реклама
Бургер менюБургер меню

Всеволод Выголов – Памятники русской архитектуры и монументального зодчества (страница 25)

18

Стена против окна, к которой направляется новое движение, оказывается в некотором смысле главной и получает строгое симметричное решение. Положению оконной стены «за спиной» соответствует равномерно-ритмичный ее характер с одинаковыми оконными проемами и простенками. Скользящему движению вдоль боковых стен противоречила бы подчеркнуто осевая симметрия их композиции, поэтому сами по себе они и представляются набором как бы случайно соединенных фрагментов (печь, двери, разные по величине простенки). Но боковые стены в паре, зеркально подобные друг другу, органично включаются в симметричную композицию гостиной.

Наряду с такими гостиными, однако гораздо реже, в раннем классицизме встречаются гостиные с симметричной композицией, но с гладкой — «глухой» — стеной против окон. Подобная гостиная есть, например, в доме Мещанинова на Новой Басманной.

Заметных различий в композиции гостиных раннего и зрелого классицизма нет: на новом этапе (конец 80-х годов XVIII в.—первое десятилетие XIX в.) варьируются те же два основных типа, которые были в раннем классицизме,— с осью симметрии, подчеркнутой проемом или камином, и с глухой стеной. Но в зрелом классицизме первый тип встречается все реже, а второй чаще.

Дом Козицкой на Тверской. Начало 1790-х годов. План среднего этажа.

В доме Губина на Петровке (начало 1790-х годов) две из трех гостиных — с таким проемом, одна — «глухая»; та же ситуация в доме Демидова в Гороховском переулке (начало 1790-х годов) и в доме Мясоедова на Большой Дмитровке (конец 1790-х годов); две из трех гостиных в парадной анфиладе дома Козицкой на Тверской (1791 г.) сделаны по схеме без проема; гостиные обоих типов можно видеть в домах Долгорукова на Малой Никитской, Куракина на Новой Басманной (1792 г.) и во многих других. Иными словами, в зрелом классицизме число гостиных с «глухой» стеной против окна не меньше, а со временем и превышает число «раскрытых» гостиных. В чем причина такой перемены в соотношении?

В парадном ряду комнат дома Козицкой на Тверской[250] есть две гостиные с гладкой стеной против окон (см. илл.). Композиция их строго симметрична, но ось симметрии не обозначается «предметно», как это было в «раскрытых» гостиных, а лишь подразумевается благодаря симметрии угловых печей и анфиладных проемов на боковых стенах. Отсутствие композиционного акцента (проема или камина) внесло новое качество в интерьер гостиной: во-первых, исчезла ее строгая осевая направленность, во-вторых, из-за отсутствия проема или зеркала она замкнулась и движение приостановилось. Вместе с тем возникли новые качества — статичность композиции и замкнутость пространства в четко очерченных границах. Эти свойства характерны для классицизма, и естественно, что тенденции к покою, статичности, четкой очерченности границ стали присущи усадебному интерьеру.

Но изменилось не только соотношение «раскрытых» и «глухих» гостиных. В «раскрытых» гостиных зрелого классицизма появились и некоторые свои особенности. В том же доме Козицкой такая гостиная есть слева от двух замкнутых. Проем на оси симметрии ее оформлен двумя колоннами. На первый взгляд эта гостиная ничем не отличается от аналогичных ей гостиных раннего классицизма. Но новшество есть, и связано оно с изменившейся пространственно-планировочной организацией дома.

В результате пространственных преобразований в интерьере дома, когда зал оказался сдвинутым из центра к одному из торцов, попасть на анфиладную ось стало возможным где-то в середине дома через одну из гостиных. В зрелом классицизме — это, как правило, гостиная с проемом. Но тем самым в гостиной изменяется направление движения. В усадебных домах раннего классицизма движение шло от анфилады перпендикулярно вглубь, в «открытых» гостиных зрелого классицизма оно зарождается в глубине и изнутри подводит нас к анфиладе.

В доме Козицкой парадная лестница выводит сначала в соседнюю с ней переднюю, прилегающую к дворовому фасаду. Из передней можно пройти в столовую, дверь в которую находится на оси движения, но раскрытая анфиладная дверь на перпендикулярной оси создает новую перспективу. Двигаясь по ней, мы «открываем» гостиную постепенно. За парадным проемом в передней пространство неожиданно сужается в небольшом промежуточном переходе, заканчивающемся проемом (с колоннами) во всю ширину прохода. Следующий шаг — и за плавными изгибами угловых печей раскрывается вся гостиная. На уровне анфиладной оси перспектива вновь раздваивается, и мы включаемся в новое движение — по анфиладе. Следует, однако, отметить, что изменение направления движения не вызвало никаких изменений ни в общей композиции гостиных, ни в ритмичном характере стены с окнами, роль которой заметно возросла при произошедшей переориентации.

