Вячеслав Самонов – Миры за гранью сказки (страница 4)

Разыгравшийся жестокий снежный буран, сбивал с ног не давая идти вперед. Холодный ветер завывал в печных трубах, засыпая дороги сугробами. Он громыхал плохо закреплёнными ставнями, срывая их с петель, а над головами людей мучительно скрипели флюгеры, непрерывно крутящиеся от сильных порывов ветра. Повитуха дрожала от страха, размышляя на ходу: а вдруг ребёнок действительно обладает сверхъестественными способностями и связь с тёмными силами существует? Тогда последствия её действий будут катастрофическими... Нет, нет и нет, она не пойдёт на поводу у хозяина и не совершит убийство. Лучше всего отнести малыша в ближайший детский приют, а утром собрать вещи и навсегда уехать из этого проклятого города.

Повитуха кое-как достигла окраины города, где у подножия гор располагалось старинное двухэтажное здание. Оставшаяся позади, колокольня качалась от напора ветра, и испуганно звонила на всю округу. Повитуха положила свёрток с ребёнком перед входом и стала настойчиво барабанить в дверь и окна. Через некоторое время ее усилия дали плоды: за дверью послышалась суета, замки щелкнули, щеколды задвигались, и поблизости загорелся фонарь.

— Кого это еще принесло с северным ветром? — произнёс тихий женский голос за дверью. Не дожидаясь ответа, дверь осторожно открылась, и лучик света упал на небольшой сверток, одиноко лежавший перед ней.

Скрываясь за ближайшим углом, повитуха наблюдала, как пожилая монахиня забрала новорожденную внутрь и довольная своей работой вернулась к себе. Пусть теперь чужаки заботятся о ребёнке, а она здесь совершенно ни при чём. И руки её чисты.

Старушка принесла крошечный сверток в приёмную комнату, прекрасно понимая, кого держит в руках. Ребёнок был далеко не первым, подброшенным к порогу детского приюта. Распеленав свёрток, монахиня не смогла сдержать крик ужаса. Остальные обитательницы заведения — монахини, медсёстры и воспитатели — поспешили посмотреть, что произошло. Девочка оказалась настолько отталкивающей внешне, что все инстинктивно отворачивались, выражая свое отвращение. Некоторые предлагали выбросить «дьявольское чудовище» обратно за ворота. Однако младенец, долгое время хранивший молчание, неожиданно начал плакать, протягивая свои ручонки, стремясь обрести защиту и тепло. Сердце пожилой дамы дрогнуло, и она почувствовала жалость к этому бедному существу, у которого было искажено все лицо: несоразмерно крупный нос, отсутствие губ и разные глаза — один ярко-голубой словно чистое небо, второй тёмно-коричневый, будто бездонная бездна. Настоятельница аккуратно перепеленала девочку, подогрела молоко и накормила её. Поев, малышка сладко уснула.

— Матушка-настоятельница, вы серьёзно собираетесь оставить её здесь? — спросили прочие монашки.

— Куда ещё мне деть бедное дитя? — спокойно отозвалась старушка.

— Куда угодно, только не в наш приют! — почти одновременно воскликнули все присутствующие.

— Наш приют изначально предназначен для сироток и брошенных детей, и негоже нам поступать так же, как родители этого дитя, бросать малышку на произвол судьбы, — парировала женщина.

Но сиделки и воспитательницы учреждения остались непреклонны. Они обсудили ситуацию и заявили, что уверены: девочка отмечена демоном и у нее дурной глаз. Если матушка - настоятельница оставит девочку в приюте, то никто из персонала не намерен заниматься её воспитанием. Поняв тщетность уговоров, старушка приняла решение самостоятельно заботиться о ребёнке. Назвала она девочку Веей, поскольку сочла, что именно северный ветер принёс её к ним.

Время шло, Вея взрослела, однако жизнь в приюте оставалась тяжёлой. Никто, кроме самой наставницы, не обращал внимания на неё. Выходить в город она боялась, зная, что встретит лишь ненависть и злость. Дети повторяли поведение взрослых, называя девочку порождением нижнего мира швыряя в нее камнями, боясь приблизиться ближе. Чтобы скрыть свою физическую неполноценность, Вея отрастила густые волосы, которыми прикрывала лицо. Маленькая девочка научилась избегать контактов, предпочитая оставаться в одиночестве в небольшой комнатке, куда редко заходили жильцы приюта. Там находилась библиотека, любимое убежище всех детей, любящих чтение книг, хотя большинство предпочитал играть в игры, бегать и веселиться.

