Владислав Миронов – Обратное распространение (страница 6)

Клим встал в дверях и громко кашлянул. Видеть спящих на работе писателей ему приходилось не раз. В региональном офисе на работе спали часто. Но тут, в самом сердце штаб-квартиры Издательства, Клим увидеть подобную картину не ожидал.

– Ну привет, – человек на диване открыл глаза и медленно сел. – Клим?

– Да. Привет.

Клим застыл на пороге. Оказалось, что его новый напарник – не просто какой-то Стив, а сам Стивен Хард – всемирно известный писатель, автор множества бестселлеров.

Софт – реальная фамилия. Хард – псевдоним. Почему Клим не сообразил еще вчера? Стыдно для работника Издательства. Видимо, был слишком поглощен мечтами о карьере.

Хард сделал себе имя на романах-триллерах. По большей части про различные катастрофы. На страницах своих книг он с завидной изобретательностью уничтожал города, страны и даже всю планету целиком. Но в данный момент уничтоженным выглядел сам Хард.

– О! Кофе принес, супер! Давай сюда, – писатель потянулся за капучино.

Клим растерянно посмотрел на свой напиток, потом на нового напарника, кивнул, отдал стаканчик и сел в рабочее кресло.

Хард заговорил только после того, как сделал несколько больших глотков:

– Слушай, у меня дико болит голова, давай не будем сегодня до обеда особенно напрягаться, окей?

– Мистер Хард… – начал было Клим, но тот остановил его жестом.

– Эй, не-не, давай без этого. Мы тут коллеги, будем работать вместе, поэтому – просто Стив.

– Ладно… Стив, – выдавил из себя Клим.

– Так-то, – писатель попытался приветливо улыбнуться. В его состоянии (определенно, мощнейшее похмелье) это стоило определенных усилий. – Ну, и кто же ты?

– Я? Клим. Вы же сами назвали меня по имени.

– Да, имя твое я знаю. Но раз уж мы будем вместе работать… Про меня ты в Википедии можешь прочитать, там почти все правда, юристы проверяли, – Хард усмехнулся. – А вот мне бы тоже хотелось узнать что-то про тебя. Давай, расскажи свою историю.

Он развалился на диване, приготовившись слушать. Клим выпучил глаза, переваривая просьбу коллеги:

– Ладно, с чего бы начать… В Издательстве я уже пять лет, переехал только что из регионального офиса. Там полтора года занимался рекламой, до этого работал с романистами.

Клим замолчал, не зная, что еще добавить к этой краткой справке.

– Ага, а почему с писателями перестал работать? Чего в рекламу-то пошел? – спросил Хард.

– Наш офис по большей части специализировался на постмодерне. За три с половиной года я немного устал от этого жанра. Вывел в топ несколько хороших местных авторов. Думаю, достиг потолка. Надо было куда-то двигаться дальше, и я решил попробовать что-нибудь совершенно новое, расширить кругозор. Коллеги очень звали в рекламу, ну, я и согласился.

Клим врал. Называть произведения, которые он редактировал, постмодерном было сильным преувеличением. По факту региональный офис Клима издавал отборную чернуху, состоявшую из максимально натуралистичных описаний потасовок, пьяных оргий, разбоев и прочих приключений местных авторов вперемешку с их псевдоконцептуальными рассуждениями по любому поводу. Книги неплохо продавались в более благополучных местах, где читатели принимали все написанное за художественный вымысел, попросту не веря, что можно так жить.

Устал от этого жанра Клим на самом деле гораздо быстрее, чем сказал Харду. Уже через полтора года он практически перестал читать проходящие через него, неотличимые друг от друга опусы (благо «Правдоруб» позволял автоматизировать почти всю работу).

Реклама казалась единственным выходом из замкнутого круга. Пройдя курсы повышения квалификации, Клим в течение двух лет просил о переводе. Получив наконец желаемое, он еще полтора года занимался адаптацией рекламных кампаний брендов средней руки к реалиям своего региона, пока внезапно не произошло то, о чем он не смел помыслить даже в самых смелых фантазиях: по результатам анализа его работы корпоративная нейросеть рекомендовала перевести его в центральный офис. Клим сразу согласился.

Рассказывать все это Харду он не стал. Вдохновленный началом собственной выдуманной истории, продолжил в том же духе. Перемежая правду и вымысел, приукрашивая свои заслуги, Клим представил все в таком свете, будто работа его была совсем не так плоха и все переводы произошли лишь потому, что об этом его очень-очень просили коллеги.

– В общем, мы провели несколько довольно успешных кампаний, но креативностью они не отличались. Поэтому я и согласился на перевод. Тут-то уж точно рождаются самые интересные идеи, – закончил свой рассказ Клим.

– Ясненько, – сказал Хард. – Ну ладно, давай тогда покреативим, раз тебе не хватало. Есть мысли по проекту?

