Вячеслав Киселев – От Дуная до Рейна (страница 12)

Через некоторое время солдаты императора Ивана также начали исчезать из города, который принялся постепенно возвращаться к прежней жизни, а профессор тут же покинул свою нору, чтобы ненавязчиво побеседовать с появившимися из здания Ратуши городскими стражниками.

Из путанных рассказов перепуганных стражников оказалось очень сложно понять, что в них правда, а что вымысел, но одно они утверждали уверенно и единодушно – трупов было три. А раз лейб-гусары, сопровождавшие императора Иосифа, убыли из города без него, то третьим являлся ни кто иной, как Габсбург, которого солдаты императора Ивана позже завернули в ковёр и увезли в неизвестном направлении.

К вечеру жизнь в городе вошла в прежнее русло, но осторожный профессор никуда не торопился, выждал до утра и спокойно отправил имперской почтой сразу пару сообщений – Джону Смиту в Амстердам и неизвестному контакту в Вену. Имени венского адресата, снабдившего их информацией для подготовки операции «Мария Кристина», Вейсгаупт не знал (у него имелся только почтовый адрес), да и указаний куратора по этому вопросу у него не было, тем не менее, учитывая обстоятельства дела, профессор сам принял такое решение. А ещё он собрался посвятить ближайшие дни наблюдению за поместьем Треммельхаузен…

Глава 5

Одиннадцатое сентября, дворец Хофбург

– Как вас зовут?

– Отто Генрих Фуггер, граф Вайсенхорн, обергофмаршал двора его императорского величества Иосифа Второго Габсбург-Лотарингского, а вы господа, кем бы вы ни были, сейчас совершаете огромную ошибку, врываясь в императорские покои! – голосом, преисполненным чувством собственного достоинства, не обращая внимания на стоящих вокруг него людей с оружием и не самыми добрыми лицами, ответил распорядитель местного хозяйства, поразив меня своим сходством по всем параметрам, даже характерной хрипотцой, с известным советским актером Евгением Леоновым.

– Доброго дня граф, хотя вам эти слова сейчас могут показаться не совсем уместными – я император Священной Римской империи германской нации Иван Первый, а тот, о ком вы упоминали мёртв, вот его тело! – показал я на внесенный бойцами в парадную сверток.

Обергофмаршал замер с каменным лицом, осознав значение моих слов, и только повлажневшие глаза и подёргивающаяся левая щека показывали чрезвычайную степень его внутренних переживаний. Я, конечно, не большой специалист в таких вопросах, но посмотрев на графа, подумал, что наверняка подобные должности при дворе являлись наследственными, а значит монархи росли на глазах и руках своих верных слуг, которые привязывались к ним не меньше, чем к своим собственным детям. Поэтому, мне следовало, как можно скорее занять обергофмаршала какими-нибудь рутинными делами, чтобы отвлечь его от переживаний, а то ещё спалит нахрен весь дворец вместе с нами или ещё что-нибудь учудит. Садить же его под замок было пока нежелательно, чтобы не усложнять реализацию моих планов.

– Скажите Отто, а где находится родовая усыпальница Габсбургов?

– А…, да… императорский склеп находится в Капуцинеркирхе, что на площади Нойермарк, это неподалёку отсюда Ваше Величество!

– Понятно, – кивнул я, – нас с Иосифом сложно было назвать друзьями, но, как у нас говорят – мёртвые сраму не имут, поэтому все распри между нами остались в прошлом, тело в вашем полном распоряжении, организуйте всё, как положено, только без помпезности, по-семейному!

– Конечно Ваше Величество, благодарю вас, – кивнул он в ответ, – могу я узнать о дальнейшей судьбе двора его императорского величества?

– Что вы имеете ввиду?

– Вероятно вы не пожелаете видеть здесь придворных и прислугу прежнего хозяина! – с вернувшейся к нему невозмутимостью, ответил обергофмаршал.

– Не тревожьтесь Отто, я не собираюсь становиться хозяином Хофбурга, так, что в ближайшее время всё останется по-прежнему. Пока я здесь, от вас требуется лишь выполнять требования начальника моей охраны, – показал я на Лешего, – которые будут касаться исключительно организации охраны дворца и размещения моих бойцов, которые обладают железной дисциплиной, поэтому о сохранности покоев и ценностей можете не беспокоиться!

– Слушаюсь Ваше Величество! – склонил он голову.

– Хорошо, после того как распорядитесь по телу его величества, подготовьте помещение для заседания Государственного совета, чтобы часа через два всё было готово и покажите мои людям, как пройти в подвал. Здесь ведь есть подвал?

– Конечно Ваше Величество, под Леопольдовым крылом, мы сейчас находимся в нём, и Амалиенбургом, это корпус, примыкающий с севера, находится огромный винный погреб! – развел руками в стороны обергофмаршал, видимо показывая размеры погреба.

