Вячеслав Уточкин – Князь Медведев. Слово рода (страница 18)
На остановившийся рядом автомобиль даже не обратил внимания. А зря.
Выскочивший из машины парень чем-то брызнул мне в лицо. Сознание уплыло.
Глава 7
Потапыч
Очнулся я от неласковых похлопываний по щекам. Действие вырубившего меня зелья вызвало спазм желудка. Мой организм очистился прямо на нехорошего человека передо мной.
Успел почувствовать, что крепко связан, прежде чем сознание вновь покинуло меня, на этот раз от града ударов.
Второй раз очнулся, когда Слово, израсходовав всего пять процентов энергии, привело меня в порядок. Это означало, что сильных травм я не получил. Били больно, но аккуратно.
Окружающий антураж мне не понравился. Яркий белый свет распространялся от мощной лампы под потолком в бетонной коробке. Я был примотан клейкой лентой к стулу, стоящему по центру этого неуютного помещения.
Металлическая дверь напротив, распахнувшись от удара с той стороны, впустила трёх неприятных на вид личностей. Одного я уже вчера видел.
Здоровяк с бритой татуированной головой. Именно он нахамил Алёне и потом попал в аварию. Упакованная в гипс рука намекала, что авария для него не прошла бесследно.
Закрыв за собой дверь, эти трое направились ко мне. Первый же вопрос лысого поставил в тупик не только меня, но и его сопровождающих:
— Это кто?
— Как было приказано. Их благородие Низье Есенин.
Лысый ещё раз внимательно окинул меня взглядом.
— Вы совсем обдолбанные на дело пошли⁈ У вас было его изображение. Где вы этого рыжего нашли?
Целой рукой он заехал в морду бандиту, стоявшему рядом.
— Антибиотик, ну что ты сразу в морду? Ты посмотри — он одет один-в-один как на фото. Вышел из «Золотого Меркурия».
Видя недовольство лысого, я предложил:
— Может, я тогда пойду?
Тот высказал всё, что думает о скрещивании животных с этими нехорошими похитителями, и закончил не понравившейся мне фразой:
— Этого в расход…
Слетевшая с петель мощная металлическая дверь пустила в нашу компанию Алёну. Через пару минут меня освободили, а Алёна грубо стала требовать у лысого с уже второй сломанной рукой сказать, на кого он работает.
Похоже, дело близилось к его преждевременной кончине, когда вмешался я:
— Они меня с Есениным перепутали.
— Они что, идиоты⁈ — зло прорычала Алёна.
— Да идиоты мы, идиоты… простите нас, пожалуйста, — проныл один из компании, остававшийся в сознании.
— Давай не будем марать руки об этих убогих, — предложил я.
Алёна согласно кивнула, и мы покинули это неприятное место, оставив там полуживых бандитов. Алена достала переговорник и отправила сообщение в Гильдию внутренних дел — пусть там дальше сами с ними разбираются.
Я поинтересовался у Алёны, как она сумела меня найти.
— Администратор после третьего сломанного пальца рассказал.
Поздний вечер вступил в свои права.
Сев в мотоцикл, мы помчались по полупустой сверкающей рекламными щитами Москве. Мегаполис поражал и подавлял своим размахом.
Мне, привыкшему к небольшим экогородам, был неприятен этот человеческий муравейник.
В моем прошлом мире после разработки врат телепортации народ стал селиться не только в пригороде и областях, но и по всей стране. Даже обслуживающий персонал города-музея Москвы предпочитал жить за его периметром.
Плюс двигатели любых механизмов давно перешли на чистую энергию. Хорошо, что доставшийся мне организм был привычен к атмосфере этого города-гиганта. Родное тело чувствовало бы себя тут паршиво.
Мои размышления прервал голос Алёны:
— Ну вот, из города вырвались. Теперь поднажмём. Сотку за полчаса пролетим.
Ускорение плотно вдавило меня в спинку сиденья. Я вертел головой, рассчитывая полюбоваться природой.
