Владимир Виноградов – Володя (страница 22)

— Три дня — это много. Знаешь, сколько всего может произойти за три дня? А сколько седых волос появится?

— Сколько? — нахмурился Вовчик.

— Всё бы прикалывался, — вздохнула Алена, но ответила: — много, и не только у меня.

— 13

На душе было тревожно. Оно всегда тревожно, когда ожидаешь чего-то нехорошего. Утром даже Алена была заметно напряжена. Так, подходя к машине, она ненадолго остановилась. Постояла. Как будто обдумывая что-то свое, и лишь потом решительно открыла дверь машины.

— Ты чего, систер? — удивился Вовчик.

— Если он взрывник, как рассказывала Ольга Петровна, то следующего он должен не застрелить, а взорвать, понимаешь? А когда лучше всего взрывать человека? Правильно, когда он сядет в машину.

— Надо машину ставить на стоянку, — Вовчик посмотрел на Алену, — на стоянке сложнее заминировать.

— Так же. Сторожу бутылку водки и минируй хоть все машины, какие найдешь. Да и минировать не обязательно. Можно бомбу на ходу в салон закинуть… Лето на дворе, окна открыты.

— Всё, не загоняйся. Тебя точно убивать нет смысла. Кто потом будет деньги приносить? Нет, курочку Рябу не едят. На очереди Фикса, Батон, я. Те, без которых бизнес продолжит приносить деньги, а хозяева начнут платить новым покровителям.

— Наверное, ты прав. Куда поедем?

— В казино, — решил Вовчик, — скажем, что узнать, как дела, и поедим заодно.

— Яичница тебя не убедила? — в голосе Алены слышалась обида.

— Убедила, — возразил Вовчик, — но теперь бы чего-нибудь поесть, такого, чтобы потом зубочистка потребовалась.

— Волки травку не едят, — сделала вывод Алена.

За накрытым столом сидел помятый, явно не выспавшийся Батон.

— Садитесь ближе, — указал Батон на свободные стулья и, не дожидаясь, пока Вовчик и Алена усядутся, продолжил: — Я цинк заслал в Красноярский край. Оттуда ответят, конечно, расскажут за нашего гостя, вот только будет это не скоро. Не сегодня и даже не завтра. Надо старшему Боцману подсказать, чтобы поднимал свои связи, знакомых в колониях. Нужна любая информация. Кстати, как парнишка?

— Кирилл? Жизни ничего не угрожает, медики сделали всё, что могли, — поморщилась Алена.

— Руку не спасли, — сделал вывод Батон. — А нам показали, что у Крохи еще и снайпер есть. И это не Второй.

— Знаешь, — Вовчик взял тарелку и наложил в нее мясо в крахмале. — Знаешь, крестный, меня не покидает чувство, что мы что-то упускаем. Было там что-то за столом важное, когда этот Второй права качал.

— Что послезавтра придут с нас шерсть стричь? Интересно, Кроха сам придет или опять своих шестерок пошлет?

— Я бы сама не пошла, — Алена потянула через коктейльную трубочку сок из высокого стакана. — Ясно же, что его будут ждать, что везде засада будет.

— Но он сам тоже должен появиться, — возразил Батон, — иначе мы его просто пошлем, а его людей тупо завалим.

— Стрелку не забьет, побоится, — прикинул Вовчик, — если их всего пятеро, тут сильно не побыкуешь. Только если есть заложники.

— Заложники, — Батон налил по бокалам вино из бутылки с изображением вишневого сада. Один подвинул Вовчику, второй хотел подвинуть Алене, но передумал: — Тебе нельзя, ты за рулем. Надо, чтобы парни своих из города выслали. Это мы в правильных Робин Гудов играем, а эти могут и заложников захватить. Что еще?

— Они неожиданно явятся.

— Правильно. Или сюда просто придут, или в машину подсядут на перекрестке, — Батон подвинул к себе ксерокопию портрета Крохи, — надо быть внимательными.

— На Северном, за поворотом, экстрасенс принимает, говорят, он людей по фотографии находит, — подсказала Алена.

— Шарлатан, — Батон достал из кармана авторучку и пририсовал Крохе фингал. Потом немного подумал и начал пририсовывать рога. — Если бы это работало, уже бы всех переловили и нашли, а так…

— Говорят, к нему даже менты ходят, когда кто-то в потеряшках, — не сдавалась Алена. — Весной девочка потерялась, маленькая. Так он сразу сказал, что утонула, и квадрат поисков на карте указал. Ее потом там и нашли.

— Где река есть, там все потерянные дети находятся на берегу. А квадрат… Посмотри на течение, на русло. Если изгиб есть или протока, куда может утопленника затянуть, туда и показывай.

— Мы прокатимся к нему, — решил Вовчик, — как говорит Болт, чем черт не шутит, пока я сплю.

— И ведь как в воду канул, — Батон отодвинул от себя разрисованный портрет и выпил вина из бокала. — Всем, кому можно, портреты раздали, номер телефона написали, как менты делают, человека на телефон посадили… И тишина.

— Награду объявите, — посоветовала Алена, — тогда его не просто смотреть станут, но искать начнут.

