VUS HAAR – Космология древних викингов от ледникового периода до Рагнарёка (страница 25)

Тем не менее, «Старшая Эдда» — это самый древний пласт. Филологи находят в ней следы дохристианских формул, которые могли передаваться изустно сотни лет до записи. Например, знаменитая строфа из «Прорицания вёльвы»: «Солнце не знало, где его дом; луна не знала, где его сила; звезды не знали, где их место». Это явно мнемоническая формула, которая помогала запомнить, что в начале мира не было порядка. Или другая: «Тогда сели боги на троны судьбы и стали совет держать, как назвать ночь и полуночь, утро и день, и их имена дать». Здесь перечисляются части суток — астрономическая классификация. Поэт, сочинявший это, явно владел терминологией, выходящей за рамки быта.

«Младшая Эдда», которую мы обсуждали в предыдущей главе, написана позже и в более систематическом стиле. Снорри Стурлусон, автор, был образованным человеком, знал латынь и, вероятно, читал европейские бестиарии и энциклопедии. Он пытался причесать косматые волосы языческой космологии, придать ей логику. Иногда это удавалось, иногда — нет. Но для нас «Младшая Эдда» ценна как комментарий к «Старшей»: Снорри объясняет многие темные места, которые иначе бы остались непонятыми. Например, в «Старшей Эдде» упоминается «Скидбладнир» — корабль, который можно сложить как платок. Снорри объясняет, что это метафора облака, потому что облака складываются и раскладываются ветром. Без Снорри мы бы гадали, что такое Скидбладнир — звездное скопление? Лунный модуль? Нет, всего лишь облако. Так прозаическая «Младшая Эдда» служит ключом к поэтической «Старшей».

Третий источник — скальдическая поэзия. Скальды были профессиональными поэтами, обслуживавшими конунгов и ярлов. Они сочиняли драпы (хвалебные песни) и висы (короткие импровизации). Их стиль был чрезвычайно сложным, с использованием кеннингов, которые могли включать пять и более элементов. Например, «огонь вала» означало «золото», «огонь лосося залива» — «золото» тоже, но другой оттенок. Для астрономии скальдическая поэзия ценна тем, что в ней часто упоминаются астрономические явления как украшение: «солнце склонилось к скалам», «луна взошла над лесом», «звезды плясали на копьях». Из этих упоминаний мы можем выяснить, какие созвездия были видны в каком сезоне, как скальды называли планеты, какие ассоциации вызывало у них северное сияние. Но есть проблема: скальды не ставили своей целью точность. Они преувеличивали ради красоты. Если в реальности звезд было мало, скальд писал о «тысяче огней». Если луна была в серпе, он мог назвать ее «полной для того, кто влюблен». Поэтому использовать скальдические тексты для астрономических реконструкций нужно с осторожностью.

Самая знаменитая скальдическая строфа, имеющая астрономическое содержание, принадлежит Эгилю Скаллагримссону, исландцу X века. В своей драпе «Хвалы сыновьям» он пишет: «Всю ночь мы шли при свете звезд, и Полярная не покидала нас. Волк не догнал солнце, и мы догнали врага». Здесь Эгиль использует миф о волке, гонящемся за солнцем, чтобы сказать, что ночь была безлунная (солнце не светило, но волк не догнал его, то есть не наступило затмение). Такая двойная кодировка — астрономическая и мифологическая — типична для скальдов. Они считали, что их искусство требует тайны, и чем сложнее строфа, тем она ценнее.

Есть еще четвертый источник, который мы не включили в тройку, но он тоже важен: исландские саги. Это прозаические повествования об истории, героях и быте, записанные в XIII–XIV веках. Среди них «Сага о Ньяле», «Сага о Гисли», «Сага о людях из Лососьей долины» и другие. В сагах редко встречаются прямые астрономические описания, но есть косвенные указания: герои выходят в море «когда звезды были на своем месте», или «в ту ночь было полнолуние», или «солнце стояло высоко, хотя и зима». Из этих обрывочных сведений можно составить календарь викингов, хотя и неполный. Саги также дают представление о том, как астрономия вплеталась в социальную жизнь: например, альтинг (исландское парламентское собрание) собирался в определенные астрономические даты, и переносить его было запрещено законом под страхом изгнания. Значит, астрономия имела юридическую силу.

Взаимодействие трех источников сложное. Снорри, когда писал «Младшую Эдду», знал многие песни «Старшей Эдды» (или их устные версии) и использовал их как основу. Скальдическая поэзия, в свою очередь, у Снорри не в почете: он считал ее слишком вычурной, хотя сам был скальдом (он сочинил хвалебную песню норвежскому конунгу). В «Младшей Эдде» Снорри часто цитирует скальдов, чтобы показать пример кеннинга, но не доверяет их астрономии. Он предпочитает систематическое изложение. Поэтому, когда мы хотим восстановить астрономические знания викингов, мы должны смотреть на все три источника в совокупности, а не выбирать один.

