ВолкСафо – Песня ветра. За Семью Преградами (страница 25)

Лиара цеплялась за руку Рады, концентрируясь лишь на том, чтобы не споткнуться на каждом следующем шагу и удержать вокруг них прохладную воздушную подушку. Она отсекала от себя все лишнее: бормотание спутников и их тихие оханья, если они все-таки спотыкались, перепуганный скулеж Жужи, которого беспрестанно успокаивал Редлог, почти что не замолкая, брызги кипятка, льющегося на голову. Великая Мать, да если нам тащиться по этому пеклу еще два дня без отдыха, я боюсь, что даже моей выносливости Первопришедшей не хватит! К тому же, она боялась за Раду. Пока еще та шагала рядом уверенно и спокойно, то и дело подбадривая и поддерживая Лиару, когда у той заплетались ноги, но ей-то, в отличие от Алеора, сон требовался, как и Каю с Улыбашкой. Хватит ли им сил доползти до другого края Огненной Земли? А что им остается делать? — горько отвечал на это внутренний голос, и Лиара шагала дальше, гоня прочь сомнения и размышления. Толку-то от них никакого не было, один вред.

Она смотрела только себе под ноги, чтобы не спотыкаться и не нагружать Раду лишней работой, чтобы сберечь ей хоть какие-то силы, а потому и не заметила, как Улыбашка впереди остановилась. Только ткнувшись в спину Алеору, Лиара ойкнула и вскинула глаза. Они стояли перед проломом шириной в два шага, преграждающим им дорогу, концы которого разбегались в обе стороны, теряясь в серном мареве над землей. И над черной пропастью курился дурно пахнущий пар, сквозь который было видно лишь, как дрожит воздух на другой его стороне. Дороги дальше не было.

========== Глава 7. Мост ==========

— Пришли, — мрачно буркнула Улыбашка из-под закрывающей лицо повязки, глядя на пролом в земле. — Я не белка, так далеко не сигану. Так что если у тебя есть еще идеи, Алеор, то лучше бы ты их озвучил.

— Некоторые есть, — отозвался эльф, оборачиваясь к Каю. — Ты сможешь что-нибудь сделать?

— Смогу, — кивнул тот. — Но я бы предпочел не слишком распылять свои силы перед остальными преградами. Неизвестно еще, что нас будет ждать дальше.

— Если мы сейчас начнем обходить этот пролом, то потеряем лишние силы и время, — покачал головой Алеор. — Проблемы будем решать по мере поступления, так что сейчас твой выход.

Кай кивнул, и Лиара увидела, как глаза его вспыхивают черным. Это было странно: белок полностью зарастал чернильно-черной мглой, и лишь нефритовый кружочек радужки теперь виднелся в провалах глазниц ильтонца. Он вскинул руку, и она ощутила, как дрожит пространство вокруг его каменных пальцев. Почти машинально Лиара вывернула глаза, и теперь ильтонец для нее выглядел совсем иначе. Все его тело было объято танцующими черными языками энергий, они обвивались вокруг руки и устремлялись вперед, прямо в провал. На ее глазах поперек провала образовался широкий мост из сгущенного воздуха, висящий над бездной. Лиара моргнула, возвращая себе обычное зрение. Теперь она не видела ровным счетом ничего, лишь пар в одном месте над провалом огибал невидимую преграду и сочился с двух сторон.

— Проходите там, где нет пара, — проговорил ильтонец. Глаза его, виднеющиеся из-под закрывающей лицо повязки, были спокойны, голос тоже не дрожал. Лиара уже успела в прошлом убедиться в том, насколько велики были его способности.

— Ты уверен, что это безопасно? — Улыбашка с сомнением заглянула за край пропасти. — По мне, так ничего ровным счетом не изменилось.

— Безопаснее некуда, — подтвердил Кай. — Идите.

Алеор первым, словно бы подавая пример остальным спутникам, пересек невидимый мост. Странно было видеть, как он шагает по пустоте над бездной, но Лиара уже успела привыкнуть ко многим странностям, с которыми за это время ей пришлось столкнуться. Следом за эльфом, с опаской поглядывая под ноги, направилась Рада.

Когда Лиара шагнула на невидимый мост, всего на один миг паника взметнулась в груди, но так же быстро она и погасила ее. Она ведь собственным глазами видела и сам мост, и то, как по нему перешли другие, чего же тогда бояться? И все-таки без энергетического зрения это было страшно. Лиара взглянула себе под ноги: они шагали по твердому и гладкому невидимому ничто, а прямо под ней черным дымом курилась бездна, столь глубокая, что дно ее терялось во тьме.

— Загриен Каменоступый, защити свою непутевую дочь! — болезненно забормотала гномиха, бочком, почти что по шажку, выбираясь на мост. Видимая из-под повязки часть лица гномихи стала мертвенно-бледной, а маленькие черные глаза в страхе шарили вокруг. — И чего меня только понесло-то в это жуткое место? Чтобы еще раз!..

