Владислав Баринов – Triangulum (страница 8)

Шаг за шагом Эд удалялся, а голос весов всё ещё звучал. Двадцать, тридцать шагов – и вдруг… тишина.

Тим развёл руками и покачал головой:

– А вот теперь – нету.

Эд постоял, прикинул что-то в голове, затем тихо пошёл обратно к друзьям. В какой-то момент Тим щёлкнул пальцами и поднял палец вверх – это означало, что голос снова слышен.

Алиса улыбнулась:

– Вот и наши доказательства. Ты – наш «ключ» в этом странном мире говорящей техники.

– Что-то… – Эд сглотнул, – …многовато сюрпризов за один день. – И добавил, смотря на друзей: – Давайте присядем где-нибудь?

– Только не под фонарем! – быстро сказала Алиса.

Они сели на лавочку в самом дальнем углу двора, в тени старой ивы, подальше от любых столбов и электроприборов. Эд еще пару раз посмотрел на свой телефон, лежащий на коленях. Телефон молчал. Тим перелистывал свой блокнот, испещренный сегодняшними записями. Алиса сидела, подперев голову рукой, и смотрела куда-то вдаль.

Так они сидели долго, пытаясь осмыслить лавину сюрпризов, свалившуюся на них за последние дни. Но молчание длилось недолго. Тишина растаяла, мысли постепенно превращались в слова, друзья начали спорить, строить теории, пытались понять механизм – почему это происходит, как "включается", можно ли этим управлять? Говорили о тостерах, о сегодняшних фонарях, кассе, телефоне. У Тима были версии про резонанс, некие поля, специфические нейронные реакции и аномалии восприятия аудиосигналов. Эд предположил, что они "стали как антенны для фонового шума техники". Алиса шутила, что они, наверное, мутанты, но серьезно склонялась к мысли о каком-то коллективном сдвиге сознания. Но к единому мнению так и не пришли. Голова гудела от напряжения и неразрешимых вопросов. И главный вопрос был – что со всем этим ДЕЛАТЬ?

Тим отложил блокнот и устало вздохнул.

– Подведём итог, – начал он, – мы слышим технику только тогда, когда Эд с нами. Без него – тишина. Это раз.

– У Эда теперь появляются сигналы от техники посложнее простых чайников – от своего смартфона. Это что-то новое для него. Это два.

– Из этого я делаю следующий вывод: взаимосвязь двунаправленная – не только Эд влияет на нас, но и мы на него. Это три.

– Фонари слышит только Алиса. Это четыре.

– Мы слышим голоса только тех устройств, которые работают от электричества. Это пять.

– Стоп! Стоп! Стоп! Уважаемый Эраст Петрович Фандорин, – перебила его Алиса – вы явно упустили тот момент, что весы не были подключены ни к какой розетке! – сказала Алиса, явно давая понять, что поняла какому книжному герою только что подражал Тим.

– Мой дорогой друг Ватсон, – парировал Тим обращаясь к Алисе, явно сменив тон на более шутливый, – видите ли, всем известно, что напольные весы работают на батарейках.

– И что? – не поняла Алиса.

– Батарейки и аккумуляторы – это электрические источники питания, – скучным голосом начал декларировать Тим, – которые используются для обеспечения электрических цепей энергией. Учебник по физике. 8 класс. Тема "Электрический ток".

Тим посмотрел победоносно на Алису и продолжил:

– И если бы вы, мои друзья, были более внимательны, то бесспорно заметили бы, что рядом с мусорными контейнерами стояла старая микроволновка. И у неё разумеется нет никаких батареек. Вот её-то мы не слышали вовсе. Это шесть!

Тим скрестил руки на груди и замолчал.

– Раз, два, три, четыре, пять – я иду искать… немного грустно проговорил Эд. Но, что с этим делать, мы так и не придумали. Пока только можем констатировать, что факт имеет место быть. Природа неизвестна. Последствия непредсказуемы.

Наступила пауза. В воздухе чувствовалась общая задумчивость, каждый погрузился в собственные мысли. Эд посмотрел на друзей, и в их глазах читалась сосредоточенность и усталость от происходящего.

Алиса потянулась.

– Я не знаю, что вы собираетесь завтра делать, – сказала она, глядя на них, – но у меня завтра 1 сентября. Скорее всего, и у вас тоже. – Она встала. – Так что давайте пока отложим наши разбирательства с говорящими утюгами. Завтра – линейка, поздравления от директора, праздничный звонок и, говорят, – новая училка по алгебре. Нам бы не проспать.

Эд тоже поднялся. Тим кивнул. Усталость брала свое, а школьная реальность казалась вдруг надежным якорем в этом море абсурда.

Они побрели к своим подъездам, кое-где уже зажглись первые фонари. Воздух стал прохладнее и звуки дня уступали место приглушённым шорохам и редким шагам прохожих. Их родной двор готовилось к паузе до утра. Когда Алиса уже подходила к своему подъезду, она увидела, что возле двери сидит кот. Большой, чёрный и ужасно милый. Кот, не мигая, пристально смотрел на Алису своими зелеными глазами.

