Владлена Быйыксыз – Затмение Маханга (страница 8)

А Лион не торопился выпускать из обьятий жену, продолжая ее целовать, запустив руку в ее шикарные длинные волосы, которые постоянно выбивались из-под заколки. Немного отстранившись, он снова накрыл ее губы своими, более страстно.

– С ума сошел? – сказала Лили с румянцем на щеках после столь долгого поцелуя. – Мы постоянно целуемся.

–А я не могу по-другому, ты же знаешь, – и он провел пальцами по ее лицу. – Особенно когда ты так мило обижаешься.

– Мы смущаем Филиппа, – и она показала взглядом в сторону брата.

– Да и пускай. Он взрослый парень, кстати. И мне странно, что он сам еще не делает того же со своей избранницей. И мы принц и принцесса, да и мы муж и жена. Так, что имеем право. – И он снова слегка поцеловал Лили.

– Давай вернемся во дворец. Тебе нужно отдохнуть. И у меня есть еще дела.

– Хорошо. Давай вернемся. – Они встали и направились к Филиппу.

Подойдя к брату вместе с принцем, Лили заметила, какие же здесь высокие и красивые мужчины.

– Милая, почему так разглядываешь нас? Опять что-то задумала?

– Я любуюсь вами. И почему в Магнии мужчины такие красивые?

– Не все, – почти одновременно ответили они. И потом Лили посмеялась вместе с ними.

– Так, все, мы возвращаемся в замок. Пойдем, у меня дела, – сообщил Лион.

– Да, хорошо, – отозвался Филипп.

– Ты подумал, тебе что-то будет нужно ? – сухо спросил его Лион.

– Нет, я сам позабочусь обо всем, что мне понадобится, – и Филипп слегка поклонился Лиону.

– Отлично. – И Лион, взяв за руку Лили, пошел вперед, снаружи их уже ожидали карета и охрана.

В замке слуга проводил Филиппа в его покои, Лили ушла в свои, где она любила отдыхать, рисовать, а Лион отправился в зал Советов, где у него была встреча с кем-то.

Покои, подаренные Лили королевой, были отделаны в светлых тонах, там она любила рисовать. Обстановка располагала к умиротворению: шелковые обои цвета слоновой кости, легкие кисейные занавески, сквозь которые робко пробивались солнечные лучи, и мягкий ковер, устилавший пол. В углу стоял мольберт, забрызганный красками всех цветов радуги, словно холст отражал буйство ее внутреннего мира. Здесь, вдали от дворцовой суеты, она могла быть собой. Забывались церемонии, строгие правила и ожидания. Кисть в ее руке становилась продолжением души, инструментом, способным передать то, что не выразить словами. На холсте оживали пейзажи деревень, которые она успела посетить с принцем, и ее город Петерс, портреты простых людей и фантастические существа, рожденные ее воображением и не только им.

Она любила смешивать краски, наблюдая, как рождаются новые оттенки. Каждый цвет имел для нее свой смысл, свою историю. Лазурный напоминал о бескрайнем море, изумрудный – о таинственных лесах, а алый – о пылких чувствах к Лиону. Ее картины были наполнены жизнью, энергией и страстью. Несколько из них уже украшали стены замка.

Нередко она рисовала до поздней ночи, когда Лион был занят, пока лунный свет не заливал комнату серебристым сиянием. В такие моменты она чувствовала себя единой со Вселенной, частью чего-то большего. Рисование было для нее не просто хобби, а способом познания мира и себя. Это был ее личный оазис, место, где она могла найти утешение и вдохновение.

Иногда королева навещала ее в этих покоях. Она садилась на мягкий диван, наблюдая за тем, как ловко кисть скользит по холсту. В ее глазах читалось восхищение, ведь она знала, что лишь немногим дано видеть мир так ярко и чувствовать его так глубоко. Она ценила ее талант, понимая, что в этих картинах – не просто полотна с красками, а отражение самой души и иногда будущее…

Лилиана попросила приготовить ей ванну, все-таки беременность давала о себе знать, и она стала быстрее уставать, а вода очень помогала ей расслабиться, особенно после таких прогулок. Несколько капель ароматных масел и лепестков цветов – просто блаженство. Лили даже не заметила, как, закрыв глаза, погрузилась в сон.

– Милая, ты где? – Лион зашел в комнату, она даже не слышала, как он появился на пороге. Лишь его прикосновение к ее руке заставило Лили открыть глаза.

– Ой, я не слышала тебя. Мне так спокойно и хорошо в воде.

– Тебе помочь подняться из ванны?

– Нет, я еще хочу здесь побыть, – ответила она нежно.

– Тогда я тебе помогу, помассирую спину. Что скажешь? – в его глазах зажегся огонек, и он скинул с себя рубашку, оставшись полуобнаженным.

«Я не могу отвести от него взгляд, каждый раз забываю, пока он в течение дня ходит одетый в свои королевские одеяния, какой он прекрасный, и всегда любуюсь его телом, каждым его мускулом, изгибом, сильными руками, его прессом, его косыми мышцпами, уходящими под пояс штанов. Ну как этим не любоваться?» – спросила она сама себя, смотря на его тело, пока он раздевался, а она лежала в ванне в лепестках фиолетовых цветков.

