Владислав Порошин – Тафгай. Том 10 (страница 34)

— Нет, — пробурчал Коноваленко. — И всё-таки, что будет, если я завтра пропущу кучу шайб? У меня ведь голы, что назабивали «Крылья», до сих пор стоят перед глазами.

— Что будет, что будет? В рамку вернётся Саша Котомкин, а тебе никто и плохого слова не скажет, — усмехнулся Иван Тафгаев. — Олимпиаду, чемпионат Мира, Высшую лигу, Суперсерию против канадских профессионалов ты уже выиграл. Ты давным-давно перевыполнил план элитного вратаря. Поэтому завтра играй в своё удовольствие.

— Значит, играть в своё удовольствие? — пробормотал Виктор Сергеевич. — Вроде неплохой план?

— План — первый сорт, дружище, — хохотнул Тафгаев и снова завалился спать, а Виктор Сергеевич ещё долго не мог успокоиться и уснуть.

Зато сегодня на льду лужниковского Дворца спорта Коноваленко чувствовал себя словно непробиваемая стена. Правда, московское «Динамо» за первые десять минут игры бросило по его воротам всего два раза. Да и те дальние выстрелы от синей линии не несли никакой серьёзной угрозы.

Однако приблизительно на 15-ой минуте матча старший тренер Шилов вновь выпустил с Мишиным и Доброхотовым центрального нападающего Тафгаева. Иван в средней зоне выиграл вбрасывание, затем получил обратный пас от Лёши Мишина и сам же потащил шайбу к воротам динамовского голкипера Владимира Полупанова. К сожалению, со своей половины поля Коноваленко толком не разглядел, как Тафгаев прорвался в чужую зону защиты и как отдал пас на правый фланг Вите Доброхотову. Но как вторая шайба влетела в сетку хозяев поля, Виктор Сергеевич увидел ясно и чётко.

— Гооол! — закричал Коноваленко, подняв вратарскую клюшку вверх.

«Всю жизнь радуюсь заброшенным шайбам в одиночестве», — улыбнулся он.

А уже начиная с этой 15-ой минуты матча московское «Динамо» большими силами пошло вперёд. Сначала Александр Мальцев пронёсся вдоль правого борта, и бросил с кистей, метя в ближний верхний угол ворот, но Виктор Сергеевич отбил эту шайбу плечом. Затем тот же Мальцев вырезал отличный пас на своего товарища по команде Анатолия Белоножкина, и Белоножкин уже щёлкал низом с левого фланга. Коноваленко вовремя выставил правый щиток и вновь отбил непростой выстрел соперника. Наконец его ворота по центру атаковал Михаил Титов. И хоть бросок у Титова получился не очень сильным, однако шайба полетела в левый верхний угол. Её Коноваленко не без труда поймал в ловушку.

В этот момент Виктору Сергеевичу почему-то вспомнилось детство и юность, когда он правой рукой маленький резиновый мячик кидал в стену и после отскока ловил левой кистью, тем самым развивая очень нужный и полезный вратарский рефлекс. Кстати, с этим резиновым мячиком он одно время практически не расставался, бросал его и в школе на перемене, и дома перед сном.

— Красавец, Сергеич, молорик, — похлопал его по каске защитник Володя Астафьев, когда судья назначил вбрасывание в зоне защиты и хоккеисты обеих команд поехали на смену.

«Правильно Иван сказал, играть надо в своё удовольствие», — улыбнулся Коноваленко, протянув шайбу судье матча.

На второй период встречи мы бодро выскочили при счёте 0:2. Игра в прямом смысле слова получалась, и теперь наш дружный коллектив давил московскую команду поочерёдно всеми тремя тройками нападения. Поэтому вера в то, что мы сегодня непременно одолеем бело-голубых, с каждой минутой неумолимо крепла. Что касается соперника, то он, отбиваясь большим числом, крайне редко устремлялся в атаку. А несколько опасных выпадов тройки Александра Мальцева мастерски погасил наш прославленный ветеран Виктор Коноваленко, который этой ночью мне спать не давал. Одолели, понимаете ли, его сомнения, что он зря возобновил вратарскую карьеру. Опомнился когда до второго места осталось рукой подать.

— Кова! Кова! Пас! — заголосил я, разогнавшись в средней зоне примерно на 27-ой минуте матча.

К этому моменту хозяева поля остались в меньшинстве, за подножку был удален Анатолий Белоножкин, и мне непременно хотелось увеличить разницу в счёте до трёх шайб. Тем более мои партнёры по тройке нападения Ковин и Скворцов чуть-чуть дулись из-за того, что я уже имел два результативных очка, а они пока ещё ни одного. И Володя Ковин, заметив мой рывок, сделал резкую передачу от левого борта. После чего я легко влетел в зону защиты московского «Динамо». И первая моя мысль была — сразу же бросить по воротам, и в случае чего полезть на пятак, дабы заковырять шайбу с мясом. Однако я вспомнил о своих верных товарищах и, контролируя шайбу, укатился в правое закругление, откуда отпасовал назад на синюю линию защитнику Саше Куликову.

— Расставились! — прорычал я, подгоняя всю свою пятёрку, и покатил на излюбленное место перед самыми воротами.

