Владислав Горнак – Сказки славянских народов. Издание 1898 г. (страница 1)
Сказки славянских народов
Издание 1898 г.
© Владислав Олегович Горнак, перевод, 2026
ISBN 978-5-0069-5313-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
От издателя
Уважаемый читатель! Книга, которую вы держите в руках (или на экране вашего устройства), имеет необычную историю. Это электронное издание подготовлено по тексту редкого сборника народных сказок, выпущенного в 1898 году.
Более ста лет эта книга не переиздавалась – ни в печатном, ни в электронном виде. Её оригинал хранится в фондах Национальной библиотеки РФ, а оцифрованная копия доступна на сайте Национальной электронной библиотеки. Любой желающий может свериться с первоисточником и убедиться в подлинности текста, который мы предлагаем вашему вниманию.
Перед вами – перевод с дореформенной орфографии на современный русский язык. Мы бережно сохранили самобытность, сюжеты и дух тех историй, которые читали наши предки более века назад, но сделали их доступными и понятными сегодняшнему читателю.
Два брата и богатство
Жили себе два брата: Гойко и Доминко. Старший, Гойко, женился на богатой вдове, получил всё готовое и стал богатым хозяином. Младший, Доминко, ничего не получил в наследство ни от отца, ни от матери, ни от деда; ни в чём не было ему удачи, да к тому же и женился он на одной бедной сироте-девушке.
Отговаривал брата Гойко, чтобы он не женился на бедной, а поискал богатой невесты, – но напрасно: при своём остался Доминко. Не было ему дела до богатства, а хотелось иметь только хорошую жену. Зато тяжело и трудно жилось ему; много горя натерпелся он, пока сколотил себе домик да обзавёлся кое-чем необходимым в хозяйстве.
Скуп и жесток был Гойко и завидовал всякому своему соседу. Проклинали его люди, потому что знали: кто раз попадётся в его лапы, тот никогда из них не выберется. Доминко же был добрая, хорошая душа, прекрасный человек, справедливый; всякий его любил. Гойко сердился на брата за его женитьбу и ни в чём не помогал ему. Доминко не докучал брату и справлялся со своими делами, как знал и умел.
Пошел раз днём Доминко в лес за дровами. Что-то шепнуло ему идти дальше в чащу леса. Нечаянно он наткнулся на какую-то пещеру. Увидел тут много валежнику; он остановился и стал собирать его. Собирая валежник, Доминко вдруг увидел вход в пещеру и подумал: «Боже мой, что же там может быть внутри? Не звери ли? Но на снегу не видно ни одного следа. Пойду и посмотрю, что там такое».
Взял Доминко топор и пошел в пещеру. Пошел и видит: словно ход куда-то. Идет он дальше. Пройдя еще немного, видит он другой ход в другую пещеру направо. Он остановился, осмотрелся и прислушался. Только послышался ему будто недалеко стук и шорох. «Вот будет история, – думает он, – если я наткнусь на кого-нибудь. Ну, да топор-то у меня ничего, авось как-нибудь».
Пока он так думал, вдруг во мраке блеснул свет свечи. Мигом Доминко бросился туда по пещере. Порядочно он так шел и дошел до какой-то ямы. Смотрит он кругом, видит – каменные ступени. Стал он спускаться по ним словно в погреб, считал он, считал ступени – много их, – сбился со счета. Шарит он опять кругом, находит ворота. Сюда-туда – находит замок; стукнул обухом – ворота растворились, и он из темноты вышел на светлый простор. Что же он нашел там? Много, много богатства; золото и серебро все кучами, как рожь на току. Кучи червонцев и других золотых и серебряных денег. Тут опять куча драгоценных камней, там куча бисера. Ошалел человек, видя такое бесчисленное богатство. А среди пещеры стоит золотой стол, подле него серебряная лавка. На лавке сидит старик с белой бородой до колен, высокого роста, с белыми волосами, падающими на землю; лицо сморщенное, нос огромный, а губ не видно: заросли бородой и усами.
Испугался Доминко, увидевши это; от удивления и страха у него чуть глаза не выскочили. Однако он скоро оправился, подошел к старцу и проговорил:
– Бог в помочь, человек ты или призрак?
Старец поворотился на скамье и посмотрел огненным взором на Доминко, потом встал из-за стола, показал на груду денег и говорит:
– Забирай вот этого, сколько можешь унести с собою, только запомни, что я тебе скажу. Кто захочет вынести отсюда хоть одну монету, не вынесет её до тех пор, пока не скажет перед воротами особых заклинательных слов.
И старец сказал ему несколько непонятных слов и прибавил:
– Не запомнишь этого, так можешь уйти отсюда с пустыми руками или погибнуть здесь.
Сказавши это, старец исчез.
«Что тут делать? – подумал Доминко. – Хоть бы мешок какой, чтобы набрать этих сокровищ!» Он набил червонцами полную пазуху и насыпал их куда только мог. Разгорелись у него глаза при виде такого богатства. «Однако и довольно, – думает, – а то просыплю». На серебро он даже и не смотрел: зачем тому серебро, у кого есть золото. Пошел он по дороге к выходу, подошел к воротам, взялся за ручку замка, чтобы отворить – не отворяется. Сказал он те слова, что научил его старик. Едва только он произнес их, как ворота отворились сами, и он благополучно пошел домой.
