Владимир Владимиров – Фантастика 2025-138 (страница 567)
«Корпоративные менеджеры думают одинаково. Нужен лучший специалист по продажам, мы составим список сотрудников, отсортируем их по количеству проданных двигателей, реакторов и иных агрегатов. Если вам нужен специалист по неожиданностям, то что мы делаем? А тоже самое! Составляем список, и видим там одно имя — Эмили, а в графе количество — единица», — Эмили представила кого-то из А-офиса, получившего подобный отчет и рассмеялась.
«Если так, то получается, что я могу диктовать им условия? Наглеть конечно не стоит, но кое-что я обязательно потребую!»
_____
[1] Марсианская поговорка, означает сесть в лужу, попасть в неловкое положение.
[2] Поговорка жителей Сиберии, аналог «Шила в мешке не утаить».
[3] Марсианская поговорка, аналог «Зря хлеб не ест».
[4] Пословица жителей планеты Аэлла-2, аналог «Лакомый кусочек».
Глава 13. Интервью с Кейлой Арнольд
Столица. Сектор Сол
Март 08, 2523 г.
— Всем привет, наши дорогие подписчики. Вы на канале #StarVoice, сегодня с вами я, прекрасная Ханни Спарк. Вместе со мной многоуважаемая гостья: Кейла Арнольд, научный руководитель станции Клондайк и глава биоинженерной лаборатории. Здравствуйте, Кейла!
Кейла Арнольд:
— Добрый вечер.
Интервью снова велось по ансиблю, Ханни все еще находилась на Марсе, поэтому интерьер был тот же, но наряд изменился на ковбойский стиль: белая блуза, жилетка, расклешённые джинсы. В глаза бросалась натуральная ткань, что являлось признаком роскоши. Но, начав работать в #StarVoice, Ханни уже могла себе это позволить.
Ее собеседница не могла похвастаться модой, одежда была сугубо утилитарной: черный лабораторный халат и белая косынка, полностью скрывающая густую сиберийскую прическу. Находилась Кейла в своей лаборатории, на Новой Селене. Обзорные окна позади нее давали восхитительный вид на закат: огромные багровые тучи висели в небе.
Ханни:
— Мне так приятно познакомиться с вами, Кейла. Ведь, знаете, я о вас абсолютно ничего не слышала. Сейчас это большая редкость, встретить человека, который ни разу не засветился в светской хронике. Можете что-то рассказать о себе?
Кейла Арнольд:
— Ничего удивительного нет, что мы никогда не встречались. Я вела достаточно уединённый образ жизни на Сиберии, где я и родилась. И если ты родилась в секторе Икар и выбрала себе путь как биоинженер, ты поступаешь в Альдейский университет, который я и закончила. Кроме этого, я, как настоящая сиберийка, поступила еще и на военную кафедру. После выпуска прошла стажировку на Бадакшаане, и уже по окончанию нее была зачислена на службу в научно-исследовательский флот Земной Федерации. Последние годы я возглавляла кафедру экспериментальной биоинженерии в Кабатанском институте планетарных исследований, на Новой Селене, у меня крупный долгосрочный грант на научное исследование по определенной теме.
Ханни:
— Я знаю, что в флоте вы находитесь в звании майора. Скажите, назначение на Клондайк для вас — повышение или ссылка на далёкую станцию?
Кейла Арнольд:
— Сложно сказать. Это личное приглашение капитана станции Синклера Доусона. У нас велись долгие переговоры, и отчасти это что-то вроде отпуска.
Ханни:
— Кейла, скажите пожалуйста, вы — биоинженер со стажем. Есть ли какие-то открытия, которыми вы гордитесь? Возможно, они даже известны общественности, или это все — военная тайна?
Кейла Арнольд:
— Да, боюсь информация засекречена. Но последняя научная работа, когда будет вскоре завершена, определенно станет предметом моей гордости.
Ханни:
— Данную научную работу вы планируете продолжать на станции?
Кейла Арнольд:
— Разумеется. Это было моим главным условием.
Ханни:
— Я слышала, что научные работы на станциях фронтира финансируют даже лучше, чем во многих институтах. Увеличение вашего научного бюджета сыграло роль в вашем согласии на это назначение?
