айлин шла, ведомая Алессандро, почти не чувствуя ног. Шум в ушах заглушал всё, кроме собственного бешеного сердцебиения. Потом резкая, пронизывающая боль в плече – как удар раскалённым прутом. Она вскрикнула, споткнулась. Пуля, выпущенная кем-то из последних прячущихся охранников, лишь чиркнула по мышце, но ощущение было таким, будто её разорвали.

Винс, шедший сзади, рыкнул что-то нечленораздельное. В следующее мгновение он был рядом, его тело стало живым щитом между ней и направлением выстрела. Он не стал искать стрелка. Он просто подхватил её на руки, игнорируя её слабый, яростный протест, и бросился вперёд, к укрытию за массивными валунами. Его дыхание было горячим и частым у неё в волосах.

– Глупый… идиот… – выдохнула она, но её голос потерял силу. Шок и боль накрывали волной.

– Молчи, – его приказ прозвучал не как угроза, а как отчаянная просьба. Он прижал ладонь к её плечу, пытаясь остановить кровь, пачкавшую его пальцы и её белое платье. Его прикосновение было твёрдым, уверенным, но в его глазах читалась паника – та самая, которую он никогда никому не показывал.

Добежав до вертолёта, они втиснулись внутрь. Алессандро остался на земле, чтобы прикрыть отход и замести следы. Лопасти завертели пыль, поднимая их в раскалённое африканское небо. Айлин, прижавшись к сиденью, смотрела в иллюминатор, как убежище Каскиля превращалось в игрушечную модель, охваченную дымом. Потом его скрыли холмы. Она была свободна. И снова в его власти.

Он привёз её не в больницу, а в безопасную квартиру в одном из самых спокойных районов Стамбула – Нишанташи. Квартира занимала весь этаж, была выдержана в холодных, минималистичных тонах и напоминала стерильный отель. Здесь не было личных вещей, только безопасность, тишина и вид на Босфор.

Винс нёс её на руках через порог, не обращая внимания на врача из своей команды, который уже ждал с аптечкой. Он лично уложил её на широкий диван в гостиной, отдал её на попечение медику, но не ушёл. Он стоял в двух шагах, скрестив руки на груди, наблюдая за каждым движением врача, каждым изменением в её лице, когда та очищала и зашивала рану под местной анестезией. Ранение оказалось поверхностным, но болезненным.

Когда врач закончил и удалился в соседнюю комнату, дав инструкции, в апартаментах воцарилась тишина. Гулкая, невыносимая.

Айлин сидела, закутанная в чёрный халат поверх сменной майки, которую ей дали. Она смотрела в окно на огни города, но не видела их. Винс стоял посреди комнаты, словно не решаясь приблизиться.

Он спас её. Вырвал из лап другого монстра. И теперь они были здесь, одни, в пространстве, где витали все их призраки.

Он сделал шаг. Потом ещё один. Его рука медленно, как бы против его воли, поднялась, потянулась к её щеке. Он должен был прикоснуться. Убедиться, что это не галлюцинация, порождённая виной и безумием.

Её реакция была мгновенной и яростной. Она рванулась назад, как ошпаренная, её глаза вспыхнули чистой, неразбавленной ненавистью.

– Не смей трогать меня, – прошипела она, и каждый звук был как удар кинжалом. – Никогда. Ты… ты позволил им убить меня. Ты отвернулся. Или ты был в сговоре? Какая разница? Ты оставил меня гнить в аду, который сам же создал!

Его рука замерла в воздухе, пальцы сжались в кулак. Его лицо стало каменным, но по нему пробежала судорога боли.

– Я… не знал, – вырвалось у него, и это прозвучало слабо, жалко даже в его собственных ушах.

– НЕ ЗНАЛ?! – она закричала, вскакивая, несмотря на боль в плече. Слёзы гнева и обиды, копившиеся месяцами, хлынули потоком. – Ты всемогущий Винченцо Манфреди! Ты контролируешь каждый чих в своей империи! И ты хочешь сказать, что твой отец провернул это у тебя под носом, а ты был слепым щенком? Лжешь! Ты предпочёл поверить в мою смерть! Это было удобно! Освобождало тебя от хлопот!

Её слова били точно в цель, в самое сердце его собственных, невысказанных кошмаров. Ярость, смешанная с всепоглощающим чувством вины, прорвала плотину его самообладания.

Он закрыл расстояние между ними за два шага. Не грубо, но с неотвратимой силой. Он прижал её к стене, ладонями упёршись в поверхность по обе стороны от её головы, заковав её в клетку из своего тела. Он не причинял боли её раненому плечу, но и не давал вырваться.

– Удобно? – его голос был низким, хриплым, на грани срыва. – Ты думаешь, это было УДОБНО?! Я сжигал себя заживо каждый день! Я посещал твою пустую спальню как кающийся грешник! Я убил за тебя собственного отца, Айлин! Пустил ему пулю в лоб и смотрю в его мёртвые глаза каждую ночь! Я стал чудовищем, которого ты видишь перед собой, потому что думал, что потерял тебя! Я построил трон из пепла и костей и восседал на нём в полном одиночестве, потому что твое место рядом было пусто!