Вячеслав Ипатов – С волками жить... (страница 36)

– Стас, не торопись, – поправил я присутствовавшего на занятиях зама огра. – Сперва отработай движение медленно, а затем действуй на скорости.

– Ладно, – раздражённо ответил тот, всё же послушавшись.

Ершистых тут было много. Едва ли не через одного находились недовольные, которым хотелось быстрого прогресса, интересных занятий или вообще оказаться где-то в ином месте. Что не удивительно, ведь на эти тренировки согнали людей в добровольно-принудительном порядке. Добрынин направил практически всех своих непосредственных подчинённых.

– Да сколько можно, я уже устал! – спустя еще четверть часа прозвучал недовольный голос.

Вполне ожидаемое событие. Я был почти на сто процентов уверен, что однажды такой вопль прозвучит. Так что к подобному повороту был готов.

– Я уже всё объяснил. Не хочешь заниматься – дверь там, – произнес, встав напротив орка-смутьяна.

– Ты нас ничему нормальному не учишь, сколько можно повторять одно и тоже?! – не унимался бузотёр.

– Столько, сколько я скажу. Это мои занятия, и я их буду проводить так, как сочту нужно. Не нравится – уходи.

Орк в ответ молчал, кривя рожу, взгляд его бегал по сторонам в поисках одобрения. И пусть конфликт заставил остальных учеников прекратить тренировку, поддержку они смутьяну не выказывали. Более того, со стороны послышались раздраженные окрики.

– Да ладно тебе!

– Ты чего, слабак?

– Немного прозанимался и уже устал?

Эти и подобные насмешливые крики быстро заполонили помещение, заставив орка покраснеть от гнева. Такое чувство, что еще капля, и он бы взорвался.

– Так, тихо! – остановил я гвалт, и уже обращаясь к орку продолжил. – Ты тратишь своё и чужое время. Так что принимай решение быстро –остаёшься или нет? У тебя тридцать секунд.

– Я остаюсь, – глухо ответил смутьян, не дожидаясь окончания срока.

– Отлично продолжаем тренировку!

Вскоре рабочий порядок был восстановлен. В воздухе вновь замелькали копья, стало слышаться тяжелое дыхание и топот. Часы принялись отмерять полезно проведённое время.

– Так, хорошо! На сегодня всё, встретимся завтра в то же время, – сказал я, когда минул час с начала занятий.

Со стороны учеником послышались обрадованные вздохи, часть тут же растянулись на полу. То ли у них всё было плохо с развитием тела, то ли просто не привыкли к таким нагрузкам. Но ничего, втянутся. Или же перестанут посещать занятия, что опять же сделает мою жизнь проще.

Спокойно проводив кряхтящих и охающих учеников, я повернулся к Дмитрию, весь урок честно отрабатывающему приём и зашёл с козырей:

– Ну что, сначала в душ, а потом поедим?

– За что я тебя люблю Серый, так это за правильный подход к жизни! – довольно воскликнул гном, а там мы и направились в указанном направлении.

На самом деле далеко не факт, что следующее занятие действительно состоится. Всё же проведённый только что урок был испытательным. Но даже если меня отстранят, большой трагедией это не станет. Со своей стороны, я выложился на полную, и даже Система это признала, наградив за занятие парой очков опыта. Вместе с ещё десятком, полученным за спасение «потеряшек» вышло не так уж и плохо. Постепенно, но очки набирались, так что я мог надеяться вскоре заполучить ещё какое-нибудь полезное знание. Хотя всё же было интересно, кто же это такой за нами наблюдал, что мог оценивать все наши действия? К каждому приставили невидимого судью или эту роль выполняли какие-то искусственные интеллекты? Кто знает. В конце концов, истинные возможности похитителей нам были неизвестны.

Под такие мысли мы вначале смыли с себя пот, а затем и добрели до столовой. Где получили сравнительно неплохой обед в виде супа, картошки пюре с котлетой и чая. Действительно хорошая еда, особенно, если её сравнивать с тем, что было на других столах.

Оглянувшись по сторонам, я уже было хотел занять свободный уголок, когда внезапно обнаружил знакомое лицо. Катя тихо сидела за одним из столов, ковыряясь в тарелке. При этом была в одиночестве. Кивнув Дмитрию на неё, я тут же скорректировал путь.

– Не помешаем? – спросил девушку.

Ламия вздрогнула, подняла голову и тут же на её печальном лице отразилась улыбка.

– Нет, что вы, присаживайтесь. Я так рада вас видеть.

– А мы тебя. Всегда приятно посмотреть на такую красотку, – блеснул комплиментом Дмитрий. Неудачно, от его слов Катя наоборот погрустнела.

– Спасибо за добрые слова, – тускло ответила та.

«Она ведь ламия. Так что совершенно точно не считает себя красивой» – подумал я. – «Мне ее облик кажется симпатичным, но сближаться с такой девушкой я бы точно не стал. А другие вовсе сочтут её уродливой. И хорошо, если не выскажут это вслух».

– Как ты тут без нас, чем занята?