Ага, разбежался. Если бы Алёна не сказала, что мы покинули город, я бы и не догадался. Трассу с обеих сторон обступал похмельный кошмар архитектора.
Через пятнадцать минут в свете галогенной фары мигнул информационный щит с указанием поворота на Истру.
Казалось бы, мы уже на месте, но не тут-то было. Прямо под щитом валялась пара перевернутых машин. Полиция и медики, врубив мигалки, перекрывали движение.
Сбавив скорость, Алёна притёрлась к обочине и вылезла из байка.
— Пойду гляну, что произошло, — бросила она и, немного подумав, добавила. — Ты тут сиди, не отсвечивай. Я на всякий случай врубила встроенный артефакт защиты.
Алёна направилась в сторону аварии, а мне пришло сообщение от Слова:
Помня о включенной защите, я ответил отказом.
Но не успел я расслабиться, как в районе поясницы возникло странное жжение. Я сбросил ремни безопасности и с удивлением уставился на тусклое свечение поясной сумки.
Дёрнув молнию, достал свой талисман. Бронзовая фигурка медведя была на ощупь словно живая. И если раньше его мордочка была скучающе-равнодушной, то сейчас она словно излучала счастье от долгожданной встречи.
Сложно объяснить, но я как будто почувствовал, что нашёлся старый верный друг, всегда готовый прикрыть мою спину.
Я повертел фигурку в руках и машинально улыбнулся в ответ. Единственное, чего я до сих пор не мог понять, — почему он начал светиться? Впрочем, в следующий момент мне резко стало не до этого.
По ушам ударил хлёсткий треск выстрелов, а защитная сфера байка замерцала, позволяя мне разглядеть, как в ней, словно мотыльки, сгорают летящие в меня пули.
Алёна куда-то пропала, а вместо неё появилось множество других действующих лиц.
Полицейские и медики, позабыв про перевёрнутые машины, принялись палить по байку из автоматического оружия. Мгновение спустя из «скорой» выскочил здоровый мужик со странной трубой. Вскинул её на плечо — и в мою сторону помчался огненный шар.
Всё это происходило для меня словно в замедленной съемке. Пули лениво впивались в защитную сферу, а шар, неторопливо долетев до мерцающего барьера, сделал большой «бум».
Время вернулось в обычный ритм, и мы с байком полетели параллельными курсами — зря я, всё-таки, отстегнул ремни безопасности! — под откос.
Байк принял на себя бОльшую часть пуль, а я, вылетев из него, упал в придорожные кусты. Ушиб спину и локоть, поранил об сучья руку, в которой до сих пор сжимал фигурку медведя.
Бронзовый мишка, чья фигурка окрасилась моей кровью, словно ожив, дёрнулся вперед, но я машинально прижал его к себе.
Впрочем, долго отлёживаться мне не дали появившиеся неподалёку фигуры. Их было двое, лица скрыты масками.
Если бы они применили огнестрел, мой путь в этом мире был бы окончен, а сущности пришлось бы подыскивать новое тело для взыскания с меня долга. Но они применили артефакты.
Гудящий огненный шар и голубая шаровая молния наперегонки устремились ко мне.
Вот только я оказался быстрее. Сделал первое, что пришло в голову, — швырнул навстречу плетениям бронзовую фигурку мишки. За секунду до того, как они были готовы поразить меня.
— Р-р-р-р-р-а-а-а-а-а-а!
Рык разъярённого зверя заглушил все звуки боя. Огненный шар с молнией влетели в огромную лохматую фигуру и рассыпались фейерверком, на мгновение подсветив тушу огромного злого медведя.
Один миг, и он рванул к моим, точнее, уже к нашим обидчикам.
Проморгавшись от вспышки, я обнаружил рядом лишь поломанные кусты. По ушам хлестанули звуки беспорядочной стрельбы, рёв медведя и отчаянный мат нападающих.