Вячеслав Ипатов – С волками жить... (страница 34)

Меня вывернуло на изнанку. Было досадно и стыдно за свою слабость. Ведь казалось, что уже многое пережил, ко всему готов. Но нет, далеко не ко всему. Этот мир из раза в раз доказывал, что самое страшное будет впереди.

– На, рот ополосни, – произнес Дмитрий.

Гном с содержимым своего желудка не расстался, хотя и был бледен. Отчего стало ещё более стыдно за свою слабость. Но помощь я принял, а там и почувствовал себя чуть лучше. Мозг также стал работать, подсказывая дальнейшие действия. И вот следующий шаг не радовал, но был совершенно необходим.

– Надо бы его похоронить.

Дмитрий молча кивнул, а дальше мы принялись за работу. И надо сказать, она оказалась не простой. Раскапывать лесную землю мечами и топорами было делом тяжелым. Так еще и определенные мысли угнетали, как бы я их не гнал. В голову настойчиво стучались размышления о том, что мы могли оказаться на месте этого несчастного. Было уже несколько случаев, когда подобное могло произойти, и в будущем такой исход был весьма вероятен, всего-то и требовалось, что потерять благосклонность Фортуны. Это пугало. Хотя осознание того, через какие передряги мы уже прорвались, чуть успокаивало. Не так легко было нас упокоить, не так легко. Но возможно, об этом не стоило забывать.

Тихо выругавшись, я вновь постарался изгнать посторонние мысли, а затем вгрызся в землю, став работать вдвое усердней. Просто затем, что окончательно понял – не думать о «белой обезьяне» не получится. По крайней мере здесь. А значит, требовалось закончить быстрее.

Спустя полчаса удалось раскопать не то чтобы могилу, но яму сантиметров в семьдесят глубиной. Была мысль, что она слишком мала, и надо копать дальше. Что такую усыпальницу могут разрыть дикие звери. Но все эти размышления оказались отброшены, ибо за это время мы уже умотались вусмерть, притом, что отдыха никто не обещал. Так что постановили работу достаточной. Тело бы опушено в яму, зарыто, а затем мы замерли перед свежей могилой, чувствуя, что стоит хоть что-то сказать.

– Я тебя не знал, – заговорил Дмитрий. – Кем ты там был, какие грехи за душой имел. Но желаю, чтобы в следующей жизни тебе повезло больше.

– Ты отмучился и можешь спать спокойно. Кто знает, может быть многие ещё позавидуют твоей судьбе, – добавил уже я.

Мы еще немного постояли, а затем всё же направились назад по собственным следам, не забыв прихватить копьё и рюкзак покойного. Этим вещам не стоило пропадать зря.

Путь назад был куда более прост, ведь не требовалось искать дорогу. Ноги сами выбирали верное направление, ведомые зрением и нюхом. Но вот когда мы вернулись к развилке, на которой разошлись беглецы, путь предсказуемо вернулся к прежней сложности. Вновь требовалось вынюхивать следы, продираться через чащобы и поваленные деревья. И при всем этом видно беглецов не было. Те упорно уходили в неизвестные дали, петляя при этом, точно вспугнутые зайцы.

– Да куда этих чертей понесло? – возмутился гном спустя пару часов движения. – Они хоть понимают, в какую степь драпают?

– Совершенно точно нет, – устало ответил товарищу.

Недостаток сна, два десятка пройденных километров, рытьё могилы, груз в виде трофеев за спиной – всё это крайне выматывало. Притом конца и края пути видно не было. Следы оставались старыми.

– Может на привал?– раздалось предложение спустя ещё полчаса.

– Рано. Надо дальше пройти, – с сожалением ответил другу.

И мы шли, а затем ещё, и ещё. Запах свежей всё не становился. Уже близился вечер, а вместе с ним и конец терпению, вкупе с силами, когда следы вывели нас на очередную поляну. И примечательной она оказалась тем, что здесь нашлись свидетельства недавнего пребывания людей – кострище, вытоптанная трава, пара консервных банок и стойких запах людского духа. Жаль только, самих беглецов видно не было.

– Вот ведь буржуи, консервочки кушают, а нам приходится охотой пробавляться, собачатину есть, – недовольно пробурчал гном.

– У нас консервы теперь тоже имеются, – подбодрил товарища, дернув найденным рюкзаком. Там на самом деле нашлась одна банка тушёнки, а вот перевязочного комплекта почему-то не оказалось. Может быть его нёс некто иной?

– Одна банка на двоих, пир будет горой! – недовольно буркнули в ответ.

– А не надо было так громко топать, ты всю дичь распугал. Радуйся, что хоть это есть.

– Больно тут живность пугливая. Все доброго гнома чураются!

Так перешучиваясь, мы прошлись по поляне, отметили новые следы, на сей раз уводившие на восток, а затем постановили устраиваться на ночлег. Дальше продолжать преследование не было мочи. Этот день и так выпил из нас все силы. А потому оставалось лишь разделить скромный ужин, распределить время дежурства и ложиться спать.

