Вячеслав Малежик – Портреты и прочие художества (страница 40)
И кто-то крикнул, наверное, провокатор:
– Мальчики налево, девочки направо.
Если вы думаете, что после этого все рванули справлять малую нужду, вы ошибаетесь. Все разделились и все (о, ужас!) разделись. Разделись догола… И вся эта толпа мальчишек и девчонок, только подумайте, в большинстве своем студентов МГУ, рванула в море.
Звучала музыка… По морю рыскали прожектора Анапской пограничной заставы (ну как же, рядом Турция!) и на мелководье джеметинского пляжа этакие содом и гоморра в одном флаконе. Но никто не переступал черту… Купание было исключительно целомудренным. Я думаю, кто-то из свидетелей этого праздника жизни потом проведет первую дискотеку – музыка, полумрак, летающий луч прожектора.
А я, может, обессиленный от водно-марганцовых процедур, может, не дойдя до общей точки кипения, был, как дурак, одетый и в удивлении пытался сориентироваться.
– Слава, это ты? – услышал я голос одного из наших.
– Я.
– Помоги.
– Что случилось?
– Она «умерла»…
– Как?
– Вот так, выпила лишку и «умерла». Надо ее вытащить на берег и сделать искусственное дыхание. Ты за что понесешь?
На руках нашего… ну, в общем нашего музыканта покоилась девушка, ну, так, с недурными физическими данными. До этого я как-то не мог сосредоточиться, что вокруг меня резвятся молодые обнаженные женские особи, а тут… Конечно, их было много, а тут была одна. Ну, Фрейд, погоди! Мы на пальцах кинули, и мне досталось нести девушку за ноги. Она была не тяжела, но от этого не становилось легче. Хорошо, что я не успел присоединиться к компании и был одет, а то, дон Диего, могло бы неудобно получиться (это я анекдот цитирую). Мы вытащили ее на берег, подскочили ее подружки, и вожделение прошло.
– А ты чего одетый? – спросила одна из девчонок.
– Да меня тошнит.
– А-а-а-а, – сказала понимающе она.
Кода
У музыкантов есть такое понятие – важно как начать и как закончить пьесу. Что там будет внутри, не стоит заморачиваться. Опять же набившая оскомину цитата из Штирлица, что запоминается последняя фраза. Так вот на записи часто используют прием, когда не хочется ставить восклицательный знак, – постепенное затихание фонограммы. А в партитуре пишут – fade away.
И, подумав, я решил отказаться от всяких «продолжение следует» и скромно себя и вас спросить:
– А не замахнуться ли мне на любимого нашего Вильяма Шекспира?
– Слава, ну ты и сказочник! У тебя деревянная нога, как у Смогула, еще не выросла? – спросила жена.
– Растет…
Стихи
И прочее…
Про кота, про любовь и про ценности вечные…