Владимир Торин – Няня из Чайноботтам (страница 86)
Когда мисс Эштон заперлась в своем номере, Марисолт решила, что должна узнать, кто она такая и что скрывает: любопытство и недоверие к постояльцам передались ей от дедушки. Она пробралась в тайный ход и заглянула через наблюдательную дырочку.
Сперва ничего особенного не происходило, но затем началось по-настоящему страшное. Коляска заговорила с мисс Эштон. Она шептала – очень жутко шептала. Это был никакой не ребенок! Тот, кто был в коляске, сказал, что они на месте и осталось ждать. Мисс Эштон ответила, что рада вернуться в родной город и что ей не терпится встретиться с кем-то, чье имя Марисолт не расслышала. Зато она четко расслышала имя того, кто был в коляске. Мисс Эштон называла его «мистер Заубах», а он обращался к ней: «няня».
Мистер Заубах попросил дать ему «сладость», и мисс Эштон, достав из чемодана черный бархатный мешочек, извлекла из него жемчужину. А потом… Из коляски вылезли два черных щупальца и, схватив жемчужину, затащили ее внутрь.
Марисолт была потрясена: в коляске жил монстр!
Съев жемчужину, монстр сказал: «Еще одна!» Мисс Эштон протянула ему новую жемчужину из мешочка, но тот не взял ее и заявил: «Другая. Я чую жемчужину в этой комнате!»
И тут коляска качнулась и покатилась сама! Мисс Эштон пошла за ней, и у кровати они остановились. Наружу снова вылезло щупальце – длинное, скользкое, покрытое присосками. Оно спустилось, и его кончик пополз по полу.
«Здесь», – сказал монстр, и его няня подняла одну из половиц. В тайнике обнаружились шкатулка, жемчужина и письмо.
Мисс Эштон начала читать вслух. Тот, кто спрятал письмо, приветствовал мистера Заубаха и мисс Эштон в Габене. Он писал о каких-то людях, указывал названия каких-то улиц. Марисолт ничего не поняла, кроме того, что речь шла о троих мужчинах – по словам автора письма, мисс Эштон нужен был один из них, но он, к сожалению, так и не выяснил, кто именно. Еще он писал, что в шкатулке оставил средство, которое поможет мисс Эштон расплатиться с тем, кого она ненавидит, – мол, это будет красивая и изящная месть: тот человек снова встретит то, чего боится больше всего. Также он успокаивал мисс Эштон и уверял, что эффект средства обратим.
В шкатулке была какая-то склянка с чернилами. Увидев ее, мисс Эштон разозлилась и сказала, что ни за что не применит это на детях. Но монстр начал ее уговаривать и нашептывать – он твердил, что это и правда будет изящная месть, а когда все закончится, он лично проследит, чтобы тот, кто отправил письмо, сдержал слово.
Мисс Эштон все равно отказывалась, и они с монстром долго спорили…
Марисолт поняла, что должна рассказать обо всем маме и, выбравшись из застенного прохода, побежала вниз. Но ничего рассказать не успела: мама злилась на нее за то, что она утром швырялась рыбой в мистера Пинсли, и решила ее наказать.
Спустя какое-то время девочка снова пробралась в тайный ход и продолжила наблюдать за няней и ее жутким монстром. Мисс Эштон сидела у окна, а коляска сновала из угла в угол. Мистер Заубах был не в настроении. Он злился и говорил, что не доверяет автору письма. Мисс Эштон спорила: он ведь вызволил их из плена, помог добраться до Габена и поможет отомстить. Но мистер Заубах был непреклонен. Он настаивал на том, что у автора письма есть свои коварные цели, что он потребует что-то взамен и все обернется тем, что они сменят одну тюрьму на другую. Мистер Заубах сказал: «Мы выбрались, мы на свободе, мы с тобой вдвоем, няня, и нам больше никто не нужен. Когда ты отомстишь, мы сбежим отсюда, и он не сможет нас найти…»
А потом он начал жаловаться, что проголодался. Мисс Эштон предложила ему еще одну жемчужину, но мистер Заубах сказал, что хочет есть по-настоящему и что прошло уже много времени, после того, как он съел кочегара и матроса с корабля, на котором они приплыли.
Няня пообещала, что, когда стемнеет, найдет для него еду. И действительно: вечером они отправились в Кварталы.
Марисолт была невероятно испугана, но решила проследить за мисс Эштон и ее монстром в коляске.
Няня бродила по Кварталам долго, пока в один момент не наткнулась на какого-то моряка, курившего у паба «Гнутый Якорь». Моряк начал приставать к мисс Эштон, она ответила, что его любезности ее не интересуют и отправилась обратно в Кварталы. Моряк увязался за ней. Но она знала, что так будет, и завела его в тупик Колеса. А там – Марисолт рассказывала дальше, сбиваясь и запинаясь, – из коляски вырвались щупальца. Мистер Заубах убил моряка и сожрал его внутренности, после чего недоеденное сбросили в люк.
