Вячеслав Уточкин – Князь Медведев. Слово рода (страница 31)
Смена позиции перекатом. Новая обойма.
Высунуться сбоку от блокпоста, поймать в прицел нырнувшего в кусты наёмника, дать короткую очередь.
Снова смена позиции.
Прислушаться, дать короткую очередь по микроавтобусу, за которым спрятался последний стрелок, резко обогнуть дот и перебежать дорогу.
Упасть рядом с дотом по другую сторону дороги, поймать в прицел врага, дать две коротких очереди.
Знания, полученные в хрустальной капсуле, подсказывали — все трое мертвы, но я решил перестраховаться.
Винтовка отправилась за плечо, в руку прыгнул верный ПСС.
Тело первого наёмника — контроль.
Второй — контроль.
Третий — контроль.
«А неплохо», — подумал я, с благодарностью вспоминая садистское обучение во сне.
Не сказать, что я стал суперкрутым спецназовцем, но кое-что могу!
— Кузя, выходи! — крикнул я, с интересом разглядывая амулеты наёмников.
Судя по крысе, грызущей цифру «6», это были никакие не наёмники, а личная гвардия Пети Мазепова.
Кузя тем временем вынырнул из кустов и неверяще уточнил:
— Что, уже всё?
— Всё, — подтвердил я. — Сейчас микроавтобус проверю и можно возвращаться.
В салоне оказалось пусто. Лишь на откидном столике лежали остатки недоеденного фастфуда.
Уже собираясь выходить, я обратил внимание на несоответствие размеров машины и внутреннего пространства. Откинул спинки последнего ряда — под ними обнаружился стандартный идентификатор под ладонь.
Не успев подумать, что я сейчас делаю, машинально приложил к нему свою руку.
Вспыхнула голографическая панель. Цифры на ней начали быстро сменяться.
На «семь» до меня дошло — что-то идёт не по плану. Я вылетел из машины и рыбкой нырнул в придорожный кювет.
Чуйка не подвела. Спустя несколько секунд по ушам хлопнуло — микроавтобус вспух от рвущегося наружу яростного пламени, и дорогу захлестнула волна обжигающего жара.
Когда светошумовое представление закончилось, я вылез из кювета и, покачав головой, посмотрел на то, что осталось от машины. Выжженное пятно радиусом в три метра и жирные хлопья пепла. Не знаю, что за начинка была в микроавтобусе, но пламя испепелило практически всё.
Даже блокпост, и тот попал под удар. Не представляю, как это возможно, но часть стены просто-напросто испарилась.
Судя по ошеломлённому лицу Кузи, удивился не я один. Слуга рода, отчаянно жестикулируя, что -то говорил, но я не слышал ровным счётом ничего.
Не успел я испугаться, что полностью оглох, как постепенно начал возвращаться слух.
Что говорит Кузя, я до сих пор не слышал, но отлично понял, когда он поманил меня за собой. Делать здесь было больше нечего, и мы побрели в замок. И чем дальше, тем лучше я слышал.
К тому моменту, когда мы добрались до библиотеки замка, я уже начала различать Кузины сетования по поводу излишней активности некоторых молодых людей.
— Кузя, прекрати ворчать, — буркнул я.
Кузя подпрыгнул на месте и, широко открывая рот, зашептал:
— Ты чего орёшь, как ненормальный?
— А ты чего шепчешь? — парировал я. — Говори громче!
Он посмотрел на меня с подозрением и жестом пригласил сесть.
Я упал на стул, и Кузя, зайдя мне за спину, начал разминать сведённые мышцы шеи. Закончив с воротниковой областью, перешёл на спину, то и дело вдавливая пальцы во все болевые точки вдоль позвоночника.
Несмотря на болезненность процесса, слух окончательно восстановился.
Поблагодарив Кузю, я покосился на карту, — к счастью, опасности поблизости не наблюдалось. Как только мой организм осознал, что всё позади, на меня навалилась зверская усталость.
Внутренние часы показывали 04:02, и я, оставив Кузю дежурить у карты и наказав ему в случае чего срочно меня будить, отправился в свои апартаменты.
Улёгся на диван, но, несмотря на усталость, сон не никак не шёл. Взгляд случайно упал на лежащую на журнальном столике папку. Я решил взглянуть одним глазком.
Приложил ладонь к идентификатору. Лёгкий укол — и папка раскрылась.
На первом листе значилось:
Внизу документа стояла печать с изображением знакомого мне медведя.
Я смерил её задумчивым взглядом и прикоснулся пальцем.
В сознание тут же ворвался рыкающий голос:
— Бр-р-рат, пр-роблемы?
«Нет, — мысленно отозвался я. — Просто попалась печать с твоим изображением».
— Если пр-роблемы — р-рычи: «Бер-р-р-р». Угу?
«Угу».
— Тогда я спать. Кр-рыса — вкусно. Тепер-рь энер-ргии много. Всех пор-рвём!
На этой жизнеутверждающей ноте голос исчез, а я задумался.
Сна не было ни в одном глазу, и всё, чего я хотел, — поскорей изучить папку с документам. Но стоило мне убрать палец от печати, как лист тут же вспыхнул ярким, но не обжигающим пламенем и бесследно сгорел.
— Вот как… — пробормотал я, рассматривая оставшиеся в папке документы.
Ну как документы — две тонкие ученические тетради.
Я, не раздумывая, открыл первую.