Отпустив «домоправителя» и Лешего заниматься своими делами, я озадачил фон Ла́сси сбором верхушки австрийского государства, а потом просто отошел к окну, чтобы не путаться под ногами, и принялся пялиться на площадь, размышляя о своих дальнейших действиях. Моим парням в таких ситуациях дополнительные поручения не требовались, чай не первый отжатый нами дворец. Охрана и оборона, контроль над водоснабжением и запасами продовольствия и прочие мелочи, позволяющие функционировать во «враждебной атмосфере» и немного подольше задержаться на этом свете, были отработаны ими уже до автоматизма.

Минут через пятнадцать мне доложили, что генерал-майор фон Валлис и остатки бандформирования фон дер Тренка к дегустации вин нового урожаязадушевной беседе с пристрастием подготовлены и я направился в винный погреб, чтобы наконец разобраться откуда у местных «товарищей» такая поразительная информированность о моих планах.

***

Два дня назад, утро девятого сентября, особняк Иоганна фон Тальмана

– Чёрт побери, что у тебя опять стряслось Иоганн, – ворвался фон дер Тренк в кабинет фон Тальмана, – если ты решил отменить заказ на Кауница, не надейся, что я верну задаток, он уже перекочевал в кошели моих парней!

За время своей проникновенной речи, барон деловито и без тени сомнений, словно у себя дома, налил бокал вина из графина, выпил его несколькими большими глотками, сытно рыгнул и, утерев рот рукавом камзола, завалился в кресло.

Фон Тальман уже давно привык к намеренному игнорированию своим подельником манер высшего общества, поэтому достал из папки бумагу и спокойно ответил:

– Не беспокойся Фридрих, наши договоренности в силе, однако тебе следует поторопиться и закончить дело не позднее завтрашнего утра, а я хочу предложить тебе ещё более жирный кусок!

– Сколько? – тут же задал барон единственный вопрос, интересующий наемника.

– Чего сколько? – изобразив удивление, ответил вопросом на вопрос граф.

Засмеявшись во весь голос, барон всплеснул руками и поинтересовался:

– Когда это ты научился шутить Иоганн, сразу после того, как тебя пнули коленом под зад из свиты его императорского величества?

Вновь даже не поведя бровью в ответ на поведение барона, фон Тальман ткнул пальцем в бумагу и принялся пояснять:

– Вчера вечером из Регенсбурга пришла вторая депеша от моего доброжелателя и в ней сообщается, что император Иван шестого сентября покинул своё поместье и убыл в неизвестном направлении…

– И в чём здесь наш интерес? – не дав договорить, перебил графа фон дер Тренк.

– А ты дослушай, тогда узнаешь…, – начиная уже немного выходить из себя, осадил его фон Тальман, – действия Ивана могут быть неизвестными и неожиданными для всех, кроме меня, а я прекрасно изучил его манеру бить в самое сердце и держу пари, что Иван направляется прямо к нам в руки, то есть в Вену!

– Иии, что ты предлагаешь?

– Завтра, как только ты решишь вопрос с Кауницем, я стану властью в столице и организую вместе с комендантом гарнизона «торжественную встречу» для Ивана, к которой привлеку тебя и твоих людей. Коменданту я поручу арестовать Ивана, а ты, при встрече, вызовешь его на дуэль и убьёшь. Это и будет платой за твоё участие в деле, ты ведь всегда мечтал поквитаться со Старым Фрицем за исковерканную судьбу и девять лет в Магдебургской цитадели!

– Убить императора…, – мечтательно потянул слова фон дер Тренк, – это мне нравится, я бы прославился на всю Европу, только план твой дерьмо – какой император в здравом уме станет принимать вызов какого-то барона? А во-вторых, при чём здесь вообще Старый Фриц, гори он в аду веки вечные?

– Ну насчет ответа на вызов можешь не беспокоиться, этот Иван не меньше тебя любит подраться, что же касается второго, то император женат на Софии, дочери Луизы Ульрики, которая приходится родной сестрой Старому Фрицу…, и да, курляндца, в отличии от тебя, приняли, как равного, когда ещё ничто не предвещало его оглушительного взлёта, а история его родства с Кетлерами явно шита белыми нитками!

– Месть – это неплохо, но годится лишь в качестве успокоительного бальзама для уязвленного самолюбия и повода для драки, – оскалился фон дер Тренк, – не принимай меня за идиота Иоганн, такая работа стоит гораздо, гораздо больше. Ты ведь наверняка рассчитываешь получить от наследника престола княжеский титул и место государственного канцлера, а значит и я хочу стать графом, в придачу к большому поместью, например, в Силезии…

***

Одиннадцатое сентября, за десять минут до назначенного времени, «Тайная комната совета», дворец Хофбург

– Доброго вечера господа, – поприветствовал находящихся в комнате членов Государственного совета князь Франц Иосиф фон Лихтенштейн, прибывший на заседание последним, – кажется его императорское величество решил не задерживаться в Регенсбурге?