Вячеслав Пальман – Кратер Эршота (страница 42)
Спасательные группы номер два и номер четыре устроили привал на берегу Бешеной реки. Стоял ясный солнечный день, и люди отдыхали после тяжелого перехода. Неожиданно из-за поворота реки показался стремительно несущийся плот; на нем были люди. Первой увидела их Вера Ускова. Она бродила по берегу и грустными глазами смотрела на реку, на черную тайгу, на синее небо и думала об отце, о Борисе, о Пете, обо всех, погибших где-то в этих молчаливых горах. И вдруг — плот! Вера вскрикнула и в два прыжка оказалась у палаток. Все бросились к берегу.
В момент, когда плот огибал мыс, от него отделился человек и быстро поплыл к противоположному берегу. Остальные метались на бревнах и отчаянно кричали.
— Спасите, гибнем! — неслось с плота.
Но никого уже невозможно было спасти. Река довершила начатое дело…
А майор не отводил бинокля от отчаянного пловца, боровшегося с течением. Человека относило вниз, но он упрямо тянулся к берегу и наконец пересилил реку. Не оглядываясь, вышел он из воды, отряхнулся и тут же скрылся в чаще.
— Успокойтесь, пожалуйста, это не наши. Я их хорошо разглядел, — сказал майор Варваре Павловне, которая сидела в каком-то странном оцепенении.
— Но кто же это?
— Те, кого я ищу! Троих уже нет. А Криворотый, их атаман, спасся. Но теперь он от нас не уйдет! Мы еще с ним побеседуем!
…Да, Ангел спасся.
Едва плот вышел из-за поворота, бандит понял, какую ловушку расставил им этот юнец и почему сам он, рискуя жизнью, бросился в воду. Ничего, мальчишка еще ответит!
Ангела отнесло вниз по течению более чем на километр.
Но теперь, едва войдя в лес, он торопливо пошел вверх по реке, рассчитывая догнать юнца и разделаться с ним.
Ангел нашел место, где Петя вылез, увидел следы и понял, что мальчик повернул обратно к медвежьей берлоге. Атаман пошел следом за ним.
Но по правому берегу, почти параллельно с Криворотым, уже ехали пять всадников. Они покинули лагерь разведчиков сразу же после гибели плота. До поры до времени они тоже скрывались от постороннего глаза. Для того чтобы настигнуть Ангела, им прежде всего надо было найти переправу через эту страшную реку.
Уже было темно, когда Петя пришел к берлоге. Одежда на нем почти просохла, но мальчик валился от усталости. Меховые чулки намокли и расползлись. Разжечь костер было нечем. А как только село солнце, стало холодно. С реки тянул резкий ветер.
Взгляд Пети упал на место, где горел костер. От пепелища шел едва заметный дымок. Значит, огонь еще есть!
Петя торопливо разгреб золу и нашел толстый корень, который перегорел и еще дымился. Вот когда пригодился совет Любимова! Найти сухую гнилушку было легко. Мальчик приложил ее к огоньку, раздул жар, и, когда яркий кусочек пламени перескочил на трут, Петя завернул огонь в сухой мох и бережно понес туда, куда стремился все время — к распадку, где должен был лежать его пистолет.
Вот он, распадок. Кто это проворно отскочил от медвежьей туши? А, волки! Они лязгают зубами, но пятятся от человека с собакой. Волки сыты, им не хочется вступать в борьбу. До другого раза…
Не обращая больше внимания на хищников, Петя уселся у старого костра и начал раздувать огонь. Как учил Николай Никанорович? Тонкие щепочки, потом ветки шалашиком, а уж сверху крупные сучья. Так… Через несколько минут костер запылал. Петя набросал целую гору валежника. Стало светло и весело, темнота отступила и тут он увидел свой пистолет! Черный пистолет на белом фоне, он втаял в снег, как бы впечатался в него.
Ну, теперь иди сюда, Криворотый Ангел, я поговорю с тобой!.. Петя не сомневался, что бандит придет.
Внезапно мальчиком овладела страшная усталость. Хотелось лечь спиной к огню и спать, спать, спать… И он действительно уснул. Рядом с ним свернулась и собака.
Криворотый пришел к берлоге часа через три. Положение бандита было незавидное. Он не успел ни обсушиться, ни отдохнуть. Где же юнец? И тут он вспомнил: конечно, в своем распадке! И, не глядя на ночь, на смертельную усталость и дрожь, Криворотый вскочил, выхватил финку и пошел в распадок по следу юноши.
Костер он увидел еще издалека. Чем же разжег его хитрый малый? Ангел стал тихо подкрадываться. Вот он, этот мальчишка! Вот кто провел его, старого волка. Один? Один. Спит? Нет, сонного он его не зарежет. Пусть посмотрит смерти в глаза.
Шаг, другой, третий. Уже близко… Скрипнула подвернувшаяся галька под ногой. И в ту же секунду Туй с быстротой молнии бросился Ангелу на грудь и впился в горло зубами, но через мгновение и сам упал с распоротым брюхом. Петя вскочил. В пяти метрах от него стоял окровавленный, страшный в своей улыбке Криворотый. В руке у него блестел нож.
