Владислав Владимирович – Согласен на любую работу... (страница 14)

Валентина молча достала две рюмки, на что я попросил себе вместо рюмки стакан. Бокалов у Вали не водилось, но и граненый стакан с чеканной ценой советского союза меня устроил.

Налив рюмку девушке и себе в стакан на два пальца, я чокнулся с ней, слегка пригубив, принялся опять раскладывать документы из дела. Раскрыв альбом и взяв в руки карандаш, принялся зарисовывать знаки, увиденные мною.

Первым нарисовал круг со спиралью, пометив для себя его как отгоняющий знак, бабушка, рынок, вязание. Второй – треугольник с трапецией внутри, пометил как сержант ППС. Следом шел змей, кусающий себя за хвост на фоне гор и леса, от которых схематично уходили стрелки на северо-восток с пометкой девочка и жирный вопросительный знак. Еще один знак со звездой на фоне полумесяца с пометкой Тагил ппс, занял свое место.

Открыв фотографии из архивов, в хронологическом порядке стал выстраивать даты и места, где пропадали люди. С Валентиной выпили ещё пару раз, я всё также цедил налитый стакан, тогда как девушке наливал по новой. Она же, увлеченно следила за тем, что я пишу, делая емкие комментарии в отметках дат и мест.

- Минуту! – Неожиданно воскликнула она, хлопнув себя по лбу, а я выпал из дум, глядя на нее. Валентина схватила карандаш, начав рисовать змея, кусающего себя за хвост, только внутри образованного им круга шла толстая изгибающаяся как змея линия. – Я Только сейчас вспомнила! Мы когда ездили студентами по заброшенным деревням, спускались по Сосьве к Тавде, там, где не оставалось людей совсем, на одном из домов обязательно был такой знак. Обычно на торце сруба. Мы еще смеялись по этому поводу, что дом сгнил, а знак как новый.

Я смотрел на знак, думая, где я видел такие изгибы линий. Сделал небольшой глоток из стакана, рассматривая два похожих знака. Валентина встала за моей спиной, положив руки мне на плечи и начав разминать затекшие мышцы. Немного подумав, я встал, найдя в пальто пачку сигарет, вышел на улицу, в морозный вечер. Закурил, выпуская дым в небо, откуда падал мелкий снежок. Змей, горы, лес, крутилось в моей голове, повторяясь раз за разом. Змей, горы лес… змей, в чьём ведении горы и лес. Значит змей со змеёй внутри, это что, два змея? Змей папа и змея мама? Горы, лес… Река, хочется добавить логический ряд. Река? Река! Сосьва и ее изгибы?! Отбросив в сторону почти докуренную сигарету, я забежал на кухню, хватая распечатку карты прикладывая ее к знаку, нарисованному Валей.

- Ты додумался? – спросила она, глядя, как я кручу карту.

- Угу, кажется да… - развернув распечатку вверх ногами, изгибы реки совпали практически полностью с рисунком. Взяв карандаш, отметил на карте примерное начало и конец круга, положив сбоку записи с датами и населенными пунктами. Посмотрел на девушку, что сама увлеклась разгадкой.

- Можешь отметить места, где видела этот знак? – спросил, Передавая ей карандаш. Девушка прищурилась, разглядывая карту, испещрённую моими пометками. Облокотилась одним коленом на табурет, а локтями на стол, второй ногой стоя на полу. Я же встал, взяв коньяк, опять налил себе на пару пальцев в стакан и рюмку Валентине. Убрал бутылку под стол, пошел к своему месту, невольно задержав взгляд на попе хозяйки дома, что сейчас еще и выгнулась, как кошечка.

Так! Спокойно, Дима, спокойно! Не о том думаешь. Надо работать. Как можно более незаметно поправил вставший член в штанах. Уселся на табурет, пряча возможный конфуз, скрещенными ногами. Девушка отметила галочками места, и по всему выходило, что они находятся по самым краям этого круга. Интересно. Девушка махнула свою рюмку, поднялась, было заметно, что ей похорошело, села напротив меня, пристально глядя в лицо. Я поднял на нее глаза, встретившись с ней взглядом.

- Я тебе совсем не нравлюсь, как женщина, имею ввиду? – Неожиданно задала вопрос.

- Это ты к чему? – постарался съехать с темы я.

- Просто ответь, неужели так сложно?

- Нравишься. – Ничуть не кривя душой ответил, глядя в глаза. – Ты заслуживаешь большего, чем я могу тебе дать. Я закончу здесь и уеду, а с собой взять тебя не смогу. Как минимум, потому что не знаю, куда меня отправят потом. Да и возвращаться мне особо некуда. Квартиру оставил бывшей жене, хоть мы еще официально и не в разводе, и дочери, которая оказалась не дочерью мне. А тешить тебя надеждами на большое и светлое, я не хочу, и обманывать не хочу.

Девушка звонко рассмеялась, достала из-под стола бутылку, налила себе, подлила мне.

- Дима, оглянись вокруг. Что ты видишь? – она обобщающе обвела рукой. – Мне двадцать девять лет, мой каждый день, похож на предыдущий. Как думаешь, как я должна относиться к отношениям, хоть и скоротечным? Зная, что здесь выйти замуж мне светит только за бывшего зэка из соседней колонии, или за какого-то вдовца, которого я вряд ли смогу не то, что полюбить, а вообще испытывать чувства. Понимаешь, о чём я?

