Владислав Порошин – Тафгай. Том 10 (страница 49)
Что касается зрителей на трибунах автозаводского стадиона под открытым небом, то в этот праздничный и тёплый день здесь собралось порядка 9-и тысяч человек. Но громче всех проявляла себя группа хоккейных фанатов, которые под бой барабана на мотив композиции «We Will Rock You» дружно скандировали:
Мы пришли на хоккей,
Чтоб узнать кто сильней,
Гости, чья воля тверда,
Или наша команда-звезда?
Горький «Торпедо», Горький!
Горький «Торпедо», Горький!
В общем, антураж получался что надо: почти полные трибуны, музыка, небольшой снег, сравнительно тёплая погода, всего минус три градуса Цельсия, и моя новая подруга Карина на трибунах. Немного портили общее впечатление наши сумбурные действия ледяной площадке. В моей тройке нападения заметно выпадал из общего игрового ансамбля Витя Доброхотов — то не туда отдаст, то не там откроется. Примерно так же обстояли дела и у Саши Скворцова, который играл с Мишиным и Федотовым. Благо, что гости из Москвы нас пока откровенно опасались, припоминая своё домашнее поражение, полученное почти месяц назад, 25 января.
— Нет, ребята, так дело не пойдёт! — прорычал наш старший тренер Валерий Шилов, когда первый период перевалил за свой экватор, а счёт по-прежнему оставался равным — 0:0. — Скворцов, в следующую смену выходишь в тройке с Тафгаевым. Доброхотов, ты снова возвращаешься к Федотову и Мишину.
— Я согласен, — улыбнулся Виктор.
— Я с Иван Иванычем играть не буду, — прошипел Саша Скворцов. — Если хотите, то можете снимать с игры.
— Детский сад! — рявкнул Шилов. — Мы бьёмся за призовую тройку, а тут буду — не буду, хочу — не хочу.
И в этот самый момент на ледяном поле третья тройка «Спартака», Костылев — Старшинов — Пачкалин, разыграла красивую размашистую комбинацию и уверенно вошла в нашу зону защиты. Стадион притих. А спартаковец Алексей Костылев переиграл кого-то из наших на правом фланге, и вырезал отличную передачу на дальнюю левую штангу. Виктор Коноваленко вовремя рухнул на щитки, стараясь перекрыть весь низ ворот. Однако ветеран Вячеслав Старшинов, сыграв на опыте, чётким ударом в касание буквально пропихнул шайбу в левый нижний угол.
— Гооол! — радостно закричали гости.
— Значит так, — рыкнул Валерий Шилов. — Доброхотов возвращается в тройку Федотова. А с Тафгаевым сыграет…
— Можно попробовать Виталика Краева, — сказал я. — Как-никак чемпион Европы среди юниоров 1969 года. Играл вместе с Мальцевым и Третьяком.
— Хорошо, — кивнул Шилов. — А ты, Скворцов, присядешь в глубокий запас. Детский сад какой-то, буду — не буду, хочу — не хочу.
Конечно же, Сашу Скворцова было жаль. В какой-то мере это он из-за меня загремел в запас. Однако своей вины, что Карина сейчас встречается со мной, я не чувствовал. И потом смешивать личную жизнь и спортивную карьеру, как впрочем и любую другую — это самое последнее дело. Допустим, тебе не везёт в отношениях с противоположным полом, так что из-за этого не играть или играть спустя рукава? И к чему такая позиция приведёт? Естественно к полному краху всего и вся. Так как твоя личная самореализация — это единственное, что тебя продвигает по жизненному пути.
— Край, как считаешь, пора доказать, что тебя не зря привлекали во вторую сборную СССР? — обратился я к Виталию Краеву, когда моя тройка при счёте 0:1 вышла на лёд. — Или всё ещё не пора?
— Посмотрим, — крякнул нападающий и покатился на правый фланг атаки.
«Не плохой ты игрок, Виталий, — подумалось мне. — Умный, техничный, но без спортивной злости на одном таланте можно только в Первой лиге стать звездой. Или как ещё такие люди называются? Вспомнил — первый парень на деревне».
Далее я встал на точку вбрасывания в средней зоне, ближе к нашей синей линии, а фанаты на трибунах завели свою зажигательную песню:
Эй, друг, не грусти!
Гол пропущен, не беда!
Всё равно всех победит
Только наша команда-звезда!
И тут судья из Свердловска вбросил шайбу на лёд. Раздался треск клюшек и в моих ушах зазвучала лихая музыка атаки, ибо вбрасывание у Владимира Шадрина выиграл я. Сначала шайбой завладел наш защитник Саша Куликов, и уже от него пас пошёл на правый фланг Виталию Краеву. Краев ловко увернулся от столкновения со спартаковцем Якушевым, и сам же полетел к синей линии московских гостей.
— Дай! — рявкнул я и, постучав клюшкой по льду, набрал хорошую скорость в центре площадки.
Но Виталий Краев видать решил сделать всю игру сам. Возможно, в его воображении уже виделся кинжальный проход вдоль правого борта и бросок с кистей в дальний угол с последующим торжественным криком: «гол». Но тут, словно бетонная стена, Виталия встретил жёсткий защитник «Спартака» Сергей Коротков. Трибуны охнули. А Краев, отлетев на несколько метров, потерял и свою клюшку, и свою хоккейную каску.
