Владимир Журавлёв – Девочка и ЭХО (страница 11)
Пауза.
— И не пыталась узнать?
— Нет.
— Почему?
Она чуть пожала плечами:
— Мне было важнее, как ты думаешь.
— Но уже думала спросить Он кивнул.
Сразу.
Принял.
Без лишнего.
Ветер с Невы стал сильнее.
Зара чуть плотнее запахнула куртку.
— Похоже, — тихо сказала она, — твоя соседняя квартира сегодня останется пустой.
Макс усмехнулся:
— Похоже.
Пауза.
— Хорошо, что ты это сказала.
— Что именно?
— Фразу.
Она посмотрела на него чуть внимательнее:
— Ты бы всё равно понял.
Он притянул её к себе.
Уже без осторожности.
Где-то за их спинами голограмма ЭХО погасла.
Никто из них этого не заметил.
В квартире было теплее.
Тише.
Зара на ходу выключила свет, поправила плед, поставила стаканы в раковину — как будто делала всё это каждый день.
Заглянула к детям.
Те уже спали.
В спальне она включила мягкий свет.
Остановилась.
Посмотрела на него.
Долго.
— Я тебе всё объясню, — сказала она тихо. — Но не сегодня.
Пауза.
Она встала.
Сняла свитер.
Джинсы.
Всё остальное.
Без паузы.
Без жеста.
Как снимают пальто в прихожей — просто потому что пришли домой.
Легла под одеяло.
Посмотрела на него.
— Раздевайся и ложись рядом. Только не торопи меня.
Пауза.
— Мне нужно время решиться. В первый раз всегда трудно решиться.
И почти сразу:
— Но откладывать дольше я не хочу.
Глава 5: Немного будущего
Макс проснулся от того же петербургского света — настойчивого, серого, просачивающегося сквозь шторы.
Несколько секунд он лежал, глядя в потолок, давая голове догнать: Новосибирск. Поезд. Восьмая линия. Зара. Торт. Дети. Балкон.
Фраза, которую он знал наизусть. PhoeNIX.
Потом память медленно достроила ещё одну вещь.
Ночь.
Тёплые чёрные волосы у него на плече.
Женщина, которая вчера сказала ему «я люблю тебя» так, будто это не признание, а давно установленный факт.
Он повернул голову.
Рядом было пусто.
Только чуть смятая подушка и тонкий запах её духов.
Макс уже начал проваливаться обратно в сон, когда услышал из кухни приглушённые голоса.
Тихие. Домашние.
Зара говорила почти шёпотом — тем особенным утренним голосом, которым разговаривают с детьми, чтобы не спугнуть сон квартиры.
— Миш, не забудь шарф.