— Под ноги не смотри, — посоветовала ей Рада, а Лиара аккуратно подошла к самому краю моста и протянула ей руку:

— Держись, Улыбашка! Ты уже почти прошла!

— Чтоб вам всем проваливаться в яму с драконьими блохами! — фальцетом пищала гномиха, едва-едва передвигая ступни и глядя только себе под ноги. — Чтоб вам всем!..

В конце концов, она ухватилась за руку Лиары, повиснув на ней всем весом, и та с трудом вытащила гномиху на другую сторону расщелины. Содрогнувшись всем телом, Улыбашка яростно набросилась на Алеора:

— Это и был твой план? Твой блестящий продуманный план?!

— А что тебе не нравится? — развел руками эльф, глядя на нее. — Мы же перешли в итоге!

— Но ты же сам ровным счетом ничего не сделал! — рычала та. — Ты сам вообще не смог бы ничего сделать, если бы с нами не было Кая!

— Ну да, — Алеор взглянул на нее, как на безумную. — Именно поэтому я и взял с собой ведуна. В чем проблема-то? Потом, у меня с этой расщелиной никаких проблем бы не возникло, я в состоянии ее перепрыгнуть. А мосты все эти строятся только для таких коротконогих, как ты, и вместо того, чтобы поблагодарить меня, ты еще и зубы скалишь!

— Однажды я убью тебя, древолюб, — с тяжелым вздохом проговорила Улыбашка. — Придет этот славный день, поверь мне!

— Можешь уже сейчас занимать очередь из тех, кто хочет это сделать, — посоветовал ей эльф. — Сразу тебя предупреждаю, очередь эта оооооочень длинная, но у тебя есть шанс пережить пару десятков желающих просто потому, что гномы живут дольше людей.

Улыбашка ничего не ответила ему, согнувшись и уперевшись руками в колени. Вид у нее был болезненным.

С медведем тоже вышла заминка: он пронзительно ревел и отказывался лезть на мост. В конце концов, Редлогу пришлось закрыть ему глаза ладонями и, пиная в толстый мохнатый зад, заставить перейти на другую сторону расщелины. Последним переправился Кай, и глаза его потухли, вернув себе прежний цвет.

— Ну вот и славно, — Алеор энергично потер руки. — А теперь вперед. Кажется, Черви нас уже заждались! А я не настолько жесток, чтобы мучить их лишний час.

Ответом ему был горестный стон Улыбашки.

Постепенно местность вокруг становилась все неприютнее. Поначалу мелкие разломы теперь превратились в гигантские раны-червоточины с обвалившимися краями. Земля была изрезана ими на неровные лоскуты, и путникам приходилось постоянно петлять, чтобы найти дорогу между проломами.

Нарывы гейзеров теперь встречались чаще, примерно через каждые двадцать-тридцать метров. Некоторые из них окружали причудливых форм горы из застывшей грязи и глины, странные наросты, сформированные самой природой. Цвет у них тоже сильно разнился в зависимости от породы, через которую поднималась вода из земных недр в своем стремлении вверх. Чересполосица цветов — от густо зеленого, почти черного, до ярко-рыжего, — превращала их в диковинные произведения искусства, скульптуры, изваянные водой и ветром. Порой издали они походили на разноцветные детские леденцы, что продавались на ярмарках, порой — на странные яркие игрушки. Одни были вытянутыми вверх статуями, другие растекались, образуя что-то вроде чаш фонтанов, в которых кипела и булькала серная вода. Иногда в толще грязи и глины наростов посверкивали самоцветы, словно неизвестный скульптор не удовлетворился игрой цвета и формы, решив добавить им еще и сияния.

С каждым пройденным метром видимость снижалась из-за плотных облаков серы и водяной мороси, стоящей в воздухе. Теперь Лиаре казалось, что она буквально вдыхает кипящую серу из гейзеров, и никакая повязка на лице не спасала ее от этого. Вдали из марева выплывали странные силуэты глиняных наростов, некоторые из которых были велики, словно холмы, а другие доставали по высоте ей едва ли до пояса. Часть из гейзеров выглядела будто искривленные человеческие фигуры, и Лиаре начало казаться, что они наблюдают за ней, тянут к ней свои руки. Впрочем, она отдавала себе отчет, что все это было не более, чем домыслами ее разыгравшегося воображения, а потому сосредотачивалась на силе Великой Матери в груди и старалась не давать волю мыслям.

Если раньше из проломов в земле бил лишь пар, да кипяток, то теперь многие из них расширились до небольших луж, в которых громко булькала, лопаясь большими пузырями, тягучая серная жидкость. Лиара содрогнулась, представив, что будет с кем-то из них, если он оступится и упадет туда. А оступиться было очень легко: проклятые обмотки на ногах мешались, идти было тяжело, все они переваливались с боку на бок, словно какие-то неуклюжие водоплавающие птицы, выбравшиеся на берег и вынужденные брести по песку. Сама она рассчитывала каждый свой шаг, тщательно следила за тем, чтобы ставить ноги ровно, и при этом все равно то и дело спотыкалась, взмахивая руками и кое-как удерживая равновесие.