Всеволод Выголов – Памятники русской архитектуры и монументального зодчества (страница 24)
Другим парадным помещением была гостиная. Но, прежде чем рассматривать парадные гостиные классицизма, важно установить, какие пространственно-планировочные принципы лежали в основе их прообраза. Для этого вернемся опять к усадебным домам середины XVIII в.
В приведенном выше примере — усадебном доме подмосковного села Покровское — разделить помещения парадных анфилад по назначению трудно. Все они (исключая зал) в объемно-пространственном отношении мало различаются между собой и не имеют еще того разнообразия, которое возникает в классицизме (диванные, будуары и др.). Как и в других усадебных домах середины XVIII в., это, как правило, гостиные, различающиеся по цвету, фактуре или месту, занимаемому в интерьере. Наряду с гостиными популярны кабинеты, однако в своих пространственных характеристиках они тождественны гостиным.
Это хорошо видно на плане дома в Покровском. Все комнаты, исключая зал, однотипны. У каждой план близок к квадрату; в каждой по два или три окна, по-видимому хорошо освещающих помещение. В середине стены против окон сделан дверной проем, два других (анфиладных) проема — в боковых стенах; в одном из углов — печь. Комнаты боковых, перпендикулярных анфилад принципиально не отличаются от анфиладных помещений в основной части дома.
Итак, гостиная оказывается помещением с рационально расположенными оконными и дверными проемами и печью. В пространственном решении гостиных нет разнообразия, и художественный эффект пространственных соотношений сведен к минимуму.
План дома идеально симметричен. Обе половины дома — левая и правая — зеркально подобны относительно главной поперечной оси, и каждому помещению слева соответствует точно такое же справа. При таком решении помещение на оси, в данном случае зал, должно быть симметричным. Композиция всех остальных помещений становится лишь следствием их положения по отношению к главной оси симметрии. Все они разбиваются на обязательные пары и выступают как основные элементы симметрично организованной пространственной системы.
Столь последовательно принцип симметрии осуществлен только в плане дома. В отдельном же помещении, в том числе в гостиных, пренебрежение им, необязательность его очевидны. Это проявляется не только в расположении печей (только в одном углу), но и в устройстве дополнительного проема, который может оказаться смещенным с центральной оси (так, проемы в обеих угловых комнатах несколько сдвинуты вовнутрь).
Симметричную организацию интерьера имел не только дом в Покровском[245]. Отклонения от строго симметричной схемы связаны с попытками объединить необходимую репрезентативность с комфортом. При этом общее симметрично-осевое решение с залом в середине сохранялось (дом Апраксина у Покровских ворот, старые деревянные хоромы в Кусково, и др.).
Позднее, уже в период зрелого классицизма, Н. А. Львов критически отзовется о современной ему архитектуре и о ее планировочных основах. Строки Палладио о том, что архитектор должен делать так, чтобы «комнаты должны быть расположены по обеим сторонам зала, наблюдая, чтобы на правой стороне зала построенные покои совершенно отвечали левой», вызовут у Львова скептическое замечание: «Итальянских архитекторов планы внутреннего расположения комнат гораздо удобнее для шитья по канве золотом, нежели для житья в оных. Мне кажется, что удобное расположение комнат, хотя они и несовершенно будут сестры и братья противуположенным на другой стороне, не нарушает того неуплатимого равновесия, которое ценою сквозного ветра и беспокойной жизни на вечные времена покупать должно»[246].
Однако в домах середины XVIII в., имеющих симметричный план, были возможны и иные пространственные композиции гостиных, например в усадебном доме в Люберцах под Москвой, 1762 г. Группа основных парадных помещений дома состоит из трех гостиных вдоль длинного фасада и зала, примыкающего под прямым углом к центральной гостиной. Последняя вытянута вдоль длинной оси дома и выявлена на фасаде слабым пятиосным ризалитом.
Зеркально симметричные левая и правая гостиные аналогичны гостиным дома в Покровском, но положение одной из гостиных в середине дома повлекло за собой строго симметричное ее решение. Оно создается двумя одинаковыми угловыми печами и двумя анфиладными проемами в боковых стенах. Проем на главной оси гостиной соединяет ее с залом. Благодаря этому проему выявляется композиционная ось всего интерьера дома.
Итак, в домах середины XVIII в. было по крайней мере два типа гостиных — с симметричной и с несимметричной композициями, что определялось местом, занимаемым гостиной в общем плане дома. Перейдем теперь к анализу гостиных раннего классицизма.
