Владислав Лисовский – Тайны потерянного созерцателя "Иномирье". Книга 3 (страница 4)
Я прервал рассказ вопросом:
– Простите, а кем работает ваш внук?
– После окончания института он довольно долго работал в администрации небольшого города на Волге обычным сотрудником отдела земельных отношений и инвестиций. А в прошлом году его вдруг неожиданно назначили сначала заместителем начальника отдела, а спустя немного времени сразу начальником. Совершенно необъяснимый карьерный рост! Но странно, что всего через месяц работы на новой должности он был уличен в крупной взятке. Конечно, арестован и сейчас находится в сизо.
– Почему вы думаете, что это, скажем так, подстава? Простите за такой сленг.
– Мы с мужем абсолютно уверены в своем внуке. Он с детства получил правильное воспитание. И Даниил, его друг, тоже парень честный и глубоко порядочный, всего добился сам. Кирилл и Даня вместе росли и учились, всегда стояли за правду и справедливость. Оба по своим взглядам и убеждениям просто не способны на подлость или мздоимство. Понимаете, как бы вам объяснить… эти ребята скорее свое отдадут, чем позарятся на чужое. А тут информация, что Даня лежит в больнице в коме, а Кирилл арестован.
Должен сказать, что у меня, конечно, сразу возникли некоторые сомнения в честности чиновника на такой работе, тем более занимающего высокую должность. Жизнь есть жизнь, она умеет расставлять ловушки, и соблазны преследуют нас на каждом шагу. Но стремительность карьерного взлета Кирилла выглядела действительно странно. К тому же это оказалось как-то связано с Даней. Нужно будет тщательно разобраться в этом хитросплетении.
– Валентина, я понял. Постараюсь все выяснить и помочь. Тем более что моя команда уже занимается этим вопросом и собирает необходимые сведения. А с чиновниками, создавшими эту ситуацию, и их пособниками будем разбираться и обязательно доведем дело до конца. Чувствую, что там не все так просто и пахнет серьезным криминалом. Благодарю за информацию, она для нас очень важна и, думаю, во многом поможет.
– Спасибо, что выслушали и вникли в ситуацию. Очень надеемся на вашу помощь, – от волнения Валентина едва сдерживала слезы.
Эльза постаралась ее успокоить, а затем, задумчиво глядя на меня, сказала:
– Влад, а ты становишься у нас все популярнее. Люди видят, что ты всегда защищаешь добро и помогаешь восстановить справедливость, они верят тебе. Только знаешь, что меня смущает и настораживает? Не твоя известность, а то, что все события так или иначе связаны с тобой лично. Как будто чья-то неведомая рука вершит твою судьбу и правит твоими делами! – Эльза задумалась, видимо, перебирая в памяти какие-то факты. – Вот смотри сам. Я постепенно начинаю подозревать, что наша встреча на пляже не такая уж случайность. Признаюсь, когда мы увиделись впервые, у меня сложилось ощущение, что на тебя смотрела не только я, а кто-то еще через мои глаза. А глаза у меня, ты сам знаешь, какие. И я сразу решила, что нужно проверить, кто ты на самом деле. А тут тебе позвонили из Москвы. Извини, каюсь, подслушала и устроила тебе поездочку с проверкой.
Даже так! Вот это интрига! Но, откровенно говоря, я был рад нашей встрече и всему, что со мной произошло после этого. Обменявшись признаниями и любезностями, мы с Эльзой поблагодарили Соню за прекрасный обед и вернулись в администрацию иномирья, где предстояло выслушать решение.
В зале было довольно много народу, похоже, далеко не все ушли на обед. Обсуждение продолжалось вовсю, так что никто не обратил внимания на наше появление. Раздался знакомый мелодичный звук гонга, и все расселись по местам. На сцену поднялась та же троица, ритуал приветствия повторился. Следуя местной традиции, я тоже сомкнул руки в области солнечного сплетения, решив про себя потом спросить, что означает этот жест.
– Итак, – торжественно прозвучал голос главного в красной мантии, – после общего обсуждения и голосования нами принято решение исключительной важности. При этом учтены замечания многих членов совета о том, что в нестандартных ситуациях правила могут дополняться.
Я заметил, что Эльза сильно волнуется. Лавр сидел неподвижно и исподлобья смотрел на президиум в ожидании нужного ему вердикта. Председатель, выдержав паузу, продолжил:
– Отныне и навсегда созерцатель Владислав становится обладателем сразу двух титулов – миротворца и воина.
Зал взорвался аплодисментами и одобрительными возгласами.
– В соответствии с принятым решением ему передаются дополнительные артефакты и способности как физического, так и ментального характера. Прошу Владислава подняться к нам для вручения главного артефакта – перстня воина.
