Вячеслав Малежик – Герой того еще времени (страница 2)

Затянет группа «Drive my car»[1]. Ты – Бог, Ты – Леннон… Кто же спорит… И вьется вдаль моя строка. Не знал герой наш поражений, И меч разил всех наповал, И не терпел он чуждых мнений, И даже как-то заскучал. А героиня – бог-девица, Принцесса голубых кровей, Приехала в Москву учиться Из-за взаправдошных морей. Учиться танцам, ведь в Союзе По танцам мы ого-го-гей; Кто сразу стих не понимает, То впереди планеты всей. Страна, где выросла девчонка, Не знала войн, не знала бурь. Отец-король на личном троне Подписывал такую дурь, Что подчиненные в отчаяньи Не знали, как им дальше жить. – Ты – лучший! – все ему кричали, — Нельзя же по течению плыть. А он, от доброты смиренный, В глаза с любовью всем смотрел. И заговор друзей неверных Под носом как-то проглядел. А доченька в Москве училась — И па-де-де, и фуэте… А в школе танцев все так мило: Бордо, шампань и канапе. Принцесса, взрослою девицей, Семнадцати уже годков, Такой, что нету просто слов, Чтоб описать свеченье кожи, Фарфоровый отметить стан. Ну, в общем, я не вышел рожей… Для вдохновения – стакан Залить в себя, тогда, быть может, Найду я нужные слова, Но красоту таку негоже Нам обсуждать… И так молва О ней сложила в Коктебелях Легенды, ах, читатель мой. Пока группешник песни пели, Все любовались только той, Что танцевала, как богиня. То был не танец, а полет. И на кого свой взгляд поднимет, Тому предъявит этот счет. И каждый оплатить готов был, Как на смотринах во дворце, А Горик в такт тихонько топал, Забыв улыбку на лице. И спев последнее «е-е», Ансамбль замолк, готовясь снова Запеть, как двое на траве Укрылись небом, словно кровом. И выстрел-взгляд, как солнца блики, Направлен в Горика, а он Зачем-то кем-то был окликнут: – Давай сыграем роллингстон! И «Satisfaction»[2] от души Запел по-джаггеровски Горик, А для принцессы свет туши.