Владимир Захаров – Чингисхан, Чингизиды и монгольское иго на Руси (страница 2)

Тут следует напомнить, что древний монгольский род был экзогамным, поэтому члены одного рода не могли вступать в брак с девушками того же рода, а должны были жениться обязательно на женщинах из других, неродственных родов. Когда Тэмуджину было девять лет, Есугей сосватал его Бортэ (1161–1230), десятилетней девочке из рода кунгират. Оставив сына в семье невесты до совершеннолетия, чтобы те лучше узнали друг друга, он уехал домой. На обратном пути Есугей задержался на стоянке татар, где был отравлен. По возвращении в родной улус, он заболел и через три дня умер.

После смерти Есугея его двух вдов Оуэлун и Сочихэл, а также их детей глава клана тайчиутов Таргутай (внук Амбагая, дальний родственник Тэмуджина) оставил без средств к существованию. Несколько лет вдовы с детьми жили в полной нищете, скитались в степях, питаясь кореньями, дичью и рыбой.

В этих условиях между Тэмуджином и его младшим братом Хасаром с одной стороны и их старшим сводным (по некоторым сведениям, не единокровным) братом Бектером с другой началась вражда, так как последний отбирал у первых добычу. Тэмуджин и Хасар, будучи, по сути, подростками, заманили Бектера в засаду. Бектер обратился к ним с последней просьбой пощадить его младшего брата Бельгутея, после чего был убит.

Более правдоподобную версию этих трагических событий предложил Л. Н. Гумилёв. По его мнению, Бектер в семье борджигинов был шпионом тайчиутов, глазами и ушами Таргутая. Тэмуджин узнал об этом (возможно, как раз от Бельгутея) и своими руками покарал предателя. Этим можно объяснить тёплые отношения Тэмуджина и Бельгутея на протяжении всей их жизни. Бельгутей впоследствии стал наряду с Хасаром одним из самых высокопоставленных сподвижников Тэмуджина. После провозглашения Монгольской империи Бельгутей занял в государстве должность старшего судьи и оставался на ней долгое время. Он пережил всех своих братьев и сестёр и скончался в 1255 году в возрасте за девяносто лет.

Иона Ризнич в книге «Чингисхан» пишет, что мотивы Тэмуджина могли быть прозаичнее: причиной убийства Бектера были не детские обиды и состояние аффекта, а холодный расчёт в борьбе за родовую власть, которую Тэмуджин утрачивал, если бы Бектер вдруг стал его отчимом. Здесь необходимо сделать небольшое отступление, рассмотрев брачные обычаи монголов. Гильом де Рубрук писал: «…среди них случается позорный обычай, именно, что сын берет иногда всех жён своего отца, за исключением матери». Упоминал об обычае молодых людей брать в жёны овдовевшую мачеху и Плано Карпини, подробно описывавший сложные внутрисемейные отношения кочевников: «На сёстрах же только по отцу, а также на жёнах отца после его смерти они могут жениться». Марко Поло также упоминал об этом: «Женятся они на двоюродных сёстрах; умрёт отец, старший сын женится на отцовой жене, коли она ему не мать; по смерти брата – на его жене». Д. Уэзерфорд пишет: «Монгольские женщины часто выходили замуж за младших мужчин из семьи их погибшего мужа, поскольку это позволяло юноше получить опытную жену, не преподнося дорогих подарков её семье и не отрабатывая долгий выкуп за неё».

На момент смерти Есугея Оуэлун исполнилось всего лишь двадцать пять – двадцать шесть лет, и она не утратила ни молодости, ни красоты, ни здоровья. За отсутствием других претендентов на руку Оуэлун вполне мог рассчитывать старший сын Сочихэл – Бектер, который был старше Тэмуджина. Оуэлун понимала это и относилась к подростку с особым уважением.

Некоторые исследователи, как уже отмечалось, полагали, что Бектер поддерживал связь с тайчиутами, и в частности с их вождём Таргутаем. Именно Бектера тайчиуты рассматривали как будущего главу клана Есугидов.

Чувствуя своё особое положение, Бектер считал возможным забирать себе лучшую часть добычи, что, естественно, раздражало Тэмуджина. Когда же Тэмуджин и Хасар побежали жаловаться матери, к их удивлению Оуэлун встала на сторону обидчика, отругав своих сыновей: «Что это так неладно живёте вы со своими братьями! Ведь у нас, как говорится, нет друзей, кроме своих теней, и нет хлыста, кроме конского хвоста… Не смейте так поступать!» (Сокровенное сказание).

Д. Уэзерфорд пишет: «То, что Оэлун поддержала Бектэра, предвещало Тэмуджину будущее, с которым он не мог примириться. Как старший сын, Бектэр не только мог во всём командовать своими младшими братьями, но и получал большой набор различных прерогатив, включая право на сексуальную связь со всеми вдовами отца, за исключением своей матери. Поскольку Оэлун не взял в жёны ни один из братьев Есугея, её наиболее вероятным партнёром становился его старший сын от другой жены – Бектэр». В момент острейшего напряжения семейного конфликта Оуэлун гневно напомнила сыновьям историю о легендарной прародительнице монголов Алан Прекрасной, которая родила ещё нескольких сыновей после смерти мужа, оставившего её жить с приёмным сыном. Смысл этого рассказа был очевиден – Оуэлун примет Бектера как своего мужа, как только он подрастёт, и сделает его, таким образом, полноправным главой семьи. С таким развитием событий Тэмуджин смириться не мог.