Кейла Арнольд:
— В целом вы правы, но нет. Моя научная работа с самого начала финансировалась из частных фондов. И меня заверили, это финансирование сохранится в полном объеме.
Ханни:
— Прекрасная новость. Можете раскрыть имя щедрого мецената?
Кейла Арнольд:
— Это не секрет. Многие исследования Кабатанского института финансирует корпорация USC, и мою работу — в том числе.
Ханни:
— Скажите, вы сейчас встали во главе молодой команды, которую сформировали буквально вот только что перед открытием станции. Готовы ли вы сейчас уже что-то рассказать про тех, кто будет рядом с вами?
Кейла Арнольд:
— Некоторых из них я хорошо знаю, а с некоторыми просто знакома. К первым относится доктор Морган Робертсон. Он родом с Альдеи, и мы вместе учились в Альдейском университете. У него большой опыт полевой работы, он посетил все планеты сектора Икар. Будет определенно интересно поработать с ним.
Еще с нами в команде доктор Кейт Маккензи, уроженка Луны. Она начинала также в Альдейском университете, но затем перевелась на Вулкан, в медицинский центр Плушааг. Кейт увлеклась растениями и адаптацией растения к неблагоприятным условиям планет, на Вулкане были лучшие условия для такой научной работы.
Следующий член команды: доктор Роксанна Фэй Никс, она закончила университет Кларка в Столице и проживала на Флостоне, участвуя в проекте терраформирования. Полагаем, мы с ней наиболее близкие коллеги в научном плане.
С нами будет младший научный сотрудник, снова выпускница Альдейского университета (воистину, это альма-матер всех биоинженеров!), ее зовут Джелата Такахаси.
И совершенно тёмная, пока для меня, лошадка — доктор Энцзо О’Херон. Уверена, мы сработаемся.
Ханни:
— Прошу прощение за уточнение, но медицинский центр Плушааг расположен на Бадакшаане, а не Вулкане. Кейла, давайте немножечко поговорим о ваших личных планах. Поставили ли вы какие-то цели и задачи перед собой на данную миссию?
Кейла Арнольд:
— Безусловно, в первую очередь я — военный вирусолог, и поскольку все человечество уже имеет все возможные иммунитеты, то фронтир даёт нам новые вызовы. Именно тут мне следует искать новые угрозы, и то, как с ними справится. Этим я и намерена заниматься.
Ханни:
— А как научный руководитель всей станции? Там ведь будут и иные лаборатории?
Кейла Арнольд:
— Будучи деканом много лет, я очень хорошо справляюсь с научным администрированием. Кроме моей, есть еще две лаборатории: планетологии и инженерная. Последняя будет завалена заказами от Вольного флота, это обычная история. А с планетологами мы — коллеги, рука об руку изучаем новые планеты.
Ханни:
— Кстати, о новых планетах. Сейчас в Вольном флоте бытует мнение, что закон, принятый ещё полтора века назад, об обязательной дезинфекции и осмотре кораблей по прибытию с биоактивных планет, уже давно устарел, и сейчас он абсолютно необязателен, просто достаточно пропить курс биологических добавок, чтобы исключить все возможные последствия. Так ли это? Что вы про это скажете?
Кейла Арнольд:
— Разумеется, это не так. Что касается изученных планет, безусловно, достаточно просто принять курс определённых медикаментов. Но мы сейчас столкнёмся с планетами, о которых мы ничего не знаем. Ни о флоре, которая там находится, ни о фауне. И, разумеется, ни о простейших организмах, ни о вирусах. У нас нет никакого оружия против них, поэтому старый закон будет как нельзя к месту.
Ханни:
— Скажите, а есть ли у вас какой-то план относительно эпидемии? Если выявят признаки неизвестного вируса?
Кейла Арнольд:
— Безусловно, мы с полковником Зиминым разработали все возможные планы по устранению угроз, согласно уровню опасности. Все протоколы прописаны. Мы надеемся, что не дойдёт до такого, когда все будут подвержены какой-либо опасности. Но мы готовы.
Ханни:
— Готовы ли вы сейчас прямо озвучить, что ждёт команды Вольного флота и персонал станции, если такое случится? Чётко, по полочкам.