Конечно, на этом «лобном месте» моего брата нападающего обычно принято беспардонно бить. Но и я тоже был не подарок. Более того защитника хозяев Валерия Васильева превосходил на десять килограмм живого веса, а его напарника Сашу Билялетдинова и на все двадцать.

— Куда прёшь? — зашипел на ухо Васильев, пытаясь выставить мне клюшкой шлагбаум.

— Спокойно, Вася, не в трамвае, — рыкнул я, при этом мы обменялись двумя чувствительными ударами по корпусу.

Однако я всё же перекрыл своим корпусом обзор голкиперу Полупанову. Как вдруг, пока мои парни передавали шайбу по периметру зоны атаки, в борьбу третьим лишним вмешался Билялетдинов. Поговаривали, что он являлся очень жёстким игроком обороны. Может быть, это было и так, но из-за несоизмеримой разницы в весе одного моего удара плечом в плечо хватило, чтобы Зинэтула Хайдярович, временно потеряв точку опоры, растянулся на льду.

И в эту самую секунду Володя Ковин сделал пас прямо в крюк моей клюшки. После чего я с Валерием Васильевым на спине развернулся, выманил на себя голкипера Владимира Полупанова, младшего брата бывшего знаменитого нападающего ЦСКА, и скинул шайбу на пустой угол ворот Саше Скворцову. И Скворцов чётко поставил точку в нашей многоходовой комбинации.

— Даааа! — радостно закричал он, когда шайба в очередной раз затрепетала в сетке ворот хозяев поля.

— Гооол! — заорал я и все мои партнёры по команде.

— Ну ты, Иван, и закабанел на лесоповале, — проворчал защитник Васильев.

— Была бы моя воля, то ваше «Динамо» я бы самолично на недельку вывез на тот «курорт», — прорычал я. — Враз бы заиграли иначе. Перед москвичами за вас стыдно.

— Не смешно, — обиделся Валерий Васильев.

— А я и не шучу, — буркнул я.

Многократный чемпион СССР, хоккейный клуб ЦСКА, свой матч против «Крыльев Советов» провёл на этой же самой арене ещё вчера. Тот непростой поединок лидеров чемпионата, который транслировало центральное телевидение, и который собрал более обширную зрительскую аудиторию, завершился в пользу армейцев со счётом 6:4. И хоть сегодня во Дворце спорта не было телекамер, и трибуны зияли огромными пустотами, два начинающих армейских тренера, Вениамин Александров и Анатолий Фирсов, смотрели матч с большим интересом. Ибо ЦСКА должен был через два дня скрестить клюшки с горьковским «Торпедо», а плана на игру пока никакого не было.

— Ты смотри, что Тафгай творит? — хмыкнул Фирсов. — Васька же у него на плечах висел. Так он мало, что развернулся, так ещё и пас отдал.

— Сила есть, ума не надо, — хмыкнул Вениамин Александров. — Хотя Тафгай — это проблема. Тяжело с ним будет тягаться на пятаке. К нему надо в средней зоне Сашу Волчкова приставить и пусть он за ним весь матч бегает. Волчков — хороший цепкий игрок, сам не сыграет, но и другому не даст.

— А если Тафгай будет выходить в двух сочетаниях? Или вообще даже в трёх? Вон смотри, — Анатолий Фирсов кивнул на ледяное поле, где после результативной атаки Иван Тафгаев не уехал на смену, как его партнёры, а встал на точку вбрасывания, составив новую тройку нападения с Александром Кокуриным и Виталием Краевым. — Чё творит, чё творит. А ещё поговаривают, что он год не играл. Врут, наверное.

В этот самый момент судья бросил шайбу на лёд, раздался треск клюшек, и здоровенный форвард гостей, вновь переиграв динамовского игрока, выбил шайбу своему же защитнику. И буквально тут же он рванул на скамейку запасных.

— Вот и весь ребус, — усмехнулся Вениамин Александров. — Они Тафгая специально на точку ставят, чтоб он шайбу выиграл и сменился.

— А в первом периоде, почему он сразу не менялся? — возразил Фирсов.

Но тут товарищам стало не до разговора, так как хоккеисты «Торпедо» уверенно вошли в зону московского «Динамо». И выскочивший вместо Ивана Тафгаева Владимир Орлов получил пас от Кокурина, выкатился по центру ворот и с десяти метро сильно щёлкнул. Полупанов отбил шайбу блином, но она угодила в своего же защитника и отлетела не так далеко, как этого бы хотелось. Поэтому тот же самый Александр Кокурин стремительно накатил с левого края и повторным щелчком вогнал ещё одну шайбу в ворота москвичей. На трибунах раздался отборный мужской мат, а гости радостно принялись обниматься.

— Вот тебе, Вениаминыч, и цена проигранного вбрасывания, — произнёс Анатолий Фирсов.

— Просто «Динамо» сегодня «не ловит мышей», вот и всё, — буркнул Александров. — Ошибка на ошибке: бросок не заблокировали, пятачок не зачистили. Вот и результат. С нами у Горького такие номера не пройдут. Хотя Тафгай действительно в отменной форме.