В доме А. Н. Голицына[247] на Лубянке, построенном в конце 1770-х годов, помимо двух проходных (передней и угловой), есть две большие гостиные, примыкающие к главному фасаду. Меньшая, в три окна, в плане близка к квадрату, большая, с четырьмя окнами, слегка вытянута вдоль дома. Обе гостиные имеют четкую симметричную композицию.
Меньшая гостиная принципиально ничем не отличается от рассмотренной выше люберецкой гостиной. В обеих в середине стены против окон устроен дверной проем, в обеих симметричны угловые печи и анфиладные проемы (существующая разница незначительна: в Люберцах гостиная прямоугольная, в доме Голицына — почти квадратная). Но если в Люберцах симметричное решение было, несомненно, обусловлено местом, занимаемым гостиной в интерьере, то в доме Голицына ситуация иная. Меньшая гостиная симметрична сама по себе, вне зависимости от отношения к главной оси дома. Иными словами, симметрия здесь не следствие общей композиции, а первооснова композиции локального участка.
Это становится особенно очевидным в следующей — большей гостиной. Ее композиция так же, как и в предыдущем примере, симметрична, только вместо проема на центральной оси устроен камин, и так же, как в малой гостиной, элементы равновесной интерьерной композиции функциональны в основе своей. Однако в большей гостиной появляется существенное новшество. На стене в глубине, слева от камина, устроен дверной проем — проход в зал. Никакой функциональной необходимости в таком же проеме справа от камина нет, но ради симметрии здесь сделан фальшивый проем — дверь.
Есть и еще одно новшество по сравнению с 1760-ми годами. Гостиная люберецкого дома находится на пересечении двух основных композиционных осей: продольной анфиладной и поперечной — оси симметрии дома. При этом проем из зала в гостиную в художественном смысле оказывается в известной степени необходимым — он помогает выявить основную композиционную ось дома. Одновременно возникает и новый эффект: благодаря проему в зал возникает новая перспектива движения, и гостиная оказывается незамкнутой. Пространство гостиной как бы перетекает в зал. Этот эффект поддерживается протяженностью зала по оси движения. Размещение оконного проема на этой оси, но уже на противоположной стене зала, делает перспективу бесконечной.
В голицынском доме также две взаимноперпендикулярные оси в построении плана, но отчетливо выявлена только продольная, анфиладная. С поперечной осью дома сливается основная продольная ось зала, но ни одна из главных структурных осей обеих гостиных с поперечной осью дома не совпадает. И все же в меньшей из них, как уже отмечалось, в середине стены, на оси центрального из трех окон, есть парадный проем. Благодаря ему, как и в гостиной люберецкого дома, раскрываются пространственные границы гостиной, и наряду с движением по анфиладной оси возникает новое движение — вглубь. Оно продолжено через другой дверной проем на той же оси. Окно на линии этого дополнительного движения так же, как и в Люберцах, создает безграничность новой перспективы.
В большей гостиной в центре стены против окон вместо проема устроен камин. Известно, что в раннем, и позднее — в зрелом, классицизме камины часто украшали зеркалами[248]. Поэтому можно предполагать, что поле над камином в большей гостиной голицынского дома было также оформлено зеркалом. Оно позволяло иллюзорно расширить гостиную за ее реальные границы. Эти тенденции широко распространились в период раннего классицизма (выше мы видели также зеркальные залы-галереи) и надолго задержались в усадебной архитектуре. «Зеркала, сверх своих собственных полезностей, увеличивают вид в покое и удвояют в нем предметы»,— замечает автор книги о вкусе в архитектуре в 1796 г.[249]
Гостиные, аналогичные гостиным голицынского дома, очень популярны в раннем классицизме (дом Б. А. Голицына на Тверской (между 1775 и 1778 г.), дом Мещанинова на Новой Басманной (1770-е годы), дом А. А. Прозоровского на Тверской (начало 1780-х годов), дом Колычевой на Никитской (1780-е годы) и др.). В каждом из них гостиные имеют либо проем в центре, либо камин на центральной оси.
Таким образом, типичная гостиная раннего классицизма была прямоугольным помещением, ориентированным поперек или вдоль дома, с симметрично-осевой композицией. С другими помещениями гостиная связывалась по анфиладному принципу, поэтому анфиладная ось являлась также важным композиционным элементом гостиной. Построение гостиной по этой оси было основным, если подразумевать соотношение с интерьером дома. Как только мы попадаем в гостиную, мы отвлекаемся от анфиладной оси, бывшее второстепенным движение становится основным.