Владимир Владимиров – Фантастика 2025-138 (страница 566)
Эмили улыбнулась в ответ, хотя мысли были в беспорядке.
— Ну все, мне пора! Жди вызова в центр! — Мирабель отключилась.
Эмили еще долго сидела, глядя в одну точку. Она пыталась понять, почему она?
***
Деймос. Сектор Сол
Февраль 23, 2523 г.
Частная территория USC
— Почему она?
Помещение, в котором прозвучал вопрос, было меньше всего похоже на деловой офис. На огромном пространстве, размером с малый атмосферный купол, был воссоздан уголок дикой природы. Высокие деревья, красивый подлесок, водопад, ручей. В высоте крон порхали и беззаботно чирикали большое количество пташек. Легкие удобные кресла плетеного тростника стояли на песчаной косе у ручья, в воде плескалась рыбешка.
Разговаривали двое, один прогуливался босиком по песку, его ботинки натуральной кожи были небрежно брошены у кресла. Второй сидел в кресле. У обоих была пышная шевелюра, переходившая в элегантную бородку, но если у гуляющего она была угольно-черной, то у сидящего — абсолютно белой.
— А как ты сам думаешь?
— Желаешь проверить, не потерял ли я остроту ума. Да?
Гуляющий выглядел как более молодая копия сидящего, было сразу понятно, что разговаривают отец и сын.
— Отнюдь. Хочу знать, какие выводы сделает противник, если будет обладать нашими информационными ресурсами. Умный противник.
Молодой улыбнулся:
— Что ж я доставлю тебе такое удовольствие. Во-первых, в ее личном деле написано «склонна к решительным действиям, в критической ситуации умеет брать на себя ответственность». Это первое, что узнают. И чему не поверят ввиду полной банальности, а значит начнут копать глубже.
— Хорошо. Продолжай.
— На втором уровне анализа им придется иметь доступ в несколько региональных баз. Это сложно, но реально. Будут анализировать карьерный профиль. В нем найдут то, что очень похоже на типичную синекуру любовницы — крупная руководящая должность, хотя непонятно что делает, обилие детишек наследных акционеров под крылом, научная работа где-то на фоне. Всегда посещает вечеринки сектора. Всегда получает курортные отпуска, причем это Флостон, Кандидат и Европа — такое ей совсем не по рангу.
Старший равнодушно смотрел на краешек Марса, который виднелся за прозрачной стенкой купола:
— Это все?
— Нет. Противник сопоставит эти данные со светской хроникой, и обнаружит, что именно на этих курортах, в эти даты отдыхал один из наших вице-президентов, причем без жены. Версия любовницы получает хорошие доказательства. И этому не поверят тоже.
Теперь старший был удивлен:
— Отсюда давай подробнее. Почему не поверят?
— Видишь ли, отец, я много раз был объектом расследования светских репортеров. Грех и разврат, помноженные на власть и безнаказанность…
— О да, тут ты специалист. Слушаю внимательно! — в словах отца явно прозвучала ирония.
— Должна быть эпатажность, скандал, что-то, сыгранное на публику. Мордобой, на худой конец. Но ничего этого нет. Он приехал на курорт, она приехала. Пару раз их видели вместе, на коктейльном вечере. Это все? Где жареные факты и сплетни?
— Не все таранят крейсер собственной яхтой.
— Но хоть что-то я сделал лучше тебя!
— Если это не роман, то что?
Молодой задумался, поскреб бородку, затем сел в кресло. Пауза затягивалась, отец терпеливо ждал.
— Мы готовим агента.
— Любопытно. Зачем?
— Мы проведем какую-то операцию там, — сын неопределенно махнул рукой вверх, — скорее всего, это будет ценная информация, исходя из которой у нас есть определенный план.
— Ну что ж, блестяще!
— Но что не так?
— Почему ты решил, что что-то не так?
— Отец, это элементарно. Ты выглядишь довольным.
— Очень много телескопов направлено на этот купол, — отец также неопределенно махнул рукой, — и очень хорошо, что наши враги не видят выражения моего лица. Потому что у нас ни хрена нет никакого плана.
— Вот как?
— Именно. У нас есть девчонка, которая не растерялась в критической ситуации, приняла абсурдное и нелогичное решение, но оно спасло жизни миллионам. Вот это и есть весь наш план. Его не заметит даже очень умный противник, «ввиду полной банальности», как ты и сказал. Я с тобой согласен.
— Спрячем правду на самом видном месте?
— Да. Но надо подкинуть еще фактов. Что посоветуешь?
— Во-первых, куратором назначения должен выступить не кто-то, а тот самый Вице-президент.
— Хорошо. Что еще?
— Пусть он сделает это не лично, а через А-офис. Мы дадим вилку сплетен, либо он прикрытие нашей синекуры, либо пытается подчеркнуть свою власть. Обе версии будут прорабатывать, обе найдут пустышками, что опять же, косвенно, подтвердит версию агента, которому тщательно готовят легенду.