Как только братья вернулись домой после расправы с Бектером, Оуэлун сразу же поняла всё по их лицам. «Сокровенное сказание» приводит её долгий плач о смерти пасынка: «Душегубцы! Недаром этот вот яростно из утробы моей появился на свет, сжимая в руке своей комок запёкшейся крови! <..> Тёмное дело своё вы свершили…» Её гневные тирады составляют один из самых длинных монологов в «Сокровенном сказании». В них Оуэлун сравнивает своих сыновей с животными: «Вы как кровожадная пантера, как бешеный лев, как чудовище, что пожирает живьём свою добычу». В конце концов, обессиленная, она повторяет, будто проклятие: «Теперь нет у тебя союзника иного, чем твоя тень».

Велико было и отчаяние Сочихэл: она потеряла не только сына – она, бесправная младшая жена, потеряла надежду возвыситься и стать матерью главы клана. И дальнейшие события показали, что эту обиду она не простила.

Убив сородича, Тэмуджин совершил преступление и поставил себя вне закона. И тайчиуты во главе с Таргутаем задумали с ним расквитаться. Тэмуджин был взят в плен.

Как-то ночью он нашёл способ ускользнуть и спрятался в маленьком озере, погружаясь в воду и выставляя из воды одни ноздри. Тайчиуты искали его в этом месте, однако не смогли обнаружить. Его заметил батрак Сорган-Шира, участвовавший в поисках. Он несколько раз проходил мимо сбежавшего пленника, успокаивая его и для других делая вид, что разыскивает его. Когда ночные поиски закончились, Тэмуджин вылез из воды и пошёл к жилищу Сорган-Ширы. Сыновья Соргана спрятали беглеца в телеге с шерстью. Когда появилась возможность отправить Тэмуджина домой, Сорган-Шира посадил его на кобылицу, снабдил оружием и проводил в путь. Впоследствии этой семье было дано привилегированное положение в империи, а Чилаун, сын Сорган-Ширы, стал одним из четырёх нукеров Чингисхана. Именно он через много лет заколет копьём Таргутая в одной из воинских стычек в 1201 году.

Через некоторое время Тэмуджин нашёл свою семью. Борджигины сразу же перекочевали на другое место, и тайчиуты не смогли их обнаружить.

В возрасте одиннадцати лет Тэмуджин подружился со своим ровесником знатного происхождения из племени джадаран – Джамухой, который позднее стал вождём этого племени. С ним в своём детстве Тэмуджин дважды становился побратимом (андой).

Несколькими годами позднее, примерно в 1180 году, Тэмуджин женился на своей наречённой Бортэ.

Около 1180 года Тэмуджин получил поддержку и стал вассалом самого могущественного из тогдашних степных вождей – Тогрула, хана племени кереитов, который, как отмечалось выше, был побратимом (андой) и близким другом отца Тэмуджина.

Дж. Дж. Сондерс пишет, что кереиты, обитавшие в верховьях Онона, с 1000 года почти наверняка были христианами несторианского толка и что они были тюрками – их титулы тюркские, да и Тогрул не монгольское имя.

При поддержке Тогрула силы Тэмуджина стали постепенно расти. К нему стали стекаться нукеры; он совершал набеги на соседей, умножая свои владения и стада. Он отличался от остальных завоевателей тем, что в ходе сражений старался сохранить в живых как можно больше людей из улуса противника, чтобы в дальнейшем привлечь их к себе на службу.

Первыми серьёзными противниками Тэмуджина оказались меркиты, действовавшие в союзе с тайчиутами. Они напали на становище борджигинов и угнали в плен Бортэ (по предположению, она была уже беременна и ждала первого сына Джучи) и вторую жену Есугея – Сочихэл, мать Бельгутея. К моменту этого меркитского налёта Еке-Чиледу, первого мужа Оуэлун, уже не было в живых. Есть свидетельства того, что именно Сочихэл навела меркитов на стоянку борджигинов и отдала им в руки жену Тэмуджина.

По одной из версий, изложенной в прекрасной книге Александра Доманина «Монгольская империя Чингизидов. Чингисхан и его преемники», Тэмуджин, узнав о приближении превосходящих сил меркитов, бежал верхом из становища, оставив там жену, хотя имел запасную лошадь. Доманин отвергает любую критику этого поступка, справедливо полагая, что возьми Тэмуджин Бортэ с собой – без запасных лошадей они бы не смогли уйти от погони со всеми вытекающими последствиями. Ф. Маклинн, напротив, считает, что Тэмуджин поступил малодушно и эгоистично, бросив жену на откуп меркитам.