Вячеслав Гот – Попаданец. Июнь 1941: который мы изменим (страница 5)

Некоторые остановились. Оглянулись.

– Сержант Корж! – узнал его Морозов. – Что делать?

– Строиться здесь! – Алексей указал на запасной окоп, где был его взвод. – Раненых – в тыл! Оружие – подбирать!

Он спрыгнул обратно к своим.

– Сидоров, огонь по самолётам! Не давай им снижаться!

Пулемёт застрочил. Сухой, частый стук ДП-28. Один из «мессеров», заходящий на очередную атаку, дрогнул и ушёл вверх, оставляя за собой тонкую струйку дыма.

– Есть! – крикнул кто-то из солдат.

Это маленькая победа подняла боевой дух. Люди поняли: враг не бессмертен. Его можно бить.

Алексей быстро пересчитал своих. Из тридцати человек двое были контужены, один ранен в ногу. Остальные готовы.

Но вокруг них собирались одиночки из других взводов. Потерянные, испуганные, без командиров.

– Товарищ сержант… – подошёл молодой лейтенант, без пилотки, весь в копоти. – Я из третьей роты. Командира нет. Что делаем?

Алексей посмотрел на него. Лейтенант был старше по званию. Но он был сломлен. Он ждал приказа, чтобы не брать ответственность.

– Товарищ лейтенант, – твёрдо сказал Алексей. – Вы ранены?

– Нет…

– Тогда берите пять человек и организуйте сбор оружия у погибших. Патроны, гранаты. Всё несём сюда.

– Но я старший… – слабо возразил лейтенант.

– Сейчас старший тот, кто знает, что делать, – отрезал Алексей. – Или вы хотите ждать немцев с голыми руками?

Лейтенант молча кивнул и отошёл.

Алексей понимал: формально он нарушил устав ещё раз. Самовольное принятие командования. Но сейчас устав не работал. Работала только сила воли.

Он посмотрел на восток. Солнце ещё не взошло, но небо пылало заревом пожаров.

– Слушать боевой приказ! – скомандовал он. Голос был спокойным, металлическим. – Мы не держим эту позицию. Здесь нас накроют артиллерией через десять минут.

– Как не держим? – удивился Морозов. – Отступать?

– Нет. Перемещаться. Вон туда, – Алексей указал на лесополосу в километре от лагеря. – Там овраг. Там есть вода и укрытие. Там мы встретим их пехоту.

– А если немцы пойдут сюда?

– Пусть идут. Здесь им достанется только земля. А мы будем живы, чтобы дать им свинца.

Он посмотрел на лица солдат. Страх ещё был там, но теперь рядом со страхом стояла надежда. У них был план. У них был командир, который не паниковал.

– Подобрать раненых. Тяжёлых – на плащ-палатки. лёгких – под руку. Оружие проверить.

Алексей поднялся на край окопа в последний раз. Он посмотрел на горящий штаб. Там, под обломками, лежал Волков. Человек, который пытался следовать правилам в игре, где правил не существовало.

– Прости, – тихо сказал Алексей. – Я предупреждал.

Он спрыгнул вниз.

– Взвод! За мной! Бегом, не в полный рост!

Группа из сорока человек – его взвод плюс прибывшие – покинула позицию. Через пять минут после их ухода место, где они стояли, накрыло артиллерийским залпом. Земля вздыбилась, старые окопы были сравнены с землёй.

Алексей не обернулся. Он бежал впереди, ведя людей к лесу.

Впереди была неизвестность. Немецкие танки, паника отступающих частей, голод и кровь. Но сейчас, в этот момент, они были живы.

Война началась. И первый раунд остался за ним.

– Быстрее! – крикнул он. – Рассвет нас не ждёт!

Глава 5. Первая кровь

Лес встретил их сырой темнотой и запахом хвои, который перебивал даже запах гари. Алексей остановил группу у края оврага. Люди тяжело дышали, некоторые опирались на винтовки, чтобы не упасть.

– Привал две минуты, – скомандовал Алексей. – Проверить оружие. Патроны в патронники.

Он сам присел на корточки, вытирая грязь с лица. Руки дрожали. Не от страха. От адреналина. Тело Дмитрия Коржа ещё не привыкло к тем нагрузкам, которые накладывала душа Алексея Гребнева.

– Товарищ сержант, – подошёл Морозов. – Слух есть. Впереди. Стрельба.

Алексей прислушался. Сквозь шум ветра доносились короткие очереди. Не наши. Наши стреляли длинными очередями, в полную силушку. Эти – короткими, точными. Автоматы. Шмайсеры.

– Немцы, – констатировал он. – Где-то рядом.

– Может, обойдём? – предложил кто-то из молодых.

– Не получится, – Алексей поднялся. – Если они здесь, значит, идут к дороге. А там наша артиллерия. Если они захватят батареи, нас накроют своим же огнём.

Он махнул рукой.

– Вперёд. Бесшумно.

Они двинулись вдоль склона оврага. Через пятьсот метров лес расступился, открывая вид на поляну. Там стояли четыре артиллерийских орудия, замаскированные ветками. Рядом метались артиллеристы в синих комбинезонах.

Но не это привлекло внимание Алексея.

На опушке, с другой стороны поляны, двигались серые фигуры. Группа человек в двадцать. Они шли цепью, профессионально прикрывая друг друга. Два пулемётчика уже занимали позицию за поваленным деревом.

– Диверсанты, – прошептал Алексей. – Хотят взять пушки живыми.

Артиллеристы были в панике. Они пытались развернуть орудия, но не имели пехотного прикрытия. Несколько тел уже лежали возле колёс батарей.

– План такой, – быстро сказал Алексей, обращаясь к лейтенанту и Морозову. – В лоб не идём. Они нас перестреляют. Сидоров, видишь дерево слева от их пулемёта?

– Вижу, товарищ сержант.

– Займёшь позицию там. Как только я начну – бьёшь по их пулемётчикам. Приоритет – расчёты.

– А мы? – спросил лейтенант.

– Мы заходим с фланга. Справа. Через овраг. Бьём только в упор. Экономим патроны. Цель – офицер и те, кто с радиостанцией.

– Есть радиостанция?

– Видишь рюкзак у третьего номера? Это они. Если они вызовут подкрепление, нам конец.

Алексей проверил затвор винтовки. Патрон был уже в патроннике. Он посмотрел на своих людей. В их глазах был страх, но уже не тот животный ужас, что утром. Теперь был азарт охоты.

– Пошли.

Они скользнули вниз, в овраг. Грязь чавкала под сапогами, но шум перекрывала стрельба на поляне. Немцы уже начали атаку. Они поднялись и бежали к орудиям, стреляя на ходу.

Алексей выбрался на гребень справа. До немцев было метров тридцать. Они не видели угрозы с этой стороны, все их внимание было приковано к артиллеристам спереди.

– Сидоров, – тихо сказал Алексей в рацию… Нет, рации не было. Он махнул рукой условный знак.

Сидоров, занявший позицию слева, кивнул.