Вячеслав Седых – Диверсанты Фардара (страница 48)

— Я вовсе не желал их смерти. Так получилось, Капитан. — Шеф развёл руками. — Что ж теперь поделаешь? А кроме того, это не я, а ты их туда послал, чтобы они уладили кое — какие твои грязные делишки. Вот так — то, дружок. Это всё теперь записано в компьютере. Теперь ты у нас изменничек, Капитан — недотёпа. — Шеф залился издевательским хохотом.

— Ничего, клоун, сейчас тебе будет не до смеха. — Капитан повернулся к, тенью стоявшему за спиной, Громаде. — А ну, сынок, скрути этого мерзкого типа!

Великан не двинулся с места.

— Как глубоко ты заблуждаешься, старый дурак. — Шеф вразвалку подошёл к Громаде и бесцеремонно похлопал телохранителя по щеке. — Громада — идеальный слуга, он слушается только своего хозяина. Знай ты, мужлан прямолинейный, — он всё время тебя предавал, как и его покойный братец. Обоих близнецов готовили в спецшколе телохранителей. За свою жизнь они сменили множество хозяев, но сейчас хозяин я. Ха — ха — ха…

— Громада — это правда?

— Да, Капитан. Я выполню любое желание хозяев, но их у меня несколько. Шеф главнее вас, — смутившись, сдавленным шёпотом признался великан.

— Ладно, довольно здесь сопли распускать! — прикрикнул на холопа Шеф. — Выведи старого недоумка наверх и шлёпни. Мне не нужны осложнения в будущем. Он слишком много знает, проклятый изменник.

— Идите вперёд, Капитан, — попросил, а не приказал, Громада и вынул из кобуры бластер.

Две печальные фигуры медленно проследовали по пустому длинному коридору, затем поднялись по лифту наверх. Никто не попался на пути. Посёлок ещё спал. Чтобы избежать встречи с часовым, караулившим центральный выход, они свернули в тупик.

Отвалилась в сторону тяжёлая потайная дверь, смертник вместе с палачом выбрался наружу. Шеф старался делать свои делишки по — тихому и решил убрать Капитана без лишнего шума. А уж потом, он сможет стукнуть кулаком в цыплячью грудь и громогласно разоблачить гнусного изменника, пособника шпионов.

Жертва и палач сделали два десятка шагов, остановились посреди уютной круглой лужайки, сплошь усеянной душистыми цветами. Пьянящий аромат нежно порхал в свежем утреннем воздухе.

Небо на востоке светлело. Приближался рассвет.

— Тяжело умирать на заре, — печально вздохнул Капитан. — Покончим с этим грязным мирком лжи и коварства в ночи, пока светило не взошло. Не стоит омрачать чистое утро убийством. Стреляй, пока ещё темно.

Громада медлил. Верзила неуклюже переступал с ноги на ногу, не решаясь нажать на спуск.

— Простите меня, Капитан, но я должен вас убить — таков приказ. — Громада подозрительно зашмыгал носом, в темноте нельзя было понять, плачет он или просто так, сопит.

— Не надо, Громада. Ты всего лишь инструмент. В моей смерти нет твоей вины. И даже если ты откажешься в меня стрелять, то это сделают те, кто за нами сейчас следит. Я не думаю, что столь важное мероприятие Шеф пустил на самотёк. Просто, сучонку приятнее, если эту работу выполнишь ты — мой верный телохранитель.

— Хозяин, могу ли я что — либо сделать для вас? — от сильного волнения голос великана дрожал.

— Если сможешь, освободи Мастера.

— Я постараюсь, хозяин.

— Ну, а больше меня в этом проклятом мире ничто уже не держит. Расти здоровеньким, сынок. Прощай. Скоро рассвет.

— Угу, — всхлипнул Громада. — Прощайте, хозяин.

Громада старательно прицелился и выстрелил Капитану в грудь.

Тонкий ослепительно — белый лучик пронзил насквозь сердце отважного Капитана и воровски скрылся в чёрной стене леса. Вспышка света на мгновение высветила удивительно спокойное лицо. Старый солдат не боялся смерти. Похоже, он даже жалел, что костлявая так задержалась.

Мёртвое тело мягко опустилось в густую траву. Из крохотной ранки на нежные лепестки дикого цветка упали тяжёлые красные капли.

Громада обессилено шагнул к телу любимого хозяина и с громким протяжным воем встал на колени. Всегда невозмутимое каменное лицо Громады исказилось гримасой боли, а, обычно казавшиеся стеклянными, бездушные глаза взмокли от настоящих слёз. Крупные солёные капли скатывались по вздрагивающим щекам, орошая лицо мёртвого Капитана. Впервые в жизни Громада плакал.

Так, на коленях, склонившись над обожаемым хозяином, палач и встретил рассвет.

Из — за чёрной линии горизонта медленно, неохотно, в безмолвной печали, выползал кроваво — красный диск.

А в это самое время, глубоко под землёй, узника готовили к изощрённой пытке. Мастер покоился в тесном металлическом ящике, очень смахивающим на гроб, и безмятежно наблюдал за суетой горе — палачей. Люди в белых халатах, всё время сверяясь с инструкцией, неуверенно цепляли присоски к голому телу. Когда дошла очередь до головы, Мастер забеспокоился:

— Эй, ребятки, вы поаккуратней, пожалуйста. Смотрите, не напутайте чего.

