Вячеслав Федоров – Симбиот (страница 76)

В 14.00 флот в составе двух авианосцев, 3 линейных кораблей, 5 крейсеров и 20 эсминцев покинул гостеприимную гавань Александрии. Впереди у них был путь длинной в 1600 километров. Ровно через сутки британское соединение было обнаружено юго-западнее Крита. Хотя итальянская летающая лодка была практически сразу уничтожена «Фулмарами», наведенными по показаниям радара линкора «Вэлиант», разведчик все-таки успел передать координаты. Через полтора часа визуальный контакт был восстановлен уже немецкими самолетами, которые до самого заката не выпускали англичан из поля зрения. Перед самым заходом солнца небольшая группа итальянских горизонтальных бомбардировщиков совершила первый воздушный налет. По непонятным причинам вместо крупных кораблей атаке подверглись эскадренные миноносцы. Теория вероятности неумолимая штука, за шесть месяцев войны сбросив на неприятельские корабли тысячи бомб, рано или поздно римляне должны были попасть хоть куда-то. И они попали, правда всего одной бомбой, но зато сразу в артиллерийский погреб. У эсминца «Джюно» сильнейшим взрывом практически оторвало нос, и обреченный корабль затонул в считанные минуты. Из экипажа осталось в живых всего 70 человек.

Всю ночь английские моряки провели в обнимку с орудиями, ежеминутно ожидая атаки Regia Marina. Но итальянские линкоры так и не явились, зато за час до рассвета радар засек десяток воздушных целей. Люфтваффе готовил британцам теплый прием. Среднеземноморский флот был обнаружен с первыми лучами зари, а уже спустя двадцать минут над целью появилась первая волна бомбардировщиков. Впервые за все время войны англичанам предстояло испытать на себе воздействие столь умелого и напористого противника. Навстречу врагу устремились «Фулмары» и старички «Глостер», немедленно поднятые с борта авианосцев. Увы, они сразу же увязли в тяжелейшем бою с сопровождавшими бомбардировщики Ме-110, из которого живыми вернулась едва половина. Тем временем пикировщики спокойно и деловито преступили к своей работе. И опять, по непонятным причинам первыми объектами атаки стали крейсера ПВО «Калькутта» и «Карлайл». Немцы и итальянцы словно в упор не замечали британские авианосцы.

Первые два рассветных часа боги хранили английских моряков. Несмотря на все усилия, пикировщики добились лишь близких разрывов, заплатив за это тремя сбитыми самолетами. На третьем часу битвы везение закончилось. По иронии судьбы, первое в этот день попадание пришлось в легкий крейсер «Глостер». Как и в прошлый раз, бомба попала прямо в мостик корабля, отправим на встречу с предшественником его нового командира. Хотя повреждения были весьма серьезны, крейсер сохранил ход и управление, продолжив свой путь вместе с товарищами. Еще через двадцать минут сразу две фугасные авиабомбы весом по 250 килограмм каждая поразили «Калькутту». Корабль от носа до кормы был охвачен пламенем, вызвавшим цепь детонаций малокалиберных боеприпасов. Потеряв управление и снизив ход до 4 узлов плавучий костер начал описывать циркуляцию. Невероятными усилиями и молитвами спустя два часа экипажу удалось взять ситуацию под контроль и погасить пожары. Управляясь одними машинами и с черепашьей скоростью, он все же умудрился вернуться домой, но эскадра пошла дальше уже без него.

Экипажу «Карлайла» повезло гораздо меньше. В 12 часов 47 минут пятисоткилограммовая бронебойная авиабомба, прошив корпус корабля навылет, взорвалась под днищем. В огромную подводную пробоину в носовой части хлынул поток воды, сметавший все на своем пути. Переборки старого корабля не выдержали сурового испытания, сдавая одна за другой. Спустя всего лишь пять минут крейсер лег на правый борт, а еще через десять и вовсе затонул, унеся на дно сотни британских моряков. Поспешившие на помощь эсминцы смогли поднять на борт всего около ста человек, среди которых не было командира и старшего офицера.

В 13.20, наконец, произошло то, что просто не могло не случится. В рубке флагманского «Уорспайта» Каннингхэм молча наблюдал за тем, как избивают его флот. Он спокойно смотрел на то, как на идущий третьим линкор «Барэм» со стороны солнца заходит очередная девятка пикирующих бомбардировщиков. Сейчас от блестящего ума этого человека уже ничего не зависело. Все было в руках господа и английских зенитчиков. От прямого попадания крупнокалиберного снаряда ведущий самолет разлетелся на тысячи мелких кусочков. Идущие следом зарыскали в стороны и отвернули. Все, за исключением одного. Какой-то отчаянный немецкий летчик решил разменять свою жизнь на британский линкор. Осыпаемый градом осколков, он неумолимо продолжал свою самоубийственную атаку. Еще немного, и бомба отделилась от фюзеляжа, а мгновение спустя трассы зенитных автоматов сошлись на кабине пилота. Объятый пламенем самолет устремился вслед за своим «подарком». Бомба угодила куда-то между носовыми башнями главного калибра, прошив палубу и разорвавшись в глубине супердредноута, а таранный удар мертвого самолета пришелся прямиком в командно-дальномерный пост. В течение нескольких минут, растянувшихся в вечность, английским морякам казалось, что ветеран Ютландского сражения всего лишь тяжело ранен, но не повержен. Чуда не случилось. Чудовищной силы взрыв разорвал корабль весом в тридцать три тысячи тонн на две неравные части. В гробовой тишине британцы с ужасом наблюдали за тем, как многотонная башня главного калибра взлетает на высоту семидесяти метров и рушится прямо на оторванный нос линкора. Спустя считанные секунды искалеченные останки поверженного исполина скрылись под волнами, унеся на дно Средиземного моря 1100 человек.