Алиса замедлила шаг, потом остановилась. Посмотрела в его глубокие зеленые глаза. Что-то в этом взгляде было… осмысленное. Алиса затаила дыхание, невольно ожидая чего-то.

Затем тихо проговорила: – Даже не вздумай мне что-нибудь сказать!

И, отвернувшись, зашла в подъезд. Дверь с мягким щелчком закрылась за ней. Кот ничего не сказал.

Глава 4

Утро первого сентября встретило город прохладой, обещавшей скорое наступление осени. Солнце, еще не набравшее силу, золотило верхушки деревьев и отражалось в стеклах многоэтажек. По дорожкам спешили нарядные школьники. Везде были видны взволнованные первоклашки, крепко державшие родителей за руку, и более сдержанные старшеклассники. Все в приподнятом настроении. Город, еще недавно дремавший в летней лени, теперь пробуждался от звонких голосов и торопливых шагов.

На углу своего дома стояли Тим и Эд. Тим обводил взглядом окрестности с видом полководца, изучающего поле предстоящего сражения. Эд лениво переминался с ноги на ногу.

– Опаздывает наша принцесса, – пробурчал Эд, засунув руки в карманы джинсов.

– Она всегда на пять минут опаздывает, – логично заметил Тим. – Это ее константа. Можно было просто прибавить пять минут к назначенному времени. Вероятность того, что она задержалась из-за… эмм… внешних факторов, крайне мала.

Из подъезда наконец вышла Алиса. Выглядела она совсем не как обычно – шорты и кофту заменили короткая юбка и лёгкий кардиган светлого оттенка. Волосы, обычно собранные в практичный хвостик, были распущены. В этом непривычном образе Алиса выглядела более взрослой и даже немного чужой.

– Ну, что – первый раз в последний класс?! – бросила она на ходу, широко улыбаясь и ловя на себе восхищенные взгляды прохожих.

Эд присвистнул, а Тим на секунду застыл, беспомощно хлопая глазами, будто перед ним возникла сложная логическая задача, не имеющая однозначного решения.

– Круто! – сказал Эд. – Готовься, сейчас все фотографировать тебя будут.

– Очень тебе идёт, – чуть смущённо, но искренне добавил Тим, поправляя очки, будто пытаясь лучше рассмотреть неожиданное преображение. – Серьёзно. Ты выглядишь… иначе.

Алиса покраснела и махнула рукой, но было видно, что комплименты ей приятны.

– Да ладно вам. Мама настояла. Говорит: «Выпускной класс, надо соответствовать». Ну, я и соответствую. Пойдём, а то опоздаем на все эти официальные церемонии.

Они двинулись по знакомой дороге. Путь до школы занимал не больше пятнадцати минут неспешным шагом. Они шли мимо знакомых дворов, цветников с пожелтевшими астрами, мимо маленького магазинчика, где из открытой двери распространялся запах свежего хлеба и звук лёгкой музыки. Не сговариваясь, Тим и Эд время от времени украдкой косились на Алису, надеясь заметить хоть малейший знак на её лице – слышит она голоса фонарей или нет. Алиса шла, не замечая этого или делая вид, что не замечает, и напевала что-то себе под нос, поглядывая на облака, плывущие в вышине.

– Ну что? – не выдержал наконец Тим, стараясь, чтобы вопрос прозвучал как можно небрежнее, но вышло натянуто. – Как… там? Всё тихо? Настроение у… городской инфраструктуры хорошее?

Алиса посмотрела на него, потом на Эда, и на ее лице появилась хитрая, чуть насмешливая улыбка. Она понимала, о чем он на самом деле спрашивает.

– Ничего. Тишина. – Она выдержала театральную паузу и добавила: – Или просто не скажу. Сегодня хочется, чтобы всё было по-нормальному. Без всяких… этих ваших голосов.

Она улыбнулась, видя их растерянные лица. Тим и Эд поняли, что большего добиться сейчас не удастся, и решили любые разговоры на эту тему отложить на потом. Вместо этого они заговорили о лете, о новых играх, о том, кто какие фильмы посмотрел и многом другом. Так они незаметно дошли до школы.

Школьный двор бурлил и гудел, как гигантский растревоженный улей. Повсюду мелькали белые банты, строгие костюмы учителей, яркие платья мам. Воздух звенел от возбужденных голосов, смеха и разговоров. Было что-то трогательное и одновременно комичное в этой всеобщей суете, в этом параде надежд и тревог первого сентябрьского утра.

– Наш класс вон там, – показал Тим на другой конец площадки, где уже собиралась знакомая компания.

Они начали пробираться сквозь толпу, ловя на себе приветственные и доброжелательные взгляды – их троица была хорошо известна в школе. Неожиданно на их пути возник Ваня. Его растрёпанные волосы и спокойное, немного отрешенное лицо казались островком безмятежности в этом море суеты. Он просто стоял, словно наблюдая за общим движением, ища интересный кадр.

– Привет, – улыбнулся он, по-дружески кивнув. Его голос был тихим и ровным, как всегда. – Давно не виделись. Как каникулы?