— Ложись, пацан, — хрипло проговорил Ангел. — Зови маму и папу…
Петя выхватил пистолет. Ангел опешил и по привычке стал подымать руки. Петя приободрился:
— А, подлец, задрожал? Повернись спиной! Руки назад!
Криворотый понял, что игра проиграна. А впрочем…
— Слушай, пацан, — жалостливо проговорил он. — Убить ты меня всегда успеешь, понял? Хочешь, я уйду. Совсем уйду, а? Оставайся у костра, а я подамся в тайгу. Разойдемся как друзья…
— Как друзья? Нет, старый бандит, какие мы с тобой друзья? Я теперь имею право пристрелить тебя!..
— Ну, стреляй! На! — Ангел повернулся к нему грудью. — Стреляй в беззащитного человека! Ну!..
Петя нажал спуск. Послышался тихий щелчок, но выстрела не последовало. Петя рванул каретку назад, патрон выскочил. Нажал еще. Опять осечка.
На лице Криворотого появилась наглая усмешка:
— Пугач отказал? А ну, дай-ка я…
И он направился к Пете, который все еще пытался выстрелить.
Криворотый успел сделать только один шаг. На скале, прямо над головой у Пети, треснул выстрел, и наглая усмешка на лице бандита увяла. Он выронил нож, поднял глаза, чтобы увидеть, кто стрелял, и тут же свалился головой вперед, почти к Петиным ногам.
А Петя стоял с пистолетом в руке и ничего не понимал. Он увидел майора, хотел что-то сказать и упал своим спасителям на руки.
Над долиной Бешеной реки поднялись сразу пять столбов дыма: горело пять костров. Летчики недоуменно пожимали плечами: почему пять? Неужели всех сразу нашли: и партию Ускова и бандитов?
На всякий случай наблюдатели еще раз пересчитали костры. Да, вот два, и в стороне еще три. Стало быть, действительно нашли всех! Сверху было видно, как оживленно бегали по поляне люди, как они махали руками в сторону шоссе. Нетрудно было догадаться, что они просят летчиков приземлиться.
Но при всем мастерстве и добром желании пилотов посадить самолет в этой местности и в это время года никак нельзя: самолеты на лыжах, а снег почти уже сошел, обнажились кочки и ямы, в долинах стоит хорошо видная сверху вода. Летчикам не оставалось ничего более, как только помахать крыльями, пролететь пониже над палатками и лечь курсом на юг, на базу номер восемь, где есть подходящая посадочная площадка…
С базы полетели в трест одна за другой две радиограммы, извещавшие о результатах поисков.
— Долина с незамерзающей рекой?.. Весьма любопытное место. Координаты?.. Так, отметим… Почти в центре белого пятна… Что же, займемся!
Федор Павлович Басюта вызвал к себе летчиков и приказал подготовить вертолет.
Через два часа красная птичка распластала в воздухе свой большой горизонтальный винт, лопасти с шумом завертелись, образуя вогнутый вращающийся диск, и вертолет плавно оторвался от земли, словно вспорхнул. Набрав высоту, он величественно и спокойно понесся вперед.
С этим вертолетом на базу номер восемь вылетели управляющий трестом и главный геолог. Еще через день, пополнив машину горючим, вертолет взял курс на север, через перевалы, к месту расположения второй и четвертой поисковых групп.
В тот же день он приземлился в ста метрах от палаток разведчиков на небольшой поляне, окруженной кустами черемухи и шиповника, начавших уже раскрывать свои липкие почки.
Люди встретили машину восторженными криками. Зато лошади, услышав гулкое ворчание моторов, бросились сломя голову в лес. А олени пригнули рогастые головы и умчались, забились в такую чащу, что их с большим трудом нашли.
— А здесь, представьте, нужен доктор, — прежде всего сказал новоприбывшим Швец.
— Доктор? Что случилось?
— Понимаете, — начал Швец, — мы нашли только одного из спутников Ускова, его племянника. И при крайне странных обстоятельствах. Он разут, раздет, ранен. И нашли мы его в момент схватки с бандитом. А что касается остальных, то никаких следов нет. На том месте, где мы с вами находимся, раньше была стоянка партии Ускова. Судя по остаткам палатки, они находились здесь почти год назад.
— Почему же вы не расспросите мальчика?
— Он болен и все время в бреду. У него рваная рана на боку. В распадке, где его нашли, лежал убитый медведь. Видимо, парень выдержал поединок со зверем. Там же две мертвые собаки из полевой партии. Вот и все. Мальчику нужен доктор. Мне кажется, тут дело даже не в ране. Похоже на глубокое нервное потрясение…
— Пойдемте к нему.
Петя, как упал майору на руки, так уже больше не приходил в себя. Ко всему, что он пережил, ко всем страхам и потрясениям надо прибавить и то, что мальчик простыл: он плавал в холодной реке и почти сутки провел на ногах в мокрой одежде и без обуви. Такие вещи даром не проходят. Майор привез его в ту же ночь в лагерь и сдал с рук на руки Варваре Петровне и Вере.