Вячеслав Седых – Адская зона. Сила духа (страница 46)
— Ты вознамерился растопить ледник, — многозначительно поднял указательный палец старик, — но при этом, надеешься удержать бурный поток в берегах русла горного ручья.
— Дай хотя бы попробовать! — взорвался Файл. — Нельзя же всех только резать!
— Пробуй, сынок, пробуй, — ядовито ухмыльнулся Странник и вытянул руку, жестом приглашая первым торить опасный путь.
Файл не знал города, но и старик не ведал куда идти. Жук мог быть где угодно. И раз его ищут мафиози, то спрашивать у прохожих нет смысла. Файл решил не уступать вздорному старикашке и решительно шагнул вперёд, вглубь квартала. Кривые грязные улочки привели к таверне «Воля». На маленькой площади, перед заведением, скопились разнокалиберные средства передвижения. Помимо своеобразности механических конструкций повозок, привлекало внимание пестрота окрасок живых тягачей. В основном, здесь были лошади, однако ни одной одинаковой среди них не попадалось. Животные пестрели всеми цветами радуги. Преобладали яркие броские краски. Если бы коняги иногда не встряхивали разноцветными ушами и гривами, то можно было бы принять всё за нарисованную сумасшедшим импрессионистом картину.
— У владельцев богатая фантазия, — присвистнул Файл.
— Просто, придурки, — презрительно фыркнул старик.
— Познакомимся поближе с местными неформалами, — Файл подошёл к таверне и решительно распахнул обшарпанную дверь.
В ноздри ударил резкий запах табачного дыма, спиртного и ещё чего — то ядовито — дурманящего. Под самым потолком таверны, в клубах сизого дыма, висел транспарант: на обветшалой чёрной материи уверенная рука крупными белыми буквами размашисто начертала лозунг: «Анархия— мать порядка». Тут же, с потолка, свешивалось огромное чёрное полотнище знамени с аналогичным текстом внизу и скалящимся черепом в центре, под черепом скрещивались белые кости.
Однако, в отличие от унылого однообразия чёрно — белой символики, идолопоклонники радовали глаз многоцветьем одежд, причёсок и физиономий. Под тусклыми масляными светильниками собралась пёстрая компания представителей всех рас. Многообразие природных оттенков кожи дополняла искусственная окраска, а вычурность причёсок соперничала с экстравагантностью немыслимых нарядов. Всё же, надо отдать должное, в одежде парни знали чувство меры, это не касалось пестроты расцветок— тут их фантазия казалась безграничной, но костюмчики анархистов соответствовали канонам местной моды: удобно, практично, функционально. Большинство анархистов носили мечи, половина парилась в железных доспехах, и, вообще, похоже, парни благоволили к металлическим предметам. Почти у всех что — то металлическое торчало, висело, болталось в волосах, ушах, ноздрях. А у остальных, железо сверкало на шее, кистях рук, пальцах и в деталях костюма.
Файл приглядел место за полупустым столиком. Он старался по пути не зацепить шатающихся, как матросы при качке, шумных анархистов, которые, имитируя броуновское движение молекул в банке, хаотично перемещались по тесному залу. Полностью свободных столиков не было, Файл остановил выбор на самом незагруженном. И хотя, тот стоял ближе других к стойке бара, но на деревянной столешнице одиноко покоилась лишь одна длинноволосая башка тучного клиента. Соседние же столики, были полностью завалены бесчувственными размалёванными телами. Правда, при близком рассмотрении облюбованного местечка, Файл обнаружил второго субъекта, под столом. Щупленький человечек, в чёрном балахоне, свернулся калачиком на полу и сладко похрапывал, не выпуская из рук огромную пустую бутыль.
Файл деловито разместился за столом, рядом уселся недовольно пыхтящий старик. Файл нагнулся и попытался заглянуть в лицо человека на полу, но его черты скрадывала густая тень и складки накинутого капюшона. Файл решил слегка подвинуть обмякшее тело носком сапога, на что тело недовольно отозвалось утробным рычанием, наотрез отказавшись освободить занятую территорию. Тогда Файл просто поставил ногу на спину незнакомца, пьяница никак не отреагировал на дерзость.
Тело второго анархиста занимало более благообразную позу. Тучный мужчина надёжно закрепился за все доступные точки опоры. Он, широко расставив ноги, сидел на грубо сколоченном табурете, могучей грудью навалившись на крышку стола. Одутловатое лицо впечаталось щекой в залитую жёлтым соусом ветхую скатерть, неопределённого цвета. Длинные маслянистые космы волос закрывали большую часть лица, а пухлые губы выводили замысловатую трель. Одноцветный костюм тучного завсегдатая таверны резко контрастировал с окружающей феерией красок. Его объёмистое тело облачал просторный чёрный балахон, с капюшоном, но под складками грубой дешёвой материи проступали правильные геометрические построения колец и квадратиков кольчуги. Схожесть одеяний двух анархистов говорила об их общности, а расположение на разных пространственных плоскостях, указывало на главенство могучего толстопуза, над тщедушным телом собрата.