– Какое мыло ты бы хотела, Лилиана? – присаживаясь на край ванны, он намочил руки.

– Любое, – мягко ответила она. Лион взял баночку с мылом, которое для нее специально делали эльфы из полевых цветов, добавляя его на ароматный релаксант (напоминает мочалку, только из другого растения), и легкими движениями начал массировать ее спину.

– Думаю, лучше будет, если я сам буду в воде, – скинув оставшуюся одежду, он уселся в ванну, в пенную воду, приобняв сзади Лили и помогая принцессе расположиться между своих ног.

– Ложись на меня, – сказал он. Лили легла к нему на грудь, расслабляясь на его твердых мышцах пресса. Лион продолжил слегка наносить пену на руки, ноги и грудь Лилиане. От каждого его прикосновения Лилиана покрывалась волнительными мурашками. Отложив мыло и релаксант на край ванны, Лион нежными касаниями массировал Лили плечи, опускаясь от шеи к упругой красивой груди. Его руки почти невесомо поглаживали маленький животик.

Его движения плавно ускорялись и замедлялись, лаская ее возбужденную точку с внутренней стороны бедра… Лион развернул рукой лицо Лили и страстно поцеловал в губы, нежно покусывая. Вместо слов ее страстные стоны ворвались в магическое пространство между ними, тело Лили наполнилось теплом и жгучим желанием, она медленно изгибалась под его ласкающими руками и страстными поцелуями. Они растворялись друг в друге, наполняя снова и снова тела любовью… Им не нужно было ничего доказывать друг другу, они просто были одним целым.

– Аэ! – Удерживая Лили руками за талию, Лион продолжал двигаться внутри нее, разжигая страть и огонь, пока они оба не разлетелись на сотни осколков в блаженном экстазе, освещая комнату своей магией, огненно-светло-голубой энергией. Лилиана упала на грудь Лиону, переводя дыхание, а ее влажные волосы раскинулись по телу, слегка прикрывая ее наготу.

– Люблю тебя, – прошептала Лили.

– Я тебя еще больше, любовь моя. Давай я помогу тебе с волосами, – предложил он.

– Хорошо, – и она протянула мужу гребень.

Лион очень осторожно начал расчесывать длинные влажные волосы Лили.

– Вот интересно, что ты скажешь через пару месяцев? – улыбнувшись, сказала она. Это было больше шуткой, чем вопросом.

– То же самое скажу, потому что люблю, – убирая пряди волос с ее лица, ответил он.

– Я тебя тоже. – И она снова легла головой на его грудь. Так они лежали в воде еще какое-то время, потом Лион отнес Лили в комнату.

Позже Лилиана и Лион надели свои вечерние наряды и спустились в зал, на ужин; некоторое время они не ужинали с родителями Лиона, предпочитая проводить время вдвоем, но сегодня в замке был Филипп, и они захотели спуститься на ужин ко всем.

В светлой королевской столовой уже все ожидали их к ужину. Хрустальные люстры, отражая пламя множества свечей, заливали комнату мягким золотистым светом. На огромном столе, покрытом белоснежной скатертью, красовались сервиз из тончайшего фарфора и сияющие серебром столовые приборы. Аромат изысканных блюд, исходивший из соседней кухни, дразнил обоняние, обещая гастрономическое наслаждение. У Лилианы уже потекли слюнки. Она успела полюбить местную магнийскую кухню.

Король, восседая во главе стола, с нетерпением поглядывал на дверь. Сегодняшний ужин был особенно важным, потому что принц и принцесса нечасто проводили с ними время. Король, будучи мудрым и проницательным правителем, понимал важность этого союза (Лиона и Лили) для стабильности королевства, так как Лион очень любил Лилиану. Поэтому они вместе с королевой испытывали только чувства нежности и доброты к Лили и ценили каждый проведенный с детьми день.

– Лилиана, дорогая, как мы рады тебя увидеть. Как ты себя чувствуешь? – спросила королева, ласково трогая Лили за руку, когда та подходила к столу, а мама Лиона встала.

– Спасибо, я в порядке. Ваш сын хорошо заботится обо мне, – и Лили подмигнула принцу.

– Ну, еще бы он этого не делал, – пошутил король. И все подхватили нотку веселья короля и посмеялись.

Король и королева сидели на своих положенных местах. Лион сел рядом с отцом, Лили напротив него. Филипп расположился рядом с Лилианой. Им накрыли в малом зале, за небольшим столом (по здешним меркам – это человек на тридцать), чтобы было уютно и комфортно общаться, так сказать, по-семейному. Ужин начался. И началось невидимое движение рук, слуги, как невидимки, что-то приносили, что-то убирали. Лили замечала только, как менялись тарелка, ее содержимое и бокал, она не успевала сьедать одно блюдо, как у нее появлялось другое.