К числу «раскрытых» гостиных мы относили все гостиные с симметрично-осевой композицией, однако отмеченные особенности заставляют в зрелом классицизме дополнительно выделить: 1) гостиные с проемом, через который начинается движение к анфиладной оси (в это время среди всех гостиных с проемом они встречаются чаще), и 2) гостиные, ось симметрии которых фиксирована камином. Из двух рассмотренных типов гостиных все больше отдают предпочтение помещениям с замкнутой композицией. В первую треть XIX в. преимущественно только такие гостиные и встречаются.

При рассмотрении структуры интерьера в небольшом усадебном доме первой трети XIX в. указывалось, что место гостиной в нем строго фиксировано — в середине дома. Местоположение гостиной в середине дома определяет как будто ее планировочную композицию: ведь невозможно, казалось бы, при существующей структуре интерьера сделать проем в стене гостиной напротив окон, да и существование его было бы неоправданным; устройство печей во внутренних углах — тоже следствие положения гостиной в середине дома (пересечение поперечных и продольной стен — наилучшее место для печей, обогревающих несколько помещений); две анфиладные двери необходимы для связи с соседними, смежными залом и спальней.

Конечно, композиция гостиной первой трети XIX в. определяется характером художественного развития интерьера усадеб дворцового типа. Расположение дверных проемов на одной оси объясняется тем, что анфилады давали «возможность создавать впечатление непрерывности пространства и иллюзорно увеличивать небольшую, по сути дела, площадь дома»[251]; во-вторых, принципам классицизма соответствовали тонко и точно проработанная симметрия композиции гостиной, а также ее статичность.

Симметричная с «глухой» стеной гостиная становится настолько типичной, что почти канонизировались основные детали убранства и их положение в интерьере: у стены против окон всегда устанавливали диван, в простенках между окнами помещались зеркала с подзеркальниками, и т. д.[252]

К этому времени роль гостиной в интерьере существенно возросла. «Гостиная рядом с залом. Наиболее украшенная комната...» — отмечает автор руководства по архитектуре 1839 г.[253]

В заключение хочется еще отметить ряд непременных особенностей помещений (в том числе и гостиных) многих усадебных домов первой трети XIX в. Это совершенство пропорций, своеобразная завершенность каждого помещения, поразительное чувство меры и рождающееся в них удивительное ощущение покоя[254].

При сравнении эволюции пространственной организации зала и гостиных обнаруживаются некоторые общие черты.

Как мы видели, особенностью композиции залов раннего классицизма оказывается прежде всего ее пластичный характер, который создается и частым ритмом глубоких оконных проемов, и рельефно выступающими печами (или каминами), и колоннами, и балконами, и нишами и т. д. Композиция строится так, что притягивающим центром становится главная композиционная стена, в решении которой используются объемные живописные детали, создающие богатую подвижную игру света и тени. Другими словами, в пространственной организации залов усадебных домов раннего классицизма утверждаются черты, присущие барочной архитектуре. То же явление можно видеть в гостиных раннего классицизма, в их «раскрытости», способствующей свободному перетеканию пространства.

В зрелом классицизме барочным залам и гостиным противопоставляются принципиально иные по стилю. Ясные прямолинейные границы, спокойные гладкие поверхности, замкнутость и статичность пространства характеризуют новую — классическую — концепцию архитектуры. В зрелом классицизме те и другие — барочные и классические — встречаются примерно равномерно, хотя классическая тенденция становится все более ощутимой. В поздний период залы и гостиные получают почти исключительно классическую трактовку.

Заметим также, что в залах и гостиных усадебных домов середины XVIII в., непосредственно предшествовавших усадебным домам классицизма, ни о каких барочных чертах интерьера говорить не приходится.

Описанный характер эволюции пространственной организации зала и гостиной классицизма, в том числе зарождение в раннем классицизме барочных черт, выдвигает новую проблему — соотношения, взаимодействия стилевых категорий в рассматриваемых объектах. Но для решения такой задачи необходимо проанализировать усадебную архитектуру классицизма во всех ее проявлениях.