– Честно говоря, не особо, – признался Клим. – Много религиозных групп, недоверчивые, нищие. В моих прошлых рекламных кампаниях эту публику никто в принципе не стал бы рассматривать как целевую аудиторию. Им ничего не продать. Точнее, им ничего не продать быстро. Нужны какие-то реформы в стране. А это не то, для чего нас наняли.

– Ну, продай им деньги.

– Не понял.

Хард кинул опустевший стаканчик из-под кофе в корзину для бумаг. Промахнулся. Двинулся было с дивана, чтобы поднять его, но передумал и откинулся обратно.

– Ищи инвесторов. Кто вложит деньги в страну, – пояснил он. – Не надо проводить реформы. Пообещай их. Но так, чтобы верилось. Чтобы не Генерал про них говорил, а кто-то с достойной репутацией. Инвесторов, в общем, ищи. Омега в помощь.

– Ладно, понял… Я тогда, пожалуй, пойду, поанализирую… с Омегой.

– Чудненько. – Хард лег на диван и отвернулся к спинке. – Я пока еще подремлю.

Клим поднял с пола стаканчик и вышел из комнаты.

Испытывая смесь восторга от встречи с кумиром и стыда за то, каким дураком, вероятно, себя выставил, он вернулся в столовую – переварить новую информацию и получить кофе взамен вероломно отобранного. Только сейчас он понял, что продолжает держать в руке стаканчик, выкинутый Стивом. Отправив его наконец в урну, он выслушал ободряющую речь от кофемашины и получил новый напиток, который, по убеждению автомата, «поддержит в тонусе и поможет вернуться в рабочий ритм». То, что надо.

Теперь можно и за компьютер садиться.

Следующие несколько часов Клим провел в общении с Омегой и Самантой, выискивая сценарии привлечения инвестиций для Генерала. Шло туго. Работа, видимо, займет не один день. Учитывая срочность проекта, придется поработать допоздна и даже на выходных. Генерал ждал набросков стратегии как можно скорее.

Клим изучал очередной подготовленный Омегой отчет о составе экспорта из региона, когда в углу монитора мелькнуло уведомление о новом сообщении. «Ладно, посмотрим, кто там еще», – подумал он и открыл мессенджер.

«Привет, Клим. Я думал над твоими словами. Кажется, ты был прав про качество и все такое. Можем встретиться? Помоги мне, пожалуйста, освоиться. Очень бы пригодилась пара советов от опытного коллеги!»

Сообщение прислал Юджин – то ли стажер, то ли младший менеджер по контенту. Совсем молодой парнишка, только что после университета. Они познакомились вчера в столовой. Юджин вышел с вводной лекции, где голограмма Богуслава Джанковски, Главного редактора Издательства, вещала про великую миссию компании. Худощавый, в тщательно отглаженной одежде, которая сидела на нем словно школьная форма, он так по-дурацки восторгался услышанным на лекции, что Клим не сдержался, засмеялся и начал что-то говорить про то, что главная цель Издательства на самом деле – избегать исков об авторском праве, которые с момента изобретения «Правдоруба» неизбежно следуют за любой публикацией сгенерированного нейросетью контента. Завязался небольшой, но достаточно неприятный спор. Клим быстро спохватился и ушел. И вот теперь этому Юджину снова хочется пообщаться.

Поглощенный работой, Клим не видел смысла тратить свое время и уже практически отправил вежливый отказ, когда взгляд его упал на логин новичка.

Euterp.

Полным именем Юджина было Eugen Terp.

Логины сотрудникам выдавала нейросеть, используя комбинации букв имени и фамилии. Тут вышло довольно забавно. Слово получилось очень похожим на имя античной музы поэзии Эвтерпы (Euterpe).

Все бы ничего, но после перевода из регионального офиса Климу тоже зачем-то выдали новый логин.

Klio.

Еще одна муза, хотя и было бы правильнее с буквой C в начале.

Любопытное совпадение: два редактора – две музы. И те и другие помогают творить. Пока не придет муза – писатель не сможет начать работу. Пока не придет редактор – писатель ее не завершит.

Клим стер сообщение с отказом и написал «Привет! Да, без проблем. Давай пообедаем завтра». Отправил.

Через секунду в ответ пришло нейромоджи. Лицо анимированного персонажа передавало смесь радости, плавно переходящей в восторг, и томительное ожидание предстоящей встречи. Очевидно, именно такие эмоции в данный момент испытывал отправитель.

Пантеон

Агент сидел напротив Клима. Тот помешивал ложкой горячий суп.

В обеденное время столовая Издательства была заполнена до отказа. Повезло занять столик у окна с красивым видом на парк. Очень кстати. Предстояло завоевать доверие рекламщика и вытянуть из него как можно больше информации. Уютная расслабляющая обстановка упростит задачу.

Для начала надо снять напряженность от спора при знакомстве Клима и реального Юджина. Так поступают нормальные люди.