— И будут нам звонить разные искатели, — отсалютовал фужером Алене Батон, — каждые пять минут, в надежде на чудо. И у нас просто людей не хватит, чтобы все звонки проверить. А к экстрасенсу езжай. Не верю, что поможет, но просто, чтобы исключить этот вариант.

Кабинет экстрасенса был в обыкновенном многоэтажном доме, комната в жилой квартире, только вход был сделан через балкон, чтобы посетители не заходили в подъезд. Металлическая лестница, пять высоких ступеней, только вместо балконной двери была стальная, и она была закрыта. Даже график приемов висел на стене возле двери, и он говорил, что прием будет только после обеда.

— Придется подождать, — сделала вывод Алена.

— Конечно, — кивнул Вовчик, — мы будем у двери стоять и ждать, а он в соседней комнате нам фигушки показывать. Надо просто постучать. Отойди.

Вовчик с силой постучал в дверь, раздался металлический грохот, который был слышен по всему двору. Но никто не спешил открывать. Вздохнув, Вовчик облокотился спиной о дверь и стал стучать в нее пяткой. Продолжалось это недолго, с внутренней стороны послышался звук открываемой двери, и вскоре послышался мужской голос:

— Прекратите немедленно!

— А то что? — уточнил Вовчик и еще раз ударил в дверь пяткой.

— Порчу нашлю! — проревел мужик за дверью.

— Экстрасенс, — сделал вывод Вовчик, — открывай, дело есть, срочное.

— Часы приема на стене видел? Подождете, — высокомерно объявил голос.

— Ты кому за крышу платишь? — Вовчик подмигнул Алене. — Если я сейчас уйду, в два часа мои парни приедут, и будешь пять лимонов в неделю платить.

— Я сейчас один звонок сделаю, и сюда такие люди приедут, — начал говорить экстрасенс.

— Скажи им, что Волчара наехал. Я буду в машине, сам подойдешь. Жду пять минут и уезжаю.

— Не сильно жестко? — шепотом спросила Алена, когда спускались по металлической лестнице. — Вдруг и в самом деле порчу нашлет…

— Ага, а мы ему напомним, что порча сама сойдет, если убить того, кто ее наложил.

— Правда? — Алена остановилась.

— Откуда я знаю, — Вовчик тоже остановился и увидел, как открывается металлическая дверь. — Во, пошли обратно, сейчас спросим.

За стальными дверями обнаружилась еще одна, деревянная и утепленная дверь, уже за которой проглядывала комната. В дверях стоял растрепанный дядька лет сорока пяти или чуть больше, русые волосы, зачесанные набок, бородка как у героя из фильма про Ивана Васильевича, который профессию менял. Еще был домашний халат, из мелкого кармана которого торчала радиотрубка китайского телефона, халат заканчивался спортивными штанами и тапочками. Солдат называл такие «Ни шагу назад».

— Проходите, — пригласил экстрасенс.

— А правда, что если убить наславшего проклятие, то проклятие слетит? — проходя в абсолютно белую комнату, спросил Вовчик.

Комната была разделена на две части, в передней, предназначенной для приема посетителей, было пусто. Здесь были белые стены, три лампы по углам, отчего на полу и стенах были причудливые тени. Простой прямоугольный стол, чуть ниже обычного, чтобы было удобно сидеть за ним в белых полукруглых креслах.

— Все зависит от самого проклятия и от того, кто проклял, есть такие проклятия, которые накладываются на весь род, снять их потом могут только очень сильные экстрасенсы или бабки-колдуньи в деревнях, — затараторил дядька.

— Да ладно, забудь, — Вовчик без приглашения уселся в одно из белых кресел, предназначенных для посетителей, и указал экстрасенсу на стоящее с противоположной стороны, — это мы так, с сестренкой поспорили. Она тоже не верит, что снимется проклятие, а я говорю, что убить проклявшего все равно не помешает.

— Я не умею насылать проклятия, — сглотнул экстрасенс, — я же экстрасенс, а не колдун, я могу только увидеть и подсказать. Могу найти что-то потерянное или кого-то.

— Вот, — Вовчик достал из кармана жилета сложенную ксерокопию портрета Крохи, — нам нужно найти вот этого человека.

— Не смогу, — вздохнул экстрасенс. — Понимаете, фотография хранит частичку души объекта, сохраняет связь, поэтому по ней можно найти, остается след… А это ксерокопия, да еще и рисунка. Я милиционерам тоже говорю, что максимум можно найти человека, который составлял фоторобот, или место, где это происходило. А рисунок, тут совсем другие эмонации, тут энергия другая, энергия художника…

Экстрасенс вытянул руку и, держа ее над портретом, прикрыл глаза. Ничего не происходило, и Вовчик уже готов был засмеяться.

— Этот портрет нарисовал, — начал говорить экстрасенс, но поправился, — нарисовала? Нарисовала женщина. Она не видела этого человека, ей рассказывали, и она… Глаза не подходили, овал лица тоже правили, нос несколько раз… Хотите, покажу, в каком районе города был нарисован портрет?