Владислав Баринов – Triangulum (страница 9)

– Да нормально, – первым откликнулся Эд. – Отдыхали, ничего не делали. В основном с родителями на даче. Спали, ели, в бадминтон иногда гоняли. Ты как?

– Тоже ничего, – Ваня обвел взглядом толпу, и его глаза на мгновение остановились на группе смеющихся первоклассников. – Спокойно. Съездил к бабушке в деревню. Там хорошо. Тишина. И облака интересные.

– Вань, а фотки-то классные за лето наснимал? Про облака эти свои? – спросил Алиса.

Ваня только загадочно подмигнул в ответ – мол, еще какие. – Потом покажу. Есть парочка… хороших.

Когда они отошли, Алиса толкнула Эда локтем.

– А твои-то где? Ты же обещал показать свои летние шедевры.

Эд вздохнул.

– Не могу пока. Оставил дома. Попросил маму, чтобы она его в ремонт утром отнесла. Так что мои шедевры пока в режиме полной недоступности.

Они добрались до своего класса. Гул стоял оглушительный – все наперебой пытались перекричать друг друга, поделиться летними впечатлениями, похвастаться загаром. Классная руководительница, Ирина Сергеевна, пыталась навести хоть какой-то порядок, но тщетно – ее голос тонул в общем веселом гомоне.

К Алисе подошла Вика. Она была, как всегда, безупречна – модная стрижка, идеальный макияж, стильная одежда, которая смотрелась на ней легко и непринужденно.

– Алис, привет! – восхищенно щелкнула языком Вика, оглядывая подругу с ног до головы. – Смотришься обалденно! Юбка – что надо! Прям такая… ух!

– Спасибо, – улыбнулась Алиса, чувствуя себя немного неловко под таким пристальным вниманием. – Ты тоже всегда на высоте. Прикольный, – она кивнула на изящный браслет на запястье Вики.

– О, да брось, ерунда, – Вика махнула рукой, но было видно, что комплимент и внимание ей приятны. – Соскучилась по всем вам, честно. Лето, конечно, круто, но и в школе тоже интересно. – Она огляделась. – Вы Андрея не видели? Моего младшего брата? Он вон где-то тут должен быть.

Тим, прислушивавшийся к разговору, покачал головой.

– Вроде видел его минут пять назад, в толпе, у входа. С кем-то из своего класса стоял.

– Ладно, спасибо, – кивнула Вика. – Тогда побежала к своим! Удачи!

Вскоре раздался звонок, призывающий к началу торжественной линейки. Всё стихло. Все выстроились в более-менее ровные ряды, похожие на разноцветные камешки на морском берегу. Директор произнес пламенную, отрепетированную речь о новых начинаниях, больших победах и ответственности, которая ложится на плечи старшеклассников. Также прозвучали слова поддержки и напутствия для учеников всех остальных классов, подчёркивая важность общих усилий и взаимного уважения в стенах школы. Его слова терялись в утреннем воздухе, но общий пафос был понятен всем. Потом выступала какая-то дама из городской администрации, говорила что-то про перспективы и национальные проекты. Но главное действо было впереди.

Сначала ученики из младших классов прочитали стихи о дружбе и единстве, их голоса нежно переплетались с лёгкой музыкой. Несколько старшеклассников произнесли слова благодарности учителям и родителям. А в завершение выступил танцевальный коллектив 8 «Б» – лёгкие па и звонкие шаги добавили динамичности празднику.

И вот настал кульминационный момент. К микрофону вышел рослый одиннадцатиклассник, капитан школьной сборной по баскетболу, с серьезным, почти суровым лицом. К нему подвели маленькую первоклашку с двумя огромными белыми бантами и таким же огромным колокольчиком в руках. Он легко, словно перышко, поднял ее на свое могучее плечо. Девочка на мгновение замерла, оглядывая с высоты море лиц, а затем заливисто, отчаянно зазвенела колокольчиком, возвещая о начале нового учебного года. Звон был чистым, пронзительным и полным надежды. Традиция была соблюдена. Линейка завершилась под гром аплодисментов, общее ощущение праздника, а легкая грусть по ушедшему лету смешивалось с предчувствием предстоящих уроков.

На входе в школу Алиса почти столкнулась с Андреем, младшим братом Вики. Он смутился и постарался сделать вид, что не заметил её, – но было уже поздно.

– Привет, – улыбнулась Алиса, пытаясь поймать его взгляд.

– При-привет, – сбивчиво пробормотал он, и легкая, но яркая краска залила его щеки. Он потупил взгляд. – Хорошо выглядишь. – Слова выскочили у него торопливо, словно против воли.

– Спасибо, – ответила Алиса, и, почувствовав его смущение, поспешила добавить, чтобы разрядить обстановку: – Ну, удачи на уроках! У вас, вроде, алгебра первая?

– Д-да… – он все еще не мог поднять на нее глаза. – Ага. То есть… спасибо. – И быстро скрылся в толпе других школьников, оставив Алису слегка озадаченной, но с улыбкой.

