Владимир – Притяжение Земли (страница 8)

«– Ещё один шестилапый. – пронеслось и Виктора в голове. – Может они родственные виды?». Он сразу почувствовал неладное. Вся поверхность тела у визитёра была похожа на лоскутное одеяло, только лоскуты были одного цвета – чёрного. Петрович готов был поклясться, что грудь у незнакомца шевелится. Не размеренно – от дыхания, а беспорядочно, отдельными сегментами. Может, конечно, это просто игра света и теней, но плохое предчувствие саднило в сердце. Да ещё эти фасеточные глаза.

– Проходи! – радушно пригласил Сёма, схватив кусты. Он ловко обтряс плоды, слопав четверть по ходу дела, затем принялся мелко ломать ветки.

Виктор прокашлялся и сипло сказал, недовольным голосом: – Меня Виктор зовут. Это – Сёма.

– Крашц. – представился чёрный гость.

– Сам то откуда? Местный или как? – спросил человек, помолчав.

– Мы из галактики Светлых Хлебов. – раздался вкрадчивый голос. – Система Кристальных Бурь, планета Мгур.

У Витька скакануло сердце – что-то тревожно знакомое было в названии планеты.

Сёма вытер рот и расплывшись в улыбке спросил: – Путешествуете? Или по работе сюда?

– Нет. Мы просто очутились здесь, и не знаем ни причины, ни способа. Только вспышка фиолетовая сверкнула, и мы здесь.

– Значит, товарищи по несчастью. – кивнул Петрович, всё ещё крепко сжимая ветку. – Только у нас места маловато: сами еле умещаемся на лежбище. А костёр придётся гасить.

Наступила неловкая пауза. Сёма растерянно переводил взгляд с гостя на Витька, потом улыбнулся и заявил: – Я могу принести ещё много дров.

– Темно уже, Сёма! – с заговорческой интонацией процедил Виктор.

– Я хорошо вижу в темноте! – Ещё шире улыбнулся красный пришелец.

– Это опасно! Может, просто кому-то пойти к кольцу из чёрных камней? – Петрович выразительно посмотрел на чёрную фигуру. – Они тёплые, там хорошо.

– Мы знаем. Но камни остывают к утру, а сегодня будет холоднее, чем вчера ночью.

Человек кивнул, пристально оглядывая гостя. Не было сомнений, что вся поверхность его тела шевелилась и двигалась. Мгур! Значит жители – мгурны. Первоначальная догадка затвердела почти до факта и страх накатил с новой силой.

– Всё «мы» да «мы». – протянул он. – Вас что – много?

– Не много. Мы – один.

– Ух ты! Здорово! – восхитился Сёма. – А это как?

Петрович вздохнул, пытаясь побороть тошноту от страха, и спросил, глядя визитёру в глаза: – Пауки?

Чёрная фигура, не отводя взгляда ответила:

– Мы – Мгурны.

– Мгурны-лёпы? – радостно вскинулся Сёма. – Мгурны – хорошо, вкусная еда!

Он задумчиво осмотрел гостя. – Но ты не лёп, ты слишком большой – я не могу тебя раздавить.

– А зачем нас давить? – спросила тёмная фигура, шагнув назад. – Живыми мы представляем большую ценность, чем раздавленные.

– А вкусная еда у вас есть? – с надеждой спросил Сёма.

– Нет. – ответил мгурн. – Мы можем сделать.

– О! Прямо сейчас?

– Не сразу – нужны голубые фрукты.

Сёма оглянулся – весь продовольственный запас был съеден. Он подскочил с криком: – Я сейчас сбегаю. Много надо?

– Куда ты сбегаешь? – запротестовал Виктор. – Холодно, темно, неизвестно – кто ещё может там шарахаться!

На самом деле, ему не хотелось оставаться один на один с этим мгурном. Да и сама идея жрать то, что даст незнакомое существо – скорее всего, агрессивное и враждебно настроенное – была бредовой.

– Мы принесём. – вкрадчиво сказал мгурн.

Он шагнул во тьму и что-то зашуршало. Когда он вернулся в круг света, показалось, что рост его уменьшился. Петрович осмотрел его сверху до низу, и с удивлением отметил, что ноги стали неестественно короткими.

