Владимир Журавлёв – Девочка и ЭХО (12+) (страница 3)
— Нули и единицы, — сказал Макс.
— Цифры.
— Да. Цифры.
Пауза.
— И что особенно важно, — сказала Анна, — цифры этого не опровергают.
Она перевела взгляд на тёмное окно.
— Я думаю, это единственное место, где мне по-настоящему хотелось бы работать.
Пауза.
— Хоть младшим юристом. Хоть разбирать архивы. Неважно.
Макс смотрел на неё.
Семь лет — и впервые он слышал от неё такую интонацию. Не профессиональную. Не аналитическую.
Просто честную.
— Большинство организаций думают о следующем квартале, — сказала она тихо. — О следующих выборах. О следующем гранте.
Пауза.
— А эти как будто строят что-то, что должно их пережить, как египетские пирамиды.
Анна сняла резинку с волос и положила на подоконник, тряхнула головой — и почти на автомате стянула свитер.
Макс не отвёл взгляд.
— Жарко у тебя, — бросила она, не глядя. — Дай мне мою футболку.
Он смотрел на то, что давно знал наизусть — и всё равно каждый раз видел заново: высокую, худощавую, чуть угловатую фигуру — ту самую, которую она всегда считала малопривлекательной, а он — единственно точной.
В ней ничего не было «по правилам».
Именно поэтому было невозможно оторваться.
— Ты чего, Макс?
— Любуюсь. И мечтаю.
Он отвёл её волосы назад.
Медленно.
Она не отстранилась.
Только усмехнулась.
— Ты всегда так смотришь на меня. Как будто там есть на что смотреть.
— Есть, — тихо сказал он. — Хотя не всем дано это понять.
Пауза.
— Тимофей хоть понимает — насколько ты красива?
Анна чуть улыбнулась.
Но в улыбке была усталость человека, которому в сотый раз объясняют то, с чем он в корне не согласен.
— Макс.
— Я серьёзно.
Пауза.
— Он говорит, что я красивая.
Оба знали, что это не ответ.
И оба делали вид что не замечают.
Макс помолчал.
Потом спросил — тихо, почти осторожно:
— Ты сказала Тимофею куда идёшь?
Анна ответила не сразу.
Долгая пауза.
Как будто что-то проверяла внутри себя.
— Конечно, — сказала она наконец. — Я всегда предпочитаю решать вопросы на берегу. Я ещё до ЗАГСа сказала: у меня есть друг, с которым у меня близкие отношения, и я не собираюсь их прекращать.
Макс помолчал.
Потом посмотрел на неё.
— Когда ты говорила, что никаких отношений до брака — это означало только до брака?
Пауза.
— Ты приехала с намерением изменить Тимофею? Со мной?
Анна подняла взгляд.
Не возмутилась.
Не улыбнулась.
Не отвела глаза.
Она явно серьёзно думала над его вопросом.
Словно никогда раньше не формулировала его именно так.
Прошло несколько секунд.
— Нет, — сказала она.
Пауза.
— Но я понимаю почему ты спрашиваешь.
Она помолчала ещё немного.
Как будто действительно раскладывала собственные убеждения по полочкам.
Проверяла их на прочность.
— Я хочу, чтобы ты знал. Я приняла решение. Я не буду изменять мужу.