— Надеешься опять выкрутиться? — раздался сзади противный голосок Гиндебурга, незаметно вошедшего в камеру пыток. — Ничего не выйдет, детка. Уж теперь — то мы прополощем гениальные мозги. Больше некому защищать шпиона. Знай — подлого Капитана расстреляли за измену.

Мастер попытался приподняться на металлическом ложе, но прочные ремни намертво приковали тело к холодной стали.

— Жаль. Хороший был человек.

— Мёртвым он выглядит ещё лучше, — кощунствуя, злобно хихикнул Крыса.

Палачи прикрепили ко лбу Мастера последнюю присоску, соединили все электронные пиявки серебряными проводками и включили, вспыхнувший разноцветными огоньками, вмонтированный в стену прибор.

— Ну, не будем мешать, Иван. Сейчас с тобой побеседует бездушный считыватель, а мы вынуждены удалиться — во время операции здесь находиться вредно для здоровья. Тебе — то уж всё равно, — укусил напоследок Крыса и, вместе с бригадой палачей, заторопился к выходу.

Хлопнула тяжёлая дверь. Воцарилась мёртвая тишина.

Мастер облегчённо выдохнул. Наконец — то он дождался своего часа. Ещё недавно, упорно продираясь сквозь джунгли, он не мог себе и представить, что так сказочно повезёт. Мастер рассчитывал добраться лишь до станции связи и послать условный сигнал в космос. Там, среди звёзд, одиноко висит сторожевой корабль, с очаровательным капитаном Конкордией.

Вообще, всю эту затею с Фардаром изначально предложила Конкордия, как завершение операции начатой на Орико. Иван сперва отверг контракт, но настойчивая Конкордия убедила не решать всё за друзей. Мастер высветил в общем списке вакансию спасателей потерянной экспедиции и принял выбор друзей, надо сказать, с удовольствием. Дело казалось интересным, честным. Мастер заручился полной свободой действий на Фардаре, исключая всякое давление и контроль со стороны ведомства Конкордии. Лишь в крайнем случае, либо в завершающей стадии операции, планировалось появление на сцене Конкордии с пушками и бронированным десантом. Похоже, оба последних события назрели. Пора брать акул Фардара за жабры!

Образ стройной фигуры капитана Конкордии в высоких ботфортах и короткой юбочке на качающейся палубе океанской шхуны заставил Мастера улыбнуться.

Внезапно его улыбка превратилась в жуткую гримасу. Острая боль пронзила мозг. Мастер потерял сознание.

Забытьё длилось недолго. Как только заработала аппаратура насильственного считывания информации и извлекла из мозга первые сведения, система тут же отключилась, перейдя в режим контакта. В голове у Мастера запульсировало слово — папа. Звуки тикали резко, словно металлические щелчки.

— Сработало, — прошептал Иван и вновь улыбнулся.

Недаром потрачены дни самозабвенного копания в компьютерном блоке посёлка.

Мастер спрятал глубоко в недра электронной памяти особую подпрограмму, которая сразу не прослеживалась, но со временем, как вирус, заражала все блоки управления. Включение происходило при контакте с создателем. Друзья папы для электронной малышки тоже не безразличны, Боец и Скиталец были вправе отдавать команды.

Враги облегчили Мастеру задачу, подключив мозг к компьютеру, он буквально сросся с электроникой. Диверсант видел и слышать, что творится в посёлке, напрямую управляя автоматическими системами базы.

Перво — наперво самозваный властелин обеспечил защиту бренному телу из плоти и крови. Он приказал охранной системе наглухо заблокировать камеру пыток, надёжно отгородив железный саркофаг от суетного мира. Затем позаботился об электронных мозгах. Мастер врубил на полную мощность все системы безопасности и отдал приказ о срочной эвакуации обслуживающего персонала. После трансляции по видео — и радиосети ещё парочки панических приказов, Мастер вырубил связь внутри посёлка, и, убедившись, что операторы послушно покинули центр управления, заблокировал помещения с электронной начинкой.

Закрепившись в логове врага, диверсант начал пакостить по — настоящему. Он отключил все лифты, закрыл все двери и прекратил энергоснабжение посёлка. База превратилась в гигантскую тюрьму с множеством больших и маленьких камер, надёжно изолированных непробиваемой бронёй. Пираты были захвачены врасплох и не могли оказать достойное сопротивление. Людей охватила паника. Никто толком не знал, что происходит.

Лишь один вражина среагировал сразу. Многократно битый Гиндебург быстренько смекнул, что диверсанты проникли в центр управления. Шеф держал на заметке блуждающего форварда — Бойца. Зная дурные привычки бывшего гладиатора, Крыса заподозрил проделки жутко — опасной бестии. Ну что ж, парень сам загнал себя в угол. Осталось только прихлопнуть наглого сопляка. А если в ходе операции пострадает компьютерная система, то тем лучше — будет меньше шансов докопаться при расследовании до истины. Придётся начальству брать на веру бредни Шефа.