Человек был на грани глубокой паники. Не было сомнений, что новый пришелец – это пауки. Он вспомнил утро, как многоногие твари убегая, сливались в более крупные формации. Теперь, выходит, слепились в подобие человека – мимикрировали, чтобы ближе подобраться. Тошнотворная волна липкого ужаса подкатила к горлу. Петрович начал делать глубокие вдохи и выдохи.

Мгурн снова шагнул в темноту, и быстро вернулся. Теперь он был прежнего роста, ноги выглядели нормально. Он протянул руку, предлагая Сёме буровато-зелёный шарик, размером с куриное яйцо.

– Стоять! – резко выкрикнул Петрович, удивляясь своей дерзости. – Ну ка, убери свои колобки подальше!

Мгурн послушно опустил руку и чуть отступил.

– А ты, Сёма, голову включай – нельзя же быть таким наивным!

– Почему? – искренне удивился шестилапый.

– По кочану! – отрезал Виктор. – Вспомни – что было, когда ты последний раз слопал этой дряни? А?

– Было вкусно! – радостно ответил Сёма.

– Да, чтоб тебе пусто было! – не сдержался Петрович. – А как ты спал без задних ног, пока тебе зад прожаривало – не помнишь?

Красношёрстный пришелец вскочил, извернулся и оглядел задние ноги.

– Они на месте. – сказал он с облегчением, но несколько озадаченно. – Их точно не было, когда я спал?

Петрович сердито посмотрел на него.

– Вот съешь этой гадости, впадёшь в спячку, а потом посмотришь – что останется, а чего не будет. Проснёшься, а головы нет. Тело всё съедено – один скелет, и только ветер в черепушке гуляет.

– Как же я проснусь, если головы нет? – испуганно спросил Сёма.

– А это уже твоё дело. – усмехнулся Виктор. – А может, ты и не уснёшь, а сразу копыта откинешь.

Сёма внимательно посмотрел на каждую из шести лап. – У меня нет копыт. – радостно заявил он.

Раздражение достигло лимита, вышло за красную черту, и в сознании у Витька что-то щёлкнуло. Он внезапно расхохотался. Смех был искренним и энергичным. Он лился ровно и завораживающе, словно звук идеально работающего двигателя.

Сёма присел от испуга, а мгурн отскочил во мрак. Но через несколько секунд, сначала красный пришелец, а потом и чёрный, мелко затряслись, явно испытывая удовольствие. Возле угасающего костра, в бесконечной тьме Вселенной, существа с разных её краёв, потерянные и оторванные от своих миров, безудержно хохотали. Камни в кольцах вокруг холма завибрировали и стали пощёлкивать.

Костёр угас, но раскалённые камни давали немного красного света и много тепла. Синие камни уже немного остыли. Надо бы подогреть – кинуть раскалённый камень на синюю насыпь, но Петрович лежал без сил после приступа смеха. Как, впрочем, и оба пришельца. Сёма распластался на лежбище из камней, а мгурн валялся бесформенной кучей возле погасшего костра.

– Что это было? – раздался голос от костровища. Теперь в голосе Крашца было меньше вкрадчивости.

– Это было лучше, чем вкусная еда! – довольно протянул Сёма.

– Вы про что? – не понял Виктор.

– Процесс, когда наши сущности… м-мм… резонировали. – пояснил мгурн. – И мы все вибрировали.

– Да, – подтвердил Сёма – тряслись и делали вот так.

Он странно задёргался и стал издавать звуки, похожие на кашель и лай. Петрович поморщился. Когда они все вместе смеялись, звуки не казались такими жуткими.

– Вы про смех, что ли? – удивился он. – Никто из вас раньше не смеялся? Поверить не могу! Что же у вас за жизнь то была?

– Сме-ех. – протянул Сёма. – Мне нравится смех.

«– Странно, – подумал Виктор – Сёма же постоянно позитивный, улыбается в полголовы, а про смех, выходит, только сейчас узнал».

Он поёжился, встал и кинул несколько веток в костровище. Ветки, упав на раскалённые камни, вспыхнули, озарив светом всю компанию.

– Ладно. – Петрович встал и ткнул пальцем в мгурна. – Ты… или вы, да неважно. Нужно принести синих камней – тебе лёжку приготовить. Сёма, на нас с тобой дрова.

Мгурн ушёл в темноту. Сёма направился следом, но Виктор жестом остановил его.