Владлена Левина – Лети на свет (страница 13)
– Не нужно меня на «Вы», я ещё всего лишь в девятом классе. Точнее в десятый уже перешла. Меня Рая зовут.
– Сержант Никифоров. Ну или просто Ваня.
– Ваня, ещё раз спасибо тебе за спасение. Мне страшно представить, чтобы было, если бы ты не появился.
Я не смогла сдержать свои чувства, и заключила его в объятья, крепко прижав к себе. Он тоже обнял меня, хоть и опешил немного. Наверно, не ожидал, что человек, с которым он знаком всего пару минут, вот так просто бросится ему на шею. Но я ничего не могла с собой поделать. Эмоции переполняли меня и выплеснулись через край.
– Ты лучше скажи, что ты делала одна в таком мрачном месте.
– Я часто здесь бываю. Прихожу к маме. На могилу.
– Прости.
– Ничего, всё нормально, – я прикусила губу, пытаясь, сдержать слёзы, которые снова подкатили к глазам, но тщетно. Они покатились по щекам какими-то неудержимыми ручьями. Даже не знаю, что вызвало их на этот раз, нервы или же упоминание о маме (ведь произносить вслух всегда тяжелее, чем думать об этом), но скорее всего и то, и другое сразу.
– Не плачь, всё будет хорошо, – эта простая будничная фраза из его уст прозвучала как-то действительно успокаивающе, – Хочешь, я провожу тебя?
– Хочу, – я снова посмотрела ему в глаза.
– На самом деле мне нельзя отлучаться с поста. Но я надеюсь, что никто не заметит. Я в любом случае не могу отпустить тебя одну.
– Тогда не нужно, я не хочу, чтобы у тебя были проблемы.
– Это не обсуждается, я не успокоюсь, пока не доставлю тебя домой. Где ты живёшь?
– На Варшавской. Но домой я сегодня не пойду. Я ночую у подружки. Она тоже там недалеко от меня живёт.
– Ты хоть домашних-то предупредила, что домой не придёшь сегодня? – в его голосе послышалась укоризна. А ещё, я заметила, что он замялся на слове «домашних», видимо, сначала хотел сказать: «родителей», но понял, что это плохая идея.
– В этом нет необходимости, поверь. Им наплевать.
Вскоре подошёл автобус, мы зашли и сели на двойное место в самом конце салона. И всю дорогу я рассказывала, словно исповедь, своему новому знакомому печальную историю своей ещё совсем маленькой, но уже такой несчастной жизни. Безусловно, это было тяжело, но я знала, что за этим последует облегчение. Так всегда бывает, когда появляется возможность выговориться. Благо, он слушал и не перебивал. Он умел слушать. Я видела неподдельное участие и сочувствие в его взгляде. Ведь, наверно, каждому иногда хочется, чтобы его пожалели, не правда ли?
Когда мы приехали, Ваня проводил меня до подъезда и обнял меня на прощание.
– Будь осторожна.
– Постараюсь.
– Я запишу тебе свой номер на всякий случай. Если у тебя будут проблемы или понадобится моя помощь, звони, не стесняйся, в любое время, – он вытащил из кармана простой карандаш, точнее, какой-то обломок от него, написал номер на автобусном билете и протянул его мне. Я сразу спрятала бумажку в карман, – Ну всё, мне пора.
Он уже развернулся, собираясь уходить, но я окликнула его.
– Спасибо тебе за всё. Я никогда этого не забуду.
– Да брось, – он улыбнулся, затем ушёл.
Я смотрела ему вслед, пока он не скрылся за углом дома, потом зашла в подъезд. Хорошо, что окна у Лизы выходили на другую сторону. А то, она бы просто засыпала меня вопросами. А ведь мне и так очень многое предстояло ей рассказать. Всё-таки, два покушения на мою жизнь за один день – это уже перебор.
Поднимаясь по лестнице, я перебирала в кармане автобусный билетик. Он как будто излучал энергетику человека, который только что мне его дал. Энергетику спокойствия и надёжности.
Глава V
1
Сентябрь 1990-го, начался заключительный для нас год учёбы в школе. Впереди ждали экзамены, и, уже пора было бы браться за ум, да вот только ум никак не давал за себя взяться. Я не могла определиться, куда мне поступать, что делать дальше. Сама не знала, чего я хочу. Жизнь становилась чем дальше, тем непонятнее. И если раньше я так отчаянно хотела повзрослеть, то теперь, я всё больше боялась этого. Нужно было учиться принимать решения, брать на себя ответственность, но я была абсолютно к этому не готова. И не то чтобы у меня был ветер в голове, безответственной я точно никогда не была, просто я так привыкла идти по набитой колее, что теперь, когда впереди так много дорог, не знала, которая из них моя. Неопределённость давила, не давала мне возможности отвлечься. И посоветоваться было не с кем. Только если с Лизой, но она так была увлечена своим романом, что забыла обо всём на свете. Она вроде бы надумала поступать в институт на медицинский, но если она не начнёт учиться, а будет и дальше летать в облаках, то об этом можно будет забыть.