Солнце уже заходило, когда он вышел из лесу, и ночь наступила, когда он пришел домой. Жена упрекнула его за то, что он так долго не приходил. Но когда Доминко высыпал все свои червонцы из-за пазухи, из голенищ сапог, карманов и сумки, она не знала что делать и остолбенела от изумления.
– Смотри, жена, – сказал Доминко, – держи язык за зубами и ничего никому не говори.
– Доминко, – говорит жена, – не придется ли за эти червонцы бояться какого-нибудь зла или беды? Боже мой, откуда же у тебя столько червонцев?
Все по порядку рассказал Доминко жене о том, как он набрел на это громадное богатство.
Жена у Доминко не могла уснуть целую ночь. Она все думала, куда тратить столько денег, и решила подать руку помощи беднякам и помогать всем, кто нуждается. Добрая у неё была душа. О том же думал и Доминко.
Наутро они стали рассуждать, что сделать с деньгами. Доминко пришла в голову мысль перемерить червонцы: будет ли их полная мера?
– Дай меру, – сказал он жене.
А она ему в ответ:
– Нету у нас меры; разве послать к брату, чтобы он дал нам меру на время.
– Ну иди, только ни под каким видом не говори невестке, зачем нам мера.
– К чему я стану говорить ей, – ответила жена и пошла к золовке.
Золовка дала ей меру, но намазала дно смолой, чтобы узнать, что они будут мерить.
Доминко перемерил червонцы; оказалось почти полная мера, и после этого отослал меру назад. Один червонец прилип ко дну, а Доминко с женой и не заметили этого. Золовка нашла червонец на дне меры и стала уговаривать мужа идти к брату и узнать, откуда и как взялись эти червонцы.
Пришел Гойко к Доминко и ласково поздоровался с ним. Спрашивает о здоровье, о том, о сём и, наконец, заводит речь о червонцах.
Добрая душа был этот Доминко, не умел он лгать и говорил прямо:
– Братец Гойко, нет у меня на свете никого родного, кроме тебя, единственного брата, так я от тебя ничего не скрою. Есть большое, бесчисленное богатство в лесной пещере, на которое я сам случайно наткнулся.
И он все рассказал брату, ничего не утаил.
– Доминко, – говорит ему Гойко, – видно это заклятая пещера, что люди так много разных чудес о ней рассказывают, и в ней уже погибло столько корыстных людей.
Показал Доминко червонцы брату и рассказал, как он их взял из пещеры и сколько их там: лопатой можно набирать, как рожь.
– Знаешь что, брат: пойдем мы вдвоем за этим богатством и понемножку перенесем его в наши дома, пока не обогатимся так, чтобы хватило и нам, и детям нашим, и внукам, и правнукам.
Согласился Гойко, пошел домой и рассказал обо всем жене. Имя ей было Круна. Она осталась недовольна этим планом и закричала на мужа, что он и один в тот же день может забрать деньги.
– Ступай, муженек! От такого огромного богатства можешь и сам один принести мешок. Неужели он знает там всякий червонец? Ведь и он без тебя, как ты говоришь, притащил почти целую меру.
Легко загнать лягушку в воду, потому что она и сама туда прыгает, так же легко было уговорить и Гойко идти в пещеру за деньгами. Взял он большие мешки, сел на лошадь и поехал в лес. О пещере он знал и что и как делать – слышал от брата. Со страхом ехал Гойко в лес, ещё с большим страхом входил он в пещеру, но деньги доводят человека до всего, – даже до виселицы.
Вошел Гойко в пещеру и нашел все так, как говорил ему брат. Но между горами денег он не нашел старика, и очень обрадовался этому. Он достал мешки, держит их и сыплет золото внутрь. Насыпал он мешки так, что деньги едва не просыпались, и еле-еле дотащил их до ворот. А ему все еще мало; он продолжает набивать ими пазуху, карманы, рукава – все, что ни попало. Слишком жаден он был и готов был бы захватить все деньги, если бы мог донести их домой.
Подходит Гойко к воротам, а они заперты. Он хвать за ручку замка, кричит: «Отворяй!», дёргает туда и сюда – нет ничего. Думает Гойко: как быть? Снова пробует, но отворить не может. Опять кричит, стучит, силится отворить дверь – и всё напрасно. Гибнет он за свою злость; смертельный пот прошиб его от страха. Вспомнил он, что Доминко говорил ему, что без денег он свободно может уйти из пещеры. Бросил он свои деньги, пробует отворить ворота, ан нет, опять не может. Один червонец остался у него в рукаве, а он не знал этого. Он остолбенел от страха и снял с себя всё до рубашки. Ворота отворились сами. Не хочется теперь Гойко выходить наружу без мешка. Думает он, что, быть может, как-нибудь хитростью удастся ему вытащить с собой мешок с червонцами. Однако ворота не подаются – заперлись. Как только он возьмётся за мешок рукой, ворота затворяются. Наконец он рассвирепел, давай силком тащить мешки через ворота, стучать в них как бешеный. Вдруг явился старик, схватил Гойко за волосы, ударил его головой о воротный столб и убил до смерти. И никто уже больше не видал Гойко.