Первым уроком была физика. Кабинет был словно старый знакомый – стены, украшенные плакатами с законами Ньютона и диаграммами, привычные парты, шкафы, где прятались весы, катушки и прочие загадочные предметы. В воздухе играло щекочущее чувство ожидания, будто вот-вот начнётся великое открытие в мире законов и загадок.

Ирина Сергеевна, их классная руководительница и учитель физики, – женщина с добрыми, умными глазами и строгой учительской выдержкой – уже ждала их за своим столом.

Едва рассевшись по местам, Тим и Эд начали переглядываться. Тим кивнул в сторону компьютерного монитора, который стоял на столе Ирины Сергеевны, в немом вопросе: «Слышишь что-нибудь?» Эд сосредоточился на секунду, затем отрицательно мотнул головой. Тим, поймав взгляд Алисы, повторил жест, тыча пальцем в сторону учительского стола. Та лишь едва заметно покачала головой и всем своим видом показала, чтобы от нее отстали со всей этой техникой и голосами.

Их красноречивую пантомиму заметила Ирина Сергеевна.

– Господа Тимофей и Эдуард, мы вам не мешаем? – спросила она, но в ее голосе не было строгости, лишь легкая ирония. – Или у вас там своя, отдельная программа по физике? Что-то более увлекательное?

Ребята смущенно замолчали.

– Что ж, – вздохнула учительница, обводя класс внимательным взглядом. – Понимаю, что сегодня первое сентября и душа у каждого, наверное, просит праздника, а не учебы. Сердце рвется обратно к лету, к свободе. Но вынуждена вас огорчить. Сегодня на втором уроке состоится тест по физике. По учебному материалу за прошлый год.

В классе повисло молчание, а затем всё взорвалось дружным, искренним возмущением.

– Как так? С первого дня?!

– Да мы же всё уже забыли!

– Это жестоко и бесчеловечно!

– Мы же еще не настроились!

Неожиданно для всех поднялся даже обычно спокойный и невозмутимый Ваня. Он встал неспешно, как бы нехотя.

– Ирина Сергеевна, ну это же… – он развел руками, с трудом подбирая слова. – Я уже не помню, кто забил победный гол у «Спартака» в позапрошлом туре, а вы про какую-то… силу трения или там закон Ома… Это слишком сурово.

Класс взорвался смехом. Даже Ирина Сергеевна с трудом сдерживала улыбку, поднося руку к губам.

– Успокойтесь, успокойтесь, бунтари, – сказала она, когда смех немного поутих. – Сама узнала об этом сюрпризе лишь пару дней назад и, поверьте, не была в восторге. Но приказ есть приказ. Результаты этого теста никоим образом не повлияют на ваши четвертные оценки. Он нужен исключительно для отбора участников на городскую олимпиаду. Так что расслабьтесь и воспринимайте это как… легкую разминку для ума.

– Ну тогда ставьте двойку сразу, и мы пойдем на следующий урок – геометрию! – раздался чей-то голос с задней парты.

– Боюсь, в этом случае я тоже пойду. Но не на геометрию, а на другую, менее увлекательную работу, – парировала учительница, и снова в классе послышался смех. Вскоре все, повозмущавшись и поворчав, смирились с неизбежным. Что поделать – школа.

Оставшееся время урока прошло в неформальной, почти домашней беседе. Ирина Сергеевна, видя общее уныние, старалась разрядить обстановку. Она спрашивала, как у кого прошло лето. Кто-то похвастался поездкой на море, показывая загар, кто-то – новой собакой породы корги, показывая в телефоне фотографии милого комочка, у кого-то родилась младшая сестра. Прозвенел звонок, и все пошли в коридор продолжать делиться своими новостями.

На перемене наши друзья отошли в дальний угол, подальше от посторонних глаз и ушей.

– Ну, хватит уже играть в молчанку! – не выдержал Эд, обращаясь больше к Алисе. Его лицо выражало нетерпение. – Так ты слышала фонари или нет, когда мы шли?

– Слышала, слышала, – выдохнула Алиса, понизив голос. – Но это сплошная ерунда. Один ворчал, что какой-то кот опять на него с крыши смотрит «с глупыми, ничего не понимающими глазами». Другой жаловался, что его лампочку пора менять, а коммунальщики «совсем обленились, только и знают, что чаи гонять». Третий сплетничал про новый LED-фонарь через дорогу, мол, «выскочка, светит как прожектор, людей слепит, никакого уважения к традициям». Полная чушь. А вы что?

– Мы? – переспросил Тим, снимая очки и протирая их краем свитера. – Ничего. Камни пока с нами не начали говорить.

– Сплюнь! – фыркнул Эд. – А то начнут – вообще крыша поедет.

Вернувшись в класс, они застали Ирину Сергеевну, уже раздающую листочки с тестом.

– Тест несложный, – успокаивала она, кладя по паре листов на каждую парту. – Всего двадцать один вопрос: пятнадцать – с выбором ответа, пять – на соответствие, и одна задача с полным решением. Ничего сверхъестественного. Удачи.

В классе воцарилась та особенная, густая тишина, которая бывает только во время контрольных, нарушаемая лишь шорохом переворачиваемых листков и нервным скрипом ручек. Эд пробежался глазами по заданиям.