— Господа, приготовиться к повороту. Мы возвращаемся назад.

Убийственно спокойный голос Каннингхэма прозвучал для всех находящихся в рубке громче иерихонских труб. На минуту британских моряков охватило оцепенение. Многие из них только сейчас осознали, что это конец. Они ничем не смогут помочь своим братьям на Мальте. Им не пробиться! Английский адмирал ощутил это гораздо раньше, едва почувствовав, с кем на этот раз схватился его флот. Уже после первых попаданий он четко понял, что вернуться домой удастся немногим. Но еще теплилась в душе надежда, что перед смертью они пустят на дно десяток трусливых итальянцев, учинив побоище в зоне высадки десанта. Корабли и храбрые моряки у Владычицы морей еще найдутся, а вот Мальта была всего одна. Увы, это были напрасные иллюзии. Никаких шансов на прорыв, а тем более победу, у них не было. Каннингхэм не боялся смерти, он боялся умереть НАПРАСНО! Сейчас оставалось только одно — любыми способами сохранить остатки флота, они еще непременно потребуются Родине в самое ближайшее время.

Против ожидания, во второй половине дня интенсивность авианалетов резко снизилась. Причиной этому послужил вовсе не поворот на обратный курс. Немцы решили обратить свое благосклонное внимание на Соединение Н, вышедшее на помощь погибающей Мальте со стороны Гибралтара. Эффективность этих ударов была не столько высока, но достаточно убедительна, чтобы заставить Сомервилла отвернуть назад. Но злоключения Среднеземноморского флота в этот день еще не завершились. Одной из последних групп самолетов все же удалось прорваться к авианесущим кораблям и нанести прицельный удар. Три фугасные авиабомбы поразили полетную палубу «Илластриеса», а часть осколков проникла внутрь ангара, воспламенив пары авиационного бензина. Спустя всего несколько минут огромный авианосец превратился в филиал крематория. Сильнейший пожар охватил корабль целиком, обозначив местоположение англичан колоссальным столбом черного дыма. Восемнадцать часов продолжалась беспримерная битва экипажа с огненной стихией, и британские моряки вышли из нее победителями. Через три дня на рейд Александрийского порта вместо красавца-авианосца, едва сошедшего со стапеля, буксиры втащили обгорелую кучу металлолома.

Слабым утешением мог послужить тот факт, что заслуженное наказание все же постигло итальянцев. Командир английской подводной лодки, третьи сутки спокойно ждавший своего часа в гуще неприятельского флота, совершил маленькое чудо. Он умудрился двумя торпедами поразить идущий полным ходом противоторпедным зигзагом вражеский линкор! Старик «Конте ди Кавур» получил свою заслуженную порцию британских «сигар». Несмотря на все предпринятые усилия, линейный корабль затонул, не дотянув до базы всего двадцать миль. Впрочем, радость английских моряков была недолгой. Лодка и ее отважный экипаж навсегда исчезли в пучине моря, унеся в могилу тайну своей гибели. Именно потеря линкора послужила одной из причин отказа итальянцев от преследования фактически разгромленной британской эскадры. Во всяком случае, так заявили римские флотоводцы, бездарно упустившие редчайший шанс полностью уничтожить ослабленного противника. Но на волне всеобщей эйфории, царящей в Италии, этот тупизм обошелся без серьезных последствий.

Обреченный гарнизон Мальты, лишенный всякой надежды на помощь извне, продолжал храбро сражаться еще в течение недели. Последние защитники острова капитулировали 23 декабря в центре Валетты, полностью исчерпав все возможности для сопротивления. Свой долг перед страной они отдали сполна. Вечером 26 декабря 1940 года в порту Тобрука приступили к выгрузке передовые части 7-ой танковой дивизии немецкого Африканского корпуса. Господин Роммель получил возможность лично поздравить британских коллег с новогодними праздниками. Весомость его слов готовы были подтвердить две танковых и легко-пехотная дивизии. Вслед за германцами на Африканскую землю потянулся бесконечный поток итальянских войск, ранее тщательно оберегаемых Муссолини для так и не состоявшегося вторжения в Грецию.