Торжественно грянула бравурная музыка. Я поднялся на сцену. Человек в мантии достал коробочку, точно такую, как в междумирье, и надел мне перстень на большой палец левой руки. Зал громко зааплодировал. Я поклонился и поблагодарил за доверие, отыскав взглядом среди множества незнакомых людей счастливые лица Лавра и Эльзы. Председатель продолжил.
– Что касается новых возможностей, то Владислав останется в нашем мире еще на два дня для проведения необходимых ритуалов. На этом совет завершен. Всем добра и спасения души!
Все участники совета захотели пожать мне руку, Эльза и Лавр подошли последними. Лавр с сияющей улыбкой заявил, что заказал столик в самом респектабельном ресторане, где нас уже ждут друзья. Друзья? Интересно, чьи, ведь у меня их здесь практически нет. Лавр, любитель неожиданностей и интригующего продолжения, как всегда, в своем репертуаре.
Действительно, ресторан высшей категории внешне очень напоминал «Метрополь» второй половины прошлого века, только в уменьшенном варианте. Мы подошли к столу, сервированному персон этак на десять. «Ничего себе вечеринка! – хмыкнул я про себя. – Откуда столько гостей?»
Мы расселись вокруг практически пустого стола, и официанты вереницей, как в лучших домах Парижа, стали приносить блюда. Через пять минут стол был заставлен тарелками с холодными закусками и салатами, фруктами и, конечно, бутылками с изысканными напитками. Я заметил, что на нем появились также три знакомых графина с вишневой наливкой. И не успел подумать о Натали, как в дверях ресторана, сияя лучезарными улыбками, во всей своей обольстительной красе предстали мои любимые ведьмы. Поздравления, нежные объятия и горячие поцелуи длились бесконечно, пока Лавр не прервал церемонию вежливым, но строгим покашливанием.
Я от всей души выразил Лавру свою признательность и безмерную благодарность за широкий жест, благодаря которому вся моя команда оказалась в иномирье. Мои прекрасные Натали, Инга, Злата, Серафима! Однако сюрпризы на этом не закончились. Не успели дамы занять свои места, как в зал вошли те, кого я точно не ожидал здесь увидеть: Ольга, одетая в строгий костюм элегантного кроя, и Игорь в рясе священника. Приблизившись, они со слезами на глазах кинулись обнимать меня сразу вдвоем.
– Какая неожиданная и приятная встреча! – воскликнул я. – Друзья мои, очень, очень рад вас увидеть! Значит, вас оставили в этом мире?
– Да, Владислав, и все благодаря вам! – Ольга крепко сжала мою руку. – Вы нас спасли, и нашей любви и благодарности нет предела! Меня приняли на работу в школу учительницей, а Игорь, как видите, стал дьяконом в местном православном приходе и помогает настоятелю. Теперь у нас есть возможность прожить, пусть и такую, но жизнь. И это счастье подарили нам вы.
Официанты наполнили бокалы для первого тоста, и вдруг сквозь общий радостный шум прозвучал знакомый голос, полный оптимизма и одновременно сарказма:
– А как же я, почему без меня?!
Николай Васильевич Гоголь собственной персоной!
– Простите, задержали в канцелярии. Кстати, оформлял документы по решению совета. Причина уважительная.
Он подошел ко мне, обняв, поцеловал три раза по нашему обычаю и сел рядом с Эльзой. Прозвучал первый тост, мы выпили. Честно говоря, я не особо в него вслушивался, только сейчас заметив, что место рядом со мной слева оставалось свободным. Видя мое удивление, Лавр спокойно сказал, что один из важных гостей задерживается. Я подумал, наверняка кто-то из Высшего совета. Может, тот судья?
Застолье продолжалось. Тосты, следовавшие один за другим, звучали удивительно лаконично и больше даже не в мой адрес. Гости предлагали поднять бокалы за простые человеческие ценности: любовь, дружбу, спасение души, вечную жизнь и тому подобное. Ближе к вечеру свободных мест в ресторане не осталось. Разночинный народ весело и душевно проводил время. На сцене появилась певица, лицо которой показалось мне до боли знакомым, и негромко запела романс, не мешая нашим эмоциональным воспоминаниям и задушевным разговорам. Казалось, она пела больше для себя, глубоко переживая и вкладывая в исполнение какую-то свою личную историю и чувства. Это мало походило на обычную концертную программу. Место рядом со мной по-прежнему пустовало.
Спустя время кто-то подошел сзади и ладонями плотно закрыл мне глаза. Девушки в нашей компании как по команде сделали удивленные лица, вопрошающие «Кто же это?» И только мне не надо было гадать. По теплу рук и идущей от незнакомки невероятной энергетике я сразу понял: это она! Моя Катюша! Бережно взял теплые ладони в свои руки и поцеловал.
– Вот это сюрприз! – я встал, обнял Катю и поцеловал при всех. Так, как это делают очень близкие друзья.