Оглядевшись, Файл удовлетворённо заметил:
— Эта парочка тут сильно выделяется. Похоже, мы правильно рассчитали место приземления.
— Сейчас проверим, — хмыкнул старик, скосив глаз на спешащего к ним здоровяка, в замасленном фартуке и с внушительного размера тесаком в волосатой лапище.
— Пошли вон, бесцветные! — презрительно плюнув на пол, зарычал мужик и ткнул тесаком в сторону выхода.
— Наш сосед по столику тоже не похож на цветного, — указал взглядом на храпящего завсегдатая Файл.
— У тебя что— повылазило!!! — брызжа слюной, заорал тавернщик. — Он же чёрный.
— Каждый настоящий мужчина должен выделяться на фоне безликой серой толпы, — Файл спокойно заглянул в наливающиеся кровью глаза прожжённого анархиста.
— Ну-у, — коротко подтвердил прописную истину тавернщик и провёл ладонью по оранжевому гребню волос на полубритом черепе.
— Я с товарищем уберусь прочь, если ты, брат, найдёшь в зале хоть одного похожего на нас, — улыбнулся Файл и вытащил из ножен меч, показывая блюстителю местных нравов, что тот глубоко неправ, если думает безнаказанно вытолкать в шею настоящих мужчин.
Анархист ненадолго задумался, повертел по сторонам головой, вглядываясь в пёструю толпу, и, не найдя никого похожего на странную парочку, сдался.
— Будь по — вашему, бесцветные, — оставайтесь.
— Принеси нам фирменное блюдо, брат, — дружелюбно улыбнулся тавернщику Файл. — Я слышал, что оно у тебя превосходно получается.
— Ребята хвалят, — расплылся в довольной улыбке кулинар.
— На двоих. Он щедро оплатит, — кивнул на хмурого казначея Файл.
— Эт-т мы мигом, — выхватил купюру из рук старика добрый хозяин и шёпотом посоветовал — Только постарайтесь исчезнуть до того, как проснётся Чёрный Батюшка. Уж очень он суров.
— Я думаю, мы и с ним поладим, — открыто улыбнулся молодой оптимист.
— Сомневаюсь, бесцветный, — криво ухмыльнулся анархист и, водрузив тесак на плечо, поковылял к стойке бара.
— А если этот рыжий панк притащит два куска залитой соусом резины? — глядя в след местному чудо — кулинару, ядовито прошипел старик.
— Будешь глотать деликатес кусками и улыбаться, — сжав зубы, процедил Файл и, заметив недоброе выражение лица кровожадного спутника, предостерёг — И не вздумайте, милейший, поливать блюдо кровью повара.
— Как скажешь, вождь, — неуверенно пообещал Странник.
Чтобы отвлечь дедулю от мрачных мыслей, Файл решил расспросить про анархистов.
— Кто эти весёлые парни?
— Нечто похожее, — старик обвёл взглядом размалёванную шумную компанию, — можно встретить в цивилизованных мирах. Только там, эти ребята носят за пазухой более современное оружие и, вместо лошадей, гоняют по улицам железные драндулеты. Попав в Адскую зону, все истинные приверженцы свободного образа жизни объединяются в клан Анархистов. Это неистребимый клан, но его члены недолго задерживаются на одном месте. Анархисты кочуют с уровня на уровень хаотично, иногда их появляется в зоне очень много, иногда почти не остаётся никого. Обычно, свирепые парни больших неприятностей властям не доставляют, при условии, что те их не трогают. В случае крупных беспорядков в городе, последователи анархизма всегда в первых рядах мятежников.
— Насколько боеспособен клан? Есть ли единство в руководстве?
— Анархисты умеют сражаться, — кивнул Странник, — но единого вождя у них нет. Это слишком буйные ребята, держатся малыми группками, часто враждуют между собой.
— Плохое качество, — посетовал Файл. — Почему Пахан не воспользуется их разобщённостью?
— Против власти они едины, — возразил Странник. — В этом вопросе у них компромиссов нет, никто не пойдёт на союз с Паханом. Анархизм отрицает всякое государство. По их учению, человек должен жить абсолютно свободным, никакого верховного владыки, никакой армии и полиции. Люди должны быть равными среди равных— вот основной принцип вольных анархистов.
— Да это же наши люди! — обрадовался Файл и уже приветливей взглянул на окружающих. — Они против рабства, против уголовных авторитетов. А как они относятся к Шардам?
— Считают их «своими» парнями. Законы Шардов справедливы.
— Да-а, если бы писать историю Адской зоны с чистого листа, — мечтательно вздохнул Файл, — то можно было бы счастливо жить по законам Шардистана и без государственных структур.
— Перед всесильными Шардами все равны, — неожиданно изрёк до того храпевший Чёрный Батюшка и приоткрыл глаз.