Марисолт побежала обратно в гостиницу. Она хотела наконец сообщить обо всем маме, но ей снова это не удалось. Девочка сразу поняла: мама плакала. И когда она спросила, что произошло, та ответила: «Пришла весточка из кабаре в Гамлине от моей подруги. “Ржавый Гвоздь” отплыл и направился в Габен». Это значило, что отец Марисолт скоро объявится на пороге.
В тот миг это показалось девочке намного страшнее всякий монстров. К тому же мисс Эштон вскоре сдала ключ и ушла, забрав с собой мистера Заубаха, свои секреты и свои кошмары…
Вот, что рассказала Бёрджесу Марисолт. И сейчас, стоя над трупом моряка, он с досадой вспоминал ночной разговор. И как можно было такое забыть?!
Выбравшись из люка и вернув крышку на место, Бёрджес направился к выходу из тупика. После увиденного и всего того, что он вспомнил, не осталось и следа похмелья. Как не осталось и ни одной мысли, что делать дальше…
…Покинув тупик Колеса, Бёржес направился вглубь Кварталов.
«Еще и монстр в коляске… – думал он. – Монстр, пожирающий людей. Нужно отыскать Удильщика и как можно скорее возвращаться в Тремпл-Толл: никто там не догадывается,
Мыслями он все возвращался к трупу, найденному в канализации, и разговору с Марисолт. То, что она рассказала, подтверждало сведения, которые они с Бэнксом узнали из найденного в комнате Няни письма: таинственный автор письма как-то поспособствовал побегу Няни из тюрьмы, подсказал ей, где найти Зверушку – этого мистера Заубаха, пообещал помочь с местью. Но на этом все – неясно ни кому именно она хочет отомстить, ни почему…
Размышления Бёрджеса прервали крики из переулка:
– Отпустите меня! Вы – гадкие проходимцы! На помощь! Помогите!
Не раздумывая, Бёрджес бросился на крик и увидел, как двое типов в потертых пальто и с натянутыми на носы сине-белыми полосатыми шарфами прижимают в темном углу к стене молодую мисс. Один из негодяев приставил нож к ее горлу, другой обшаривал ее платье и пальто, одновременно разыскивая, чем бы поживиться, и грязно ее облапывая.
Услышав шаги за спиной, они обернулись.
– Иди куда шел, приятель! – гаркнул один.
– Да, не лезь не в свое дело! – добавил другой. – Прояви такт – не видишь, люди заняты!
У Бёрджеса были свои разумения в том, что такое «его дело» (ночной урок, очевидно, прошел для него даром), да и такту он отчего-то не выучился.
Уяснив, что уходить он не собирается, проходимцы отпустили девушку и двинулись к нему. Один поднял нож, другой сжимал в руках веревку.
Бёрджес шагнул навстречу. Преподать урок манер парочке болванов перед завтраком? Пригласите еще парочку! А то эти, кажется, на один зуб…
Так и вышло. В сравнении с матросней Бджиллинга, двое типов из подворотни явно были, как говорил Бэнкс, «картонной шушерой». Когда один махнул перед ним ножом, а другой попытался оплести его руку веревкой, Бёрджес с легкостью увернулся от удара, перехватил веревку и потянул за нее. Лицо одного типа само налетело на кулак Бёрджеса, и тот зажал подбитый глаз. Его подельник еще пару раз бестолково махнул ножом и, судя по округлившимся глазам, очень удивился, когда оружие из его руки было выбито, а сам он поднялся в воздух.
Бёрджес держал проходимца за воротник пальто перед собой, ноги последнего нелепо дергались в футе от земли.
– Да! – воскликнула девушка. – Покажите им, мистер! Отделайте их как следует!
Висящий в руках Бёрджеса тип испуганно покосился на нее.
– Мы поняли, поняли, мистер! – залепетал он. – Вы не в настроении! Ошибочка вышла! Отпустите!
Бёрджес швырнул его на землю.
– Убирайтесь, пока я добрый.
Проходимцы подобрали оружие и, глухо проклиная свою работу, попятились к выходу из переулка.
Когда они скрылись из виду, девушка схватила Бёрджеса за руку. Крепко сжала ее ладонями. Задрав голову, поглядела на него, широко распахнув глаза.
– Вы спасли меня! Я уже совсем отчаялась, но вы появились, храбрый сэр, и проучили этих негодяев!
– Гм… да. Не стоит благодарности.
– Нет же, стоит! Мне было так страшно! Я делала покупки на Просоленной улице, и один из местных нищих – мне показалось, что он нищий! – стоял здесь. Он попросил подать ему пару медяков, я подошла, и они напали на меня! Это было так ужасно!
– Все закончилось, мисс…
– Эдит. Эдит Бишеллоу. Прошу вас, вы не проведете меня к экипажу? Он стоит тут, недалеко.
Бёрджес удивился:
– Экипаж? Думал, на берегу нет ни одного.
– Несколько есть, – ответила мисс Бишеллоу. – Не все же здесь бедняки!
Подобрав с пола оброненный антитуманный зонтик и подхватив Бёрджеса под руку, она уверенно повела его на Просоленную улицу.