А я перебирала все возможные профессии, думала учиться и на тракториста, и на повара, и на водителя. Но не могла представить себя ни в одной из этих отраслей. Собиралась даже стать учительницей, но, как представила, что остаток жизни придётся провести в школе, сразу исключила этот вариант.
На самом деле, время подумать ещё было предостаточно. А принимать поспешных решений, мне точно не хотелось. Поэтому выбор училища я решила немного отложить, а там, может быть, какая-нибудь идея сама постучится ко мне в голову.
Честно говоря, мне очень хотелось любви. Я смотрела на Лизу и Костю и завидовала им. Белой завистью, конечно. И иногда я представляла, что у меня тоже есть мальчик, обязательно очень симпатичный. И чтобы он тоже брал меня за руку, обнимал и целовал. Ведь тело взрослело, а юное сердце требовало романтики.
Глядя на свою счастливую подругу, мне казалось, что я такая одинокая и никому не нужная. И вроде бы уродиной я не была, но никто не замечал меня почему-то. И я чувствовала себя из-за этого какой-то не такой. Ущербной, что ли.
2
Как-то вечером, точнее уже ближе к ночи, у нас зазвонил телефон. Я ответила. В трубке раздался голос Лизы. Встревоженный и очень расстроенный. Она плакала.
– Ты можешь прийти ко мне сейчас?
– Могу, но ведь уже пол двенадцатого. Что у тебя случилось?
– Давай не по телефону.
– Что-то с родителями?
– Нет, с ними всё в порядке. Просто приходи ко мне, – она повесила трубку, не дождавшись моего ответа.
Я в спешке накинула пальто и уже собиралась выходить, как вдруг из спальни вышел заспанный отец.
– Ну и куда ты собралась на ночь глядя?
– Тебе-то что? По делам.
– Какие дела у тебя могут быть ночью? Немедленно иди в свою комнату и ложись спать! Тебе завтра в школу.
– Нет, я иду к Лизе, у неё что-то случилось.
– Знаю я твоих Лиз, небось к мужику к какому-то намылилась! Ещё не хватало, чтобы ты в подоле принесла. Я сказал, что ты никуда не пойдёшь!
– Слушай, пап. Давай ты сейчас не будешь строить из себя заботливого отца и делать вид, что тебя интересует, что происходит в моей жизни. У тебя же есть новая семья и новая дочь. Вот и иди к ним.
– Причём тут это? Ты, между прочим, тоже моя дочь.
– Да. Только если я умру, ты не заметишь этого, пока из моей комнаты не начнёт вонять.
На этом я выскочила из квартиры и захлопнула дверь. Пока отец думал, что мне ответить, я уже бежала вниз по лестнице.
Тревога на сердце заставляла бежать всё быстрее и быстрее. Я очень переживала за подругу, хотя, интуиция подсказывала мне, что ничего серьёзного у неё не случилось, а проблема как-то связана с её молодым человеком.
Запыхавшись и тяжело дыша, я забарабанила во входную дверь, забыв про дверной звонок. Анна Романовна открыла мне дверь в халате и тапочках.
Удивительно, но эта женщина умудрялась выглядеть эффектно даже в такой незамысловатой домашней одежде. Никогда не понимала, как ей это удаётся. Была в ней какая-то природная грация и женственность. Я, конечно, всегда это замечала, но почему-то именно сегодня она показалась мне невероятно милой и красивой. Может быть, из-за взгляда. Глаза её были печальными, но и спокойными в то же время. В них как будто читалось, что всё хорошо, волноваться не из-за чего, просто небольшие неприятности, переживём, всё это ерунда.
Войдя в прихожую, я невольно бросила взгляд на зеркало. Мокрые от пота прядки волос соплями болтались на моём лице. На подбородке обосновалась россыпь подростковых угрей. Верхняя пуговица пальто, которое давно уже пора бы постирать, была застёгнута не в ту дырку. Да уж, ну и видок был у меня. Какой разительный контраст с той прекрасной женщиной, которая стояла рядом со мной!
– Что у вас стряслось? – спросила я. И тут же поняв, что забыла поздороваться, добавила, – Здравствуйте.
– Здравствуй, Рая. Не знаю, что там у неё, прибежала недавно домой, закрылась у себя в комнате и ревёт, мне ничего не рассказывает. Я так понимаю, поссорилась она с этим своим Костиком.
– А знаете, он мне с самого начала не нравился, противный какой-то.
– Да я и сама не в восторге была, когда она начала с ним общаться, но разве она меня послушает.
– Ладно, пойду к ней поговорю. Надеюсь, хоть мне она расскажет.
– Только тихонечко там, папа уже спит, да и я тоже буду ложиться, уже двенадцать часов почти.
– Конечно, мы шёпотом, – я приложила палец к губам.
Я отворила дверь, и, прикрыв её за собой, вошла в комнату. Лиза лежала на кровати, поджав под себя ноги и уткнувшись лицом в подушку. В этой позе она казалось такой маленькой и совсем беззащитной. Её тело сотрясали рыдания. Я присела к ней на кровать и легонько погладила её по голове.