Надо сказать, ночевать под открытым небом в лесу было для нас совершенно новым опытом и не сказать, что приятным. Мы натаскали веток, так что лежать пришлось не на голой земле. Насекомые нас не донимали, так что на первый взгляд всё обстояло не так уж и плохо. Однако, банальное отсутствие покрывал, которые мы забыли прихватить, да ещё и лёгкий голод, изрядно мешал заснуть. Так ведь половину ночи спать и не получилось. Требовалось отбывать дежурство, если не было желания оказаться съеденным. Как итог, утро мы встретили столь же сонными, уставшими и злыми. Причём, отсутствие еды настроение нам совершенно не подняло.

– Знаешь, Серый, если мы этих идиотов найдём целыми и невредимыми, то будем просто обязаны им морды набить! Вот какого хрена они нам жизнь усложняют? Чего им на месте не сиделось? Или в форт вернуться они же могли, верно? Так какого хрена в такие дали углубились?

– Сначала запаниковали, а потом… Вот ты скажи мне, а куда нам сейчас идти, чтобы к форту вернуться?

После моего вопроса гном растерянно замер, повертел головой, а затем и громко выругался. Ответ был понятен.

– На самом деле даже я сам тебе ответ не дам. Разве что по следам провести смогу. А у них, видно, своего оборотня в команде не нашлось. Ну или кончился он, оборотень. Вот и заблудились.

– Но затем пошли на восток. Выходит, к нашей базе?

– Видно, про компас вспомнили.

– Не сильно то он им помог, раз так в ней и не появились, – ехидно заметил гном.

– Может они уже на базу вернулись, а мы об этом не знаем, или кто их по пути сожрал. Пройдём по следам – выясним.

Дмитрий ничего не ответил, только кивнув. А затем мы отправились в дальнейший путь, надеясь на счастливый итог. И что же можно сказать по результату нескольких следующих часов? Из хорошего – кое в чём, а конкретно в пополнении провизии, нам повезло – удалось набрести на дичь. На лесной подстилке обнаружился целый выводок крупных, с ярким оперением птиц, похожих на цесарок. И они оказались достаточно беспечными, чтобы нас не заметить. Так что обед вышел куда полнее и приятнее, чем ужин. За такую удачу даже пара очков опыта перепала. А вот их плохого, наша цель никак не показывалась.

– Вот ведь дурни! – устало произнёс я, переводя взгляд со сломанной ветви, пахнувшей «потеряшками», на выглядывавший из-за деревьев горный пик.

– Это ты о чем? – спросил Дмитрий, опиравшийся на копьё.

– Видишь гору?

– Да и что с того?

– Это ориентир, указывающий, что база находится от нас на севере.

– То есть эти идиоты промахнулись мимо дома? – спросил гном с нотками истерического веселья.

– Вариант всё ещё лучше, чем если бы их сожрали.

– Уже не уверен в этом. Кстати, можешь сказать, когда они здесь проходили?

– Давно, всё ещё давно.

Дмитрий возвел глаза к небу и пробормотал явно нечто матерное. Я с ним молча согласился. Ибо у самого уже в печёнках засела эта миссия. Ведь вся же беда произошла из-за того, что «потеряшки» умудрялись раз за разом совершать глупость. Сначала сунулись во дворец, затем побежали в панике, не разбирая дороги, ещё и бросив раненого на произвол судьбы. А теперь ко всему прочему и заплутали, хотя явно имели с собой компас. Вот честно, с таким выдающимся интеллектом им стоило сидеть на базе и не высовываться. Дабы не усложнять жизнь остальным. Жаль только, идиотизм «потеряшек» не был поводом прекратить их поиски.

Прошло ещё несколько часов, за время которых чужая глупость в кой-то веке принесла радость. Я наткнулся на два следа – старый и новый, которые пересекли друг друга крест на крест. Разница между ними была ощутимой, «потеряшки» в этом месте явно сделали круг. И пусть их действия подрывали мою веру в человечество, благодаря им разрыв между нами стал составлять всего несколько часов. Мелочь в сравнении с прежней их форой. Оставалось лишь не сбавлять хода, догнать, дать в морду, а затем вернуть домой.

И вот с такими мыслями я и почувствовал до боли знакомый запах. Кровь, пахло кровью.

Хотелось выругаться, очень сильно. И если бы не потребность соблюдать тишину, я бы точно не сдержался. Так же просто сжал челюсти и подал сигнал Дмитрию. Быстро снарядив арбалеты, мы направились по следу, в сторону неприятностей. Несколько осторожных шагов, максимальная бдительность и…

– …ть! – человеческий голос, испуганный и в то же время раздраженный.

Я едва смог сдержать вдох облегчения, а затем пошёл уже спокойней, постепенно всё явственней слыша диалог двух кретинов. Почему кретинов? Так потому, что орали на весь лес, притом, что неприятности уже не раз находили. Клинический случай.