– Я все ещё тружусь в прачечной, – кратко ответила девушка, ковыряясь в тарелке. А была у неё на обед картошка пюре, да только не та, что у нас. Водянистая, блеклая. Подозреваю, что приготовили её из разведённого порошка. В прежнем мире я такую дрянь ни за что бы есть не стал, а тут ей кормили три четверти населения базы. Было очень неудобно в такой обстановке есть самому.

– Хочешь половину котлеты?

– Нет, спасибо, – ответила ламия.

– Да чего ты отказываешься! – Дмитрий в своей манере тут же взял инициативу. – Вот, кушай, а то совсем бледная стала.

Не слушая возражений, гном поделился своей порцией, а там и я воспользовался примером. Вскоре содержимое тарелки Кати стало выглядеть намного лучше.

– Спасибо, – тихо пробормотала смущённая и в то же время повеселевшая девушка.

– Ой, да ладно тебе. Нам и этого хватит. Ну по крайней мере мне. За Серого не поручусь, он вон какой вымахал, трудно прокормить такую каланчу.

– Еще вопрос, кого труднее, ты вон как разъелся в ширь, не сразу обойдёшь, – тут же вернул подачу товарищу.

Дальше пришел черёд веселых разговоров, за время которых я с удовлетворением отметил, как ожила девушка. Было боязно за неё, особенно на фоне известия о самоубийствах. Не хотелось для знакомой такого конца.

– А чего народ говорит? Есть интересные слухи? – в какой-то момент спросил Дмитрий.

– Есть, только… – девушка на миг замолкла, оглянувшись по сторонам. Этот её маневр сразу заинтересовал, подсказывая, что дальше прозвучит нечто нетривиальное. Правда за конспирацию Кате стоило поставить двойку, ибо таким шагом она только привлекла к нам ещё больше косых взглядов.

– Только не очень хорошие слухи, – уже шёпотом продолжила девушка. – Об огре говорят плохое.

– Ну это не удивительно. А что именно?

– Много чего. Говорят, Добрынин раньше был бандитом.

– Да в легкую! – охотно согласился гном.

Я тоже такой вариант не стал бы исключать. Хотя огр вполне себе мог служить в полиции, быть чиновником или кем ещё «при власти». Сложно было понять, всё же со всеми этими категориями людей я редко сталкивался, так что сообразить, к кому именно относилось наше «большое начальство» не мог.

– А ещё говорят, что уже несколько человек поплатились за его критику. Каждого, кто возмущается огром, хватают и волокут в тюрьму. И даже своих он не щадит и направляет на смерть. Как с тем отрядом, где семеро сгинули.

– Это с каким отрядом? – искренне не понял я.

– Ну тем же, остатки которого вы спасли! – чуть громче ответила девушка, и тут же испуганно замерла, став оглядываться по сторонам. Поймав несколько любопытных взглядов, она забеспокоилась ещё сильнее, но зря. Если только среди соседей не было кого-то с улучшенными органами чувств, услышать нас не могли. А даже если бы это им удалось, за такие разговоры в казематы тащить бы не стали, что бы там не думала Катя.

– Так ведь там не семеро, а трое погибло, – поправил девушку гном.

– Ну всё равно не щадит. Послал их на смерть.

Я неопределенно пожал плечами, не зная, что на это ответить. О тех событиях было известно две версии. Первая, адептом которой была Катя, говорила о том, что огр приказал отряду проверить дворец, наплевав на предупреждение об опасности. Другая утверждала, что обыск дворца был инициативой Багрова, в то время как Добрынин ему ничего не приказывал. Понятное дело именно на ней настаивал сам огр. Но вот в чём крылась проблема. Добрынин инструктировал Багрова наедине, без свидетелей. В то время как выжившие разведчики упорно настаивали на том, что сунулись внутрь именно из-за указания большого начальства. И даже угрозы не смогли заставить их говорить иначе. Как итог, большинство обитателей базы сходилось во мнении, что виноват в трагедии был именно Добрынин. И на это накладывались все прошлые претензии. Фактический захват власти огром, его беспардонная, резкая манера речи, угрожающий внешний вид, избиение того орка в первый день. Популярностью наш лидер не пользовался.

– Не знаю, как вы можете с ним говорить. Он ведь такой страшный, – тихо произнесла Катя.

– Ой, да ладно, – отмахнулся Дмитрий. – Он конечно та еще заноза в заднице, но не совсем уж монстр. Жить можно, хотя держаться лучше по дальше. Так нервы целее.

– Выбора то у нас всё равно нет, – добавил уже от себя.

– Да, выбора нет, – печально согласилась девушка.

Помолчали. Я к этому моменту уже прикончил суп и добивал остатки картошки. Дима неторопливо тянул чай. Каждый погрузился в невеселые мысли. И вот лично мои крутились вокруг этой самой фразы «выбор нет». Его ведь у нас на самом деле не имелось. Он был отнят нашими похитителями, и с новой властью всё оказалось безальтернативно. Это создавало некое чувство безысходности. Словно ничего нельзя изменить. Может быть так и было на самом деле.