Я понимал, прекрасно понимал. Белые пятна в сером мареве будней. Чертовски знакомое чувство.

- И если думаешь, что ты меня обидишь этим, то зря. – Она поднялась, взяв сигарету из пачки, что я оставил на столе. Вышла из дома, оставив меня одного в задумчивости и прострации. Я смотрел на свои выкладки, еще раз перепроверил, циркуля под рукой не было, поэтому вырвал из альбома лист, оторвал от него полосу, приложил к начальной точке и конечной, оборвал по длине, после чего сложил полосу пополам, получая примерно половину, удерживая за верхнюю точку, сделал пол оборота по карте, потом с нижней проделал тоже самое, и в центре образовалась вытянутая область, попадающая частично на реку, пологий берег с лесом и высокий берег, на котором стояла моя пометка. Первая пропажа.

В дом впорхнула Валя, пахнущая дымом, чем-то до ужаса довольная, с охапкой дров, которые скинула в таз у печи, сразу затолкав пару поленьев в топку. Посмотрев на ее улыбающееся лицо, сам расплылся в улыбке.

- Я баню затопила, - объявила она. – Присоединяйся, как закончишь. – сама же, вошла в свою спальню, прикрыв занавеску, оставив довольно широкую щель, через которую было видно, как она снимает с себя белье, складывая всё в корзину. Накинув халат на голое тело, вышла в коридор, я же тем временем строчил отчёт куратору, прикладывая фотографии и пояснения, подробно рассказывая свои выкладки и умозаключения, аргументируя выясненными фактами. Валентина упорхнула, а я все печатал и печатал. В конце добавив примечания о выясненных фактах работы местного отдела, добавив, что завтра еду к первому месту исчезновения, сопровождении сотрудника на машине отдела. Лаконичное: принято, продолжайте работать – и все. Посмотрел на телефон Валентины, лежащий на подоконнике, попросил еще о небольшой услуге. На сей раз, ответа ждать пришлось долго, короткое «хорошо, удержим из зарплаты». Выдохнул, опрокинул в себя остатки коньяка из стакана, накинул тулуп, пошёл в баню.

Только войдя в предбанник, понял, что не взял полотенце. На вешалке, рядом с пальтишком Вали, нашлось искомое. Поэтому, освободившись от одежды, зашел в парилку. На нижнем полоке, лежала девушка, на спине которой в некоторых местах прилипли дубовые листья, стоял стойкий аромат хвои и мяты.

- Обмоешь меня? – попросила она не вставая, я подошел, зачерпнув воду из кадки, смывая листья и проводя ладонью по спине. Девушка засунула руку под полок, доставая бутылочку, в которой тягуче перекатывалось янтарное масло, протянула мне. – И натереть надо бы. – я улыбнувшись взял бутылочку, капнув немного себе на руки, растирая и вспоминая курсы массажа, которые закончил в надежде, что пригодятся в семейной жизни. Не пригодилось тогда, зато пригодится сейчас. Обильно полив спину, принялся растирать масло по всей поверхности кожи, перешел на округлые ягодицы, ножки, ступни, поднялся выше обратно, скользя ладонями по внутренней и внешней стороне бёдер к паху, сначала одной ноги, потом второй. От копчика по позвоночнику поднялся вверх к шее, принявшись разминать мышцы, некоторые из которых были забиты настолько, что приходилось их с силой проминать, чтобы они расслабились. Девушка стонала под моими руками, а я исходил двадцатым потом, чувствуя, как у самого начинают забиваться мышцы. Перешел ниже, на ягодицы, черт, да даже лёжа у нее попка округлая, отметил про себя, а когда перешел на бедра, особенно внутреннюю часть, она даже попку приподняла и застонала так, что я подумал, будто сейчас кончит. Добравшись до ступней, прошелся по всем точкам, ответственным за кровообращение, уделив особое внимание крохотным пальчикам. Закончив, я вытер трудовой пот, скомандовав переворачиваться, что Валентина и проделала, уже без капли смущения, легла, вытянув руки вдоль тела и прикрыв глаза. Налив масло ей на животик, умилился тому, что «райские кущи» сегодня пропали, а это говорит о многом. Начал с шеи, перешел на упругую грудь, массировать которую было одно удовольствие, добавил масла, прошелся по плоскому животику, спустившись к гладкой выбритому лобку, опустил руки в правый пах, девушка издала протяжный стон, прикусив палец. Я не останавливаясь дошел до ступней, добавил немного масла, перешел на правую ногу, только начал от стоп вверх, а когда мои руки уперлись в пах, а ладонь скользнула вагине, слегка прижав клитор, Валентина вскрикнула и затряслась, начав брызгать, тщетно пытаясь прикрыться дрожащими руками. Конвульсии прекратились через пару минут и девушка смотрела на меня со страхом и обожанием одновременно. Больше не стесняясь, я положил руку ей на лобок, пальцами придавливая клитор и начиная его ласкать, постепенно наращивая темп. Через минуту все повторилось, только теперь, не в силах проронить ни слова, она жестами стала показывать, что больше не может.