Как эти три источника повлияли на мировую астрономию? Очень опосредованно. «Эдды» впервые напечатали в XVII веке, когда наука уже ушла далеко вперед. Тем не менее, скандинавские астрономы, такие как Олаус Рудбек (швед, XVI век), использовали «Эдды» для доказательства того, что древние шведы изобрели астрономию раньше греков. Это был националистический миф, но он привел к серьезным исследованиям: Рудбек разобрал многие эддические тексты и выявил в них знания о прецессии, о ретроградном движении планет, о наклоне эклиптики. Он ошибался, но его ошибки заставляли других ученых проверять данные. В XVIII веке Цельсий, как мы упоминали, использовал «Эдду» для уточнения постоянной прецессии. В XIX веке немецкий филолог Карл Симрок перевел «Эдды» на немецкий язык, и его перевод читал Фридрих Ницше, который использовал образы вечного возвращения в своей философии. Космос викингов, таким образом, повлиял на космологию Ницше, а через него — на европейскую мысль XX века.

Что касается скальдической поэзии, то она была в основном забыта за пределами Скандинавии до конца XIX века, когда появилась романтическая волна интереса ко всему нордическому. Вагнер использовал мотивы скальдов в «Кольце нибелунга», но без астрономических деталей. Только в XX веке филологи-астрономы (Кристиан Петерсен в Дании, София Бонне в Швеции) систематически проанализировали скальдические тексты на предмет астрономических терминов. Оказалось, что скальды использовали около семидесяти различных кеннингов для неба (твердь небесная, крыша мира, голова великана, шатер асов), тридцать для солнца, двадцать для луны и десять для Венеры. Это говорит о высокой степени астрономической грамотности. Простой крестьянин не мог бы придумать столько синонимов, не понимая, о чем говорит.

Сегодня все три источника доступны в интернете на древнеисландском языке с параллельными переводами. Но объем не переведен полностью. «Старшая Эдда» переведена хорошо, «Младшая» — полностью, а из скальдической поэзии переведено только около трети. Огромное количество текстов (особенно поздних, XIII–XIV веков) лежит в рукописях в Копенгагене и Рейкьявике, ожидая исследователя. Это одна из нерешенных задач скандинавской астрономии: нужно перевести и прокомментировать все скальдические поэмы, чтобы извлечь из них астрономические реалии. Проблема в том, что язык скальдов настолько сложен, что даже специалисты-филологи расходятся во мнениях, о чем идет речь в той или иной строфе. Может быть, «звезда на плече великана» — это Сириус, а может быть, просто художественный вымысел. Без контекста не разобраться. А контекст утерян.

И еще одна проблема: все три источника записаны христианами. Снорри был убит в собственной усадьбе за политические интриги, но он был христианином, и в его тексте могут быть сознательные искажения языческих истин в угоду церкви. Например, он мог смягчить кровожадность жертвоприношений или убрать самые откровенные астрономические детали, которые сочлись бы колдовскими. Что мы потеряли из-за этого? Неизвестно. Может быть, в реальности космология викингов была гораздо более сложной, чем мы думаем, включала математические модели, которые монастырские писцы вымарали. Может быть, наоборот, монахи добавили от себя чуждых скандинавам элементов. Гадать бесполезно, но помнить о возможности искажения нужно.

Три источника — это три окна в мир, который ушел. Через одно окно видно небо, усыпанное богами и великанами (Старшая Эдда). Через другое — то же небо, но уже систематизированное, с пронумерованными звездами и планетами (Младшая Эдда). Через третье — блики звезд на мечах и щитах, мелькание в поэтических строках (скальды). Ни одно окно не дает полной картины. Но вместе они создают стереоскопический эффект: мы видим Вселенную викингов объемно, с ее тенями и просветами. И в этом объеме — вся их жизнь, от коровы Аудумлы до последней битвы при Рагнарёке, когда звезды падают с неба и солнце гаснет. Мы стоим перед окнами и смотрим. Смотрим и записываем, чтобы передать тем, кто придет после. Потому что астрономия без истории — слепа, а история без астрономии нема.

Глава 18. Краткое содержание «Прорицания вёльвы» и его космологическая ось

Среди всех текстов, дошедших до нас от древней Скандинавии, нет ни одного, который был бы столь же важен для понимания космологии, как «Прорицание вёльвы». Это первая песнь «Старшей Эдды», и она служит своего рода увертюрой ко всей скандинавской мифологии. Вёльва — пророчица, шаманка, способная видеть прошлое, настоящее и будущее. Она обращается к Одину, который вызвал ее из могилы, и рассказывает ему историю мира: от сотворения до гибели и последующего возрождения. Текст написан на древнеисландском языке особым размером — форнюрдислаг, который создает ощущение торжественной, неумолимой поступи времени. Каждая строфа — это удар молота по наковальне судьбы. Каждый образ — сжатая до предела метафора, которая может разворачиваться в целую космологическую систему, если знать ключи.