Тем временем зима каждый год становилась длиннее и суровее. Однажды зимой, когда девочке исполнилось тринадцать лет, в городе начали происходить необъяснимые происшествия. Люди исчезали, а если их тела и находили, то от них оставались лишь обглоданные кости. Скоро поползли слухи, что за этими трагедиями стоит таинственное создание, которое приютила в своём доме настоятельница монастыря. Все считали, что девочка отмечена злом и наделена черными чарами. Городские жители находились в страхе, перешёптывались и избегали прогулок ночью. Однако вскоре ситуация обострилась: в одном из домов обнаружили целую семью, убитую загадочным существом. Возмущённый народ понял, что в городе больше нет безопасного уголка, и его терпению пришёл конец. Вооружившись вилами, топорами и факелами, разъярённая толпа направилась к монастырскому приюту. Толпа скандировала требование отдать им «страшилище».

Из страха все сироты вместе с воспитателями покинули монастырь заранее, внутри остались лишь маленькая Вея и её старенькая наставница. Потянув девочку за руку, старушка подвела её к тайному проходу в подвале, спрятанным за грудой старых ящиков. Скрытая дверь вела в секретный туннель, тянувшийся глубоко в горы.

— Беги, Вея, — прошептала она дрожащим голосом, едва сдерживая слёзы. Она одна лишь знала какая добрая и искренняя душа у ее названной дочки. — Беги скорее, иначе они тебя убьют.

— Нет, матушка, — запротестовала девочка, — я не смогу бросить вас одну. Вы пострадаете из-за меня.

— Убегай, дорогая, — настаивала женщина, — люди винят тебя во всех преступлениях что творятся во круге и не успокоятся, пока не исполнят задуманное. Моя жизнь уже прожита, а тебе только предстоит узнать, что же это такое. Помни, чему я тебя учила, если кто ни будь окажется в беде, то не бросай его помоги.

Разъярённые люди вломились в приют, на своем пути они разрушали все что попадалось под руку и зло кричали. Ждать дольше было нельзя.

— Беги и хорошенько спрячься, — решительно приказала монахиня, выпроводив девочку в темноту коридора. Девушка тихо всхлипывала, прижавшись к закрытой двери, пока матушка - настоятельница спешно собирала ящики, пряча проход от посторонних глаз.

Наконец толпа вторглась в подвальное помещение, угрожающе размахивая оружием и факелами.

— Где она? — прозвучали требовательные голоса. — Покажите нам это зло!

— Немедленно уходите, — твёрдым голосом заявила настоятельница, — пока не натворили какой ни будь беды.

— Так значит, это ты ее покрываешь?! — возмущённо вскрикнул горожанин и вонзил в тело женщины острые вилы. – Сожгите этот рассадник нечисти! – заорал он. И остальные подхватив клич все сжечь стали раскидывать факелы во все стороны. Древесина старого строения мгновенно воспламенилась, охватываемая все вокруг пламенем. Толпа радостно наблюдала за пожаром, злорадствуя и смеясь.

С грохотом провалилась крыша во внутрь строения, и поток ярких искр устремился вверх, вызывая всеобщее ликование зрителей. Лишь сироты грустно смотрели на догорающий родной приют, они прекрасно понимали, что идти им теперь некуда.

— Радуйтесь люди вся нечисть сгорела в огне! — торжествовал кто-то среди толпы, поздравляя окружающих. Каково же было их удивление и шок, когда следующим утром неподалеку были найдены останки новой жертвы.

Вея неподвижно сидела у двери, отделявшей ее от наставницы, неспособная сдвинуться с места. Пока дым пожара не наполнил собою коридор, и чтобы не задохнуться ей пришлось уйти. Дорога по подземелью казалась бесконечной, и мысли девушки кружились вокруг терзавшего ее вопроса: почему её жизнь полна страданий и все ее так ненавидят? Ведь она никому не причинила вреда. Она не заметила, как вышла на поверхность и углубилась в узкое ущелье между высокими горами. Устав, она опустилась на землю, и осмотрелась. Горные вершины возвышались вокруг, низко стелющиеся облака сыпали редким снегом. Подняв голову, она увидела слабый отблеск огня впереди, и ощутила слабую надежду.

С большими трудностями, постоянно спотыкаясь и падая в темноте, девочка добралась до небольшого отверстия в горе. Именно из него и сиял тот волшебный огонек, на который она шла, но она боялась неизвестности. Возможно, внутри скрываются бандиты или охотники, которые завидев ее тут же с ней расправятся, но холод и усталость заставляли искать убежище. Она осторожно заглянула в пещеру, и замерла. По среди пещеры была старая женщина, сгорбившаяся и облачённая в грязные лохмотья. Она стояла у костра спиной ко входу, а над костром висел грязный котелок, в котором громко что-то булькало.

— Я долго ждала тебя, девочка, — не поворачиваясь сказала старуха скрипучим голосом. — Входи смелее, у костра гораздо теплее, чем снаружи.

— Вы меня ждали? — удивлённо спросила Вея, неуверенно приближаясь к костру, от которого исходило приятное тепло. — Но как вы узнали, что я приду?

— Это неважно, — равнодушно ответила старуха, взглянув на девочку. — Я многое знаю и самое главное, что ты здесь.