Впрочем, польза от такого славного, но слишком коротко прохода была. Шайба отскочила в мою сторону, а защитник Коротков, которого выделял длинный шрам под левым глазом, потерял стартовую скорость. Поэтому в следующую секунду, когда я подхватил шайбу и свободно вошёл в зону атаки, переполненный стадион закричал: «Давааай!». На меня тут же сместился второй защитник гостей Юрий Ляпкин, и я в отличие от Краева не пожадничал, а отдал точный пас на левый фланг, по которому рвался к воротам Владимир Ковин.
— Делай, Кова! — заголосили со всех сторон.
Правда, Ковина цеплял клюшкой из-за спины Виктор Шалимов, и нормально исполнить завершающий бросок ему было крайне сложно. Зато обратный пас, что напрашивался, Владимир сделал превосходно. Шайба поскользила ровнёхонько на крюк моей клюшки. Защитник Ляпкин растянулся на льду, блокируя предполагаемый бросок. А я всё же бросил. И эта шайба, чиркнув конёк Юрия Ляпкина, взвилась прямо под перекладину и в следующее мгновенье вонзилась в сетку ворот «Спартака».
— Гооол! — закричали болельщики на трибунах, а работники стадиона почти тут же счёт на табло 0:1 переправили на 1:1.
— Нормально, — рыкнул я, получая поздравления от партнёров по команде. — Неплохо сыграно, Край, — загоготал я, похлопав Виталия Краева по каске. — Но в следующий раз шайбу лучше не жмотить. Ясно?
— Посмотрим, — смущённо буркнул он.
Этот выездной матч для «Спартака» и старшего тренера Никлая Ивановича Карпова являлся предпоследним перед длинной паузой в чемпионате Высшей лиги. По задумке чиновников из Спортивного комитета весь март и большую часть апреля сборная СССР должна была готовиться к чемпионату Мира, а потом и защищать честь страны на ледяных полях Мюнхена и Дюссельдорфа. И с одной стороны у Николая Карпова на два месяца из команды забирали Криволапова, Ляпкина, Шалимова, Шадрина и Якушева, а с другой за это время наставник москвичей планировал подтянуть «функционалку», а ещё в спокойно обстановке отработать новые защитные и атакующие взаимодействия.
Теперь же на старом багаже требовалось дотерпеть этот матч, и ещё одну домашнюю игру против разобранного московского «Динамо». И сначала всё у команды Карпова складывалось хорошо — Вячеслав Старшинов открыл счёт. Но после включилась на полную мощность тройка Тафгаева. Именно Иван Тафгаев сравнял счёт хлёстким броском под перекладину. Затем элемент красивого хоккея показали его крайние нападающие Ковин и Краев. Виталий Краев промчался вдоль правого борта, обыграл юного защитника Володю Кучеренко, прокинув тому шайбу между ног, и выдал изумительный пас на пустой угол Владимиру Ковину, которому оставалось только подставить клюшку. И счёт сал 2:1 в пользу хозяев. Кстати, выиграл вбрасывание и начал голевую атаку тоже Иван Тафгаев. Вот и сейчас за минуту до перерыва тройка этого горьковского гренадёра снова зажала команду Николая Карпова в зоне защиты.
— Коротков! Коротков, твою дивизию, вытолкни Тафгая с пятака! — заголосил Николай Иванович, стуча кулаком по краю деревянного борта. — Вытолкни, я тебя умоляю!
Однако физически крепкий Сергей Коротков итак делал всё что можно, навязав Ивану Тафгаеву самую настоящую хоккейную вольную борьбу. И пока игроки «Торпедо» передавали шайбу по периметру зоны защиты, волжский гренадёр даже клюшкой не мог пошевелить. Как вдруг один из защитников горьковчан сделал самый обычный навес от синей линии на вездесущего Тафгаева. И торпедовский центрфорвард, стоя спиной к воротам Криволапова, каким-то чудом изловчился и в противоборстве с Коротковым сунул свою клюшку под эту летящую по воздуху шайбу. После чего она резко клюнула вниз, ударилось об лед, и запрыгнула в сетку ворот «Спартака».
— Гооол! — мгновенно заголосили радостные трибуны автозаводского стадиона. Затем диктор по стадиону объявил, что шайбу забросил Иван Тафгаев номер 30-ый, и счёт в матче стал 3:1 в пользу горьковского «Торпедо».
«Твою ж дивизию, — пробормотал про себя Николай Карпов. — И откуда этот Тафгаев взялся на мою голову? Так медали чемпионата наверняка уплывут. И за что мне это наказание? А ведь в следующем сезоне он будет играть за ЦСКА. Тогда золото ещё до начала первенства можно будет отдать армейской команде».
Поэтому в перерыве после первого периода Николай Иванович решил как следует встряхнуть свою ледовую дружину, и напомнить парням о славных спартаковских традициях и о том, что если они пролетят мимо призов, то никаких поездок за рубеж в следующем сезоне не будет.