Власова – Тишина говорит (страница 4)

–У меня есть доступ к делу 1986 года. Я просмотрю всё, что было связано с этим адресом. А ты… не делай глупостей. Пожалуйста.

–Глупость – это игнорировать, когда ты что-то уже знаешь.

Он молча забрал конверт и включил зажигание.

–Я позвоню, когда что-то будет.

–Спасибо, Влад.

Он не ответил. Только кивнул и уехал, оставив Алёну на тротуаре с лёгкой дрожью в пальцах. Не от холода – от того, что она чувствовала: теперь всё действительно началось.

Тем временем Катя устроила целый ворох сторис в инстаграме под хэштегом #детективывпитере. Она снимала «таинственную библиотеку», «подозрительные коробки» и даже уловила момент, как Алёна просматривала газетные вырезки.

–Ты превращаешь мою работу в сериал, -пробурчала Алёна, снова листая подшивки.

–Ты превращаешь её в саспенс. Я просто оформляю.

Катя присела рядом.

–Влад тебя отчитывал?

–Не совсем. Он просто очень обеспокоен.

–А ты?

–Я тоже. Но это ничего не меняет.

Катя улыбнулась:

–Ты же понимаешь, что всё, что сейчас происходит – это завязка. В любой книге это момент, когда читатель решает: читать дальше или нет.

–И?

–Я бы читала.

Через два дня, на закате, они стояли у заброшенного склада на Лиговском, под видом снимающих «городские руины». Катя носила с собой камеру и говорила всем, что делает проект о постиндустриальной эстетике Петербурга. На деле она прикрывала Алёну, которая, вооружённая копией схемы и фонариком, пыталась сверить бумагу с реальностью.

– Ну, если нас сейчас не арестуют, то мы хотя бы получим лайки, – тихо бурчала Катя, отгоняя голубей. – Я, конечно, поддерживаю твоё стремление к истине, но почему мы опять в полуподвале?

– Потому что стрелка на схеме ведёт к заднему входу, и потому что на плёнке был номер именно этого здания. И… – она остановилась, посветила фонариком на стену. -Вот это. Видишь?

На кирпиче, под слоем пыли, угадывалась потёртая металлическая табличка. «112-Б». Совпадает с тем, что было на снимке.

–Ладно. Допустим. А теперь ты объясни мне, что мы здесь ищем?

Алёна ничего не ответила. Она подошла к двери, приложила ладонь к ручке – та поддалась.

Внутри пахло пылью, сыростью и временем. Склад был давно заброшен, но кое-где сохранились ржавые шкафы, деревянные ящики, даже несколько старых офисных стульев. Всё покрыто толстым слоем грязи, как будто это место стояло в ожидании.

–У меня нехорошее чувство, -шепнула Катя.

Алёна прошла вперёд. Сверилась со схемой. Шаг, два, поворот. Небольшой закуток между колонн. И в стене – вентиляционная ниша. Внутри что-то блеснуло.

–Нашла, – сказала она тихо.

Катя подскочила ближе.

Это был маленький железный пенал, вроде тех, в которых раньше хранили документы. Он был закрыт резинкой. Алёна вытащила его, осторожно сняла обмотку. Внутри – плёнка, фото, и… ключ. Обычный, квартирный.

–Ключ? – удивилась Катя. – От чего?

–Не знаю. Но кто-то оставил его здесь. И, судя по плёнке, не случайно.

–Мы уходим. Сейчас же. – Катя была бледна.

Алёна уже собиралась кивнуть, когда снаружи щёлкнул фотоаппарат.

–Ты это слышала?

–Это не я, – прошептала Катя.

Они замерли.

На секунду повисла тишина.

Потом – шаги.

Далёкие, но уверенные.

Алёна инстинктивно схватила пенал, сунула его в сумку. Они выбежали через задний вход, не оглядываясь. Только когда оказались на свету, под фонарём, и зашагали вдоль проспекта, Катя позволила себе вздохнуть.

–Кто-то был там. Кто-то знал.

–Кто-то следил, – подтвердила Алёна.

Поздно вечером она снова встретилась с Владом. Он молча выслушал её рассказ, взял пенал, изучил фото. Долго сидел молча, глядя в окно.

–У нас есть имя, – сказал он наконец. – Один из людей на снимке был в розыске с 1987 года. Дело не закрыто. Я официально открываю расследование.

–Значит, теперь это уже твоё дело?

Он повернулся к ней, медленно достал из папки другой снимок. Протянул.

На нём – женское лицо, вырезанное из старой газеты. Пожилая женщина. Снизу -подпись: Анна Войцеховская. Пропала в 1992 году. Связь с делом не установлена.

–Новое дело, – тихо сказал он. – Поможешь взглянуть по-своему? Мне начинает нравиться твой метод.

Алёна взяла снимок, почувствовав, как внутри всё сжалось -от волнения, от страха и от того сладкого предчувствия, когда загадка только начинает распутываться.

Она улыбнулась.

–Всегда.

Глава 2 Сумка на скамейке

Библиотека открывалась в девять, но Алёна пришла в восемь – раньше обычного. После ночи, наполненной мыслями, образами, схемами, её ум отказывался замедлиться. Обычная жизнь – утренняя каша, кофе, плед – казалась теперь чем-то слишком мирным, почти фальшивым.

Она открыла запасной вход, выключила сигнализацию, прошла мимо ещё тёмного читального зала и поднялась в кабинет архивов. В руках у неё был тот самый ключ, найденный в пенале. Простой, потертый, без каких-либо надписей. Алёна держала его, как реликвию.

– От чего ты, а? – пробормотала она, крутя его в пальцах. – Квартира? Камера хранения? Старая дверь?

Она уже составила список потенциальных замков – от адресов рядом со зданием на Лиговском до архивов, где когда-то числился Трушин. Влад пообещал подключить дежурного по розыску – но в его голосе звучал скепсис.

Катя появилась ближе к десяти, как всегда – с телефоном в одной руке и кофе во второй.

– Угадай, кто видел твою библиотеку в сторис и написал, что хочет прийти посмотреть на «живого детектива»?

– Кто-то из твоих подписчиков?

– Девушка по имени Нора, фэшн-фотограф. Говорит, у тебя взгляд как у агента ЦРУ и свитер в стиле ретро. Я в восторге.

Алёна только покачала головой.

– Ты сделала из моего расследования сериал. Люди будут думать, что у нас тут тайные комнаты и проклятые книги.

– А у нас разве нет?

Они не успели дойти до читального зала – на лестничной площадке Алёна резко остановилась. Внизу, у входа, на скамейке стояла тёмная кожаная сумка. Незнакомая. Слишком новая, чтобы быть вещью сотрудника. Слишком одинокая, чтобы не настораживать.