Черноволосый опять замолчал, но затем продолжил:
— И, кстати, о сплетнях. Надо, чтобы информация утекла раньше времени. Вот что мы сделаем: я поручу подготовку к лонг-F другим людям. Это будут два или три разных отдела Административного офиса. В одном из них обязательно будет подруга, которая не вытерпит и поделится новостью. Начальники отделов станут проводить совещания с привлечением массы сотрудников, которые заметят связь с Вице-президентом. Новость разойдется, и, разумеется, попадет аналитикам, что также будет воспринято обеспечительными мерами легенды.
— Прекрасно, сын. Проследи лично, чтобы все так и случилось, но сам оставайся в тени, концы должны тонуть среди помощников и комитетов.
— Может нам добавить пикантных приключений в столице?
— Перегнем палку. Не стоит.
— Я все сделаю. Но, отец, перед тем как я уйду, может расскажешь, зачем все это?
— Ответ на этот вопрос настолько удивительный, что помешает тебе сделать работу чисто. Поговорим, как ты закончишь.
***
Светолет был подан на посадку. Человечество пять веков осваивало космос, но до сих самой сложной задачей был взлет с планеты в космос. Плотная атмосфера Новой Селены позволяла это делать с помощью прямоточных реактивных двигателей, где рабочим телом выступала сама атмосфера. Мощные лазеры на поверхности, питаемые термоядерным реактором, разогревали газ в камере корабля до тысяч градусов, что давало реактивную струю, достаточную для взлета в верхний слой атмосферы. Там разгонная ступень отстыковывалась, и далее корабль летел уже с помощью обычного химического реактивного двигателя. Взлет выглядел очень красиво: десяток мощных лучей когерентного света сходились в одной точке, где на вершине реактивной струи корабль стремительно летел вверх. Благодаря этому его и назвали светолетом. Через некоторое время мощность наземных лазеров начнет слабеть, и в игру вступят «светлячки» — дирижабли, барражирующие на высоте около 8 километров, несущие лазерный прожектор, которые и доведут светолет до верхней точки атмосферного полета, где произойдет расстыковка с разгонным модулем. Модуль посадят назад, на космодром, где он будет ждать нового взлета. Все это Эмили выслушала в виде очередной лекции, после того как педагоги рассадили детей в салоне, и пока светолет неторопливо двигался на стартовую площадку. Сам взлет прошел буднично, но вызвал бурный восторг у детишек.
«Это не совпадение… я нужна им… именно я. Но зачем?» — эти мысли пришли в голову Эмили, когда светолет пересекал верхнюю часть атмосферы, и за огромными панорамными иллюминаторами виднелись ярко-алые облака.
Эмили хотела думать, что она талантлива, и это заметили в А-офисе… но, увы, талант — не редкость. Есть только одно событие в ее жизни, значимое настолько, что это вспомнят при случае, а именно — Волна холода. «Получается там, на Клондайке, случится то же самое», — озарение подстегивало мысли Эмили, — «Но антициклон не может произойти на станции. Хотя, на Новой Селене тоже так думали, но случилась неожиданность… Неожиданность! Случилась неожиданность, и я справилась… это что получается, я — лучший специалист по неожиданностям?»
Светолет, наконец, вышел в космос, началось неспешное орбитальное движение в сторону станции. Там предстояла пересадка на рейсовый пассажирский корабль, который совершит серию прыжков до Столицы. На время каждого прыжка люди погружаются в глубокий сон, чтобы спастись от Удара Хаоса. Далее следовало пробуждение, корабль на сутки причаливал к станции для зарядки прыжковых двигателей. Люди в это время могли поесть, погулять на станции и выспаться… да, да, выспаться — глубокий сон не является заменой сну обычному, рассказывал учитель детям. Нам предстояло совершить прыжок на Кандидат, затем на Бадакшаан, затем на станцию Марс-8. Столица, в отличие от иных планет, имела много космических станций для старта и финиша варп-прыжков. Каждый прыжок, вещал учитель, проходит за 1-3 стандартных суток, и еще сутки на зарядку, итого весь полет займет 10 суток. Эмили знала, что зарядить двигатели можно и быстрее, все-таки она работала в корпорации USC, главном производителе прыжковых двигателей для человечества. Остановка на сутки нужна была для людей, Удар Хаосом не проходил даром даже в глубоком сне, необходимо было отдохнуть и развеяться. И, разумеется, каждая станция предлагала широкий спектр услуг для космических путешественников: от изысканных ресторанов, аттракционов, до казино и более острых развлечений, таких как гладиаторские бои, гонки, стандартные и нестандартные сексуальные утехи. Среди незаконных удовольствий обычно присутствовали салоны нейростимуляции и разнообразные притоны. Чем больше эмоций будет